Месяц назад в Казани сильнейший российский бегун на дистанциях от 1500 до 10 000 метров Владимир Никитин пробежал марафонскую дистанцию и занял второе место с результатом 2 часа 9 минут 54 секунды — в истории отечественной легкой атлетики такого быстрого дебюта в марафоне еще не было. И даже сильнейшие стайеры из Кении и Эфиопии, впервые стартуя в этой дисциплине, лишь несколько раз выбегали из 2,10. Притом что трасса в столице Татарстана считается сложной. А через три недели после марафонского дебюта Владимир уже в Москве выиграл дистанцию вдвое короче с новым рекордом России: 1 час 00 минут 37 секунд. Кроме того, он действующий рекордсмен страны на дистанциях 1 миля и 3000 метров в помещении, 5000 метров и 10 км на шоссе. Остается удивляться, как удается Никитину успешно выступать в столь разных беговых дисциплинах.
Володя уже более 10 лет является сильнейшим в России бегуном на средние и длинные дистанции. Несомненно, у него рекордов было бы больше, а результаты — еще выше, если бы конкуренцию ему составляли сильные соперники из других стран. Увы, с этим сейчас у российских атлетов проблемы. В связи с санкциями Международной федерации легкой атлетики (WA) Никитину после 2014 года не удавалось выезжать на международные турниры. И все 10 лет ему приходится ограничиваться российскими стартами.
— Каким образом вам после забега в марафоне удалось за три недели восстановиться и побить рекорд России?
— На финише марафона в Казани я, конечно, устал. Но при этом чувствовал, что свои резервы не исчерпал.
— Правда ли, что этот полумарафон в Москве вы не планировали бежать, а решились лишь в последний момент, узнав, что в качестве приза разыгрывается автомобиль?
— О призовой машине организаторы объявили неожиданно, за четыре дня до старта. Но даже после этого я еще колебался: ехать в Москву или не ехать. Потом все-таки решился, и тут больше сыграл азарт, а не авто. Ведь я сейчас готовлюсь к забегам на стадионе. В этом году у меня в приоритете бег на дорожке на 5000 и 10 000 метров, ближайший старт — «пятерка» на Мемориале Знаменских 8 июня в «Лужниках». А главный турнир сезона — чемпионат России в Казани с 7 по 10 августа. К пробегам по шоссе, в том числе полумарафонам и марафонам, вернусь, когда закончится летний сезон на стадионе, то есть в октябре.
— Изменился характер тренировок в связи с вашим дебютом в марафоне?
— Совсем немного. В предыдущие годы в подготовительный период я набегал до 170 км в неделю, сейчас — до 190 км. Но в ближайшие год-два более двух-трех выступлений в марафоне за сезон у меня не будет.
— Слишком большой километраж не угнетает психологически?
— К моему удивлению, по этой части проблем не испытал. Даже наоборот: бегать было легче, потому что в процессе подготовки на максимуме километража я чуть уменьшил скорость. Но по-настоящему к марафону я еще не готовился — обычно у других марафонцев полный цикл перед важным забегом на 42 км составляет четыре месяца, а я целенаправленно готовился лишь два. Возможно, когда я поработаю четыре месяца, то прочувствую в полной мере, насколько тяжела доля классического марафонца. А выполнять большой объем бега за 15 лет стало моей привычкой. Кроме того, в Кисловодске, в Киргизии или других местах я стараюсь выбирать разнообразные маршруты с красивыми пейзажами. Совмещаю нужное с приятным.
— Как тренер вас контролирует при таких длинных пробежках?
— Только во время скоростных отрезков Николай Васильевич Суворов следит за техникой бега. Да, я уже 15 лет в легкой атлетике, но все равно без изъянов бегунов не бывает.
— Будете ли делать попытки заявиться на международный марафон или полумарафон за рубежом? Хотя бы как любитель?
— В любительском статусе — точно нет. Смысла не вижу. Ведь если даже установлю рекорд России, его не засчитают. И любители стартуют отдельно от элиты.
— 8 июня на Мемориале Знаменских на 5000 метров у вас еще будут соперники из Эфиопии и два пейсмейкера — для поддержания высокого темпа. На какой результат они вас поведут?
— Никаких договоренностей с ними пока нет. И не настолько сильная группа соперников, чтобы бороться с ними до финиша на уровне нового рекорда России. Да и бегать с пейсмейкерами у меня опыта нет. Надеюсь, мне они помогут брать встречный ветер на себя. Побегу же я своим темпом, по самочувствию, а потом буду действовать по ситуации.
— В прошлом году я звонил вам для комментария, а вы в это время нянчили маленькую дочку. Она уже подросла и понимает, что ее папа — спортсмен?
— Когда видит меня в телевизоре, истошно кричит, поддерживает: «Папа, беги!» Она уже понимает, что тот парень на экране и дома — это один и тот же человек. А я хоть и не слышу, но поддержку из дома ощущаю.
— А ваша жена — спортивный человек?
— Она раньше бегала как любитель. Но сейчас после декретного отпуска вышла на работу. Она финансист по профессии. Потому вместе с ней и с дочкой выезжать на тренировочные сборы у меня не получается. Отпроситься с работы для нее — проблема. Работа, маленький ребенок, весь домашний быт — все на ней. Так что даже на бег трусцой ей времени не хватает. А для себя я подсчитал: из-за выездов на соревнования и сборы за год я лишь треть времени провел с семьей, а все остальное — вне дома, без жены и дочки.
— Лет пять назад вы давали для «Труда» отличные комментарии про особенности бега на выносливость, рассказывали про норвежцев братьев Ингебригтсен, удививших весь легкоатлетический мир. А сейчас следите за мировыми лидерами?
— Последние пару лет уже нет, особо не вникаю. Не от равнодушия, просто пока была надежда попасть на международные турниры, я внимательно следил за именами и результатами. Но потом вынужден был свыкнуться с мыслью о том, что моя судьба — выступать лишь на всероссийских турнирах.
— Ну, с сильнейшими кенийцами и эфиопами сложно было бы за победу побороться. А вот попасть в призовую тройку на чемпионате Европы вам было бы вполне реально.
— Сейчас на эту тему можно лишь гадать: если бы да кабы: Какой толк в этом? Хотя временами, конечно, обида подкатывает, хочется доказать всем и себе тоже, что и с сильнейшими бегунами можно побороться. Но эта перспектива растаяла в тумане.
— Вы сначала были сильным лыжником, а потом в 17 лет переключились на бег. Фанатом каких еще видов спорта себя считаете?
— Ну да, в лыжных гонках мне удалось выполнить норматив кандидата в мастера спорта. Но когда увлекся бегом, все остальное отошло на второй план. Хотя раньше по телевизору смотрел биатлон и другие виды спорта. Но если последние три года я перестал интересоваться даже мировой легкой атлетикой, то что говорить о других? Без участия россиян мне неинтересны даже хоккей с футболом. А чтобы поболеть на стадионе: У меня, признаться, никогда не было для этого ни времени, ни фанатской увлеченности. Бег — он такой, забирает человека целиком.
— Вы уже целое десятилетие являетесь для юных российских легкоатлетов (а такие в стране имеются, несмотря на все перипетии!) примером для подражания. При нынешней ситуации для вас и других наших лидеров бег — это удел фанатика и энтузиаста? Или средство заработать на жизнь?
— Скорее это дело жизни. Если думать по-другому, никогда не победишь. А еще надо ставить перед собой цели и идти к их достижению с ясной, холодной головой. И не торопить события. А уже потом подумать про деньги.
— Последние годы увеличились ваши заработки?
— Да, заметно. При удачном раскладе, если успешно и много выступать в России, то в виде призовых можно заработать больше, чем годовая ставка, на которую оформляют ведущих спортсменов. Причем в забегах на шоссе победителям и призерам обычно платят заметно больше, чем в турнирах на стадионе.
— Вы в свои 32 года уже готовитесь к тренерской работе? Откладываете на будущее что-то в голове или в записях?
— Признаться, пока не начинал. Но, с другой стороны, в каких-то иных сферах деятельности, кроме спорта, я себя в будущем не представляю. Так что после нашего разговора начну понемногу готовиться.
