Такой вот блохбастер…

Главная Культура Афиша 00:05 30 Января 2026 305

«Левшу» сняли левой рукой. Что не так с фильмом по мотивам знаменитой повести Николая Лескова

Леонид ПАВЛЮЧИК, кинообозреватель "Труда"

Напечатать

Скажу сразу: узнать в фильме первоисточник, который изучают в школах и вузах, нелегко: в экранном «Левше» почти все переиначено до полной неузнаваемости. Из мудрого и горького сказа о судьбе русского гения-самоучки, подковавшего аглицкую блоху, но в итоге оказавшегося ненужным родному Отечеству и скончавшегося в больнице для бедноты, получился аляповатый и суетливый шпионский триллер.

Авторы фильма подвергли небольшой по объему шедевр Лескова настоящей вивисекции. Нивелировали его уникальный простонародный стиль с россыпью забавных неологизмов («верояция», «мелкоскоп», «укушетка», «нимфозория», «студинг», «тугамент»). Убрали «мужественного старика», донского атамана Платова. Отменили поездку русского изобретателя в Англию, где ему были оказаны всевозможные почести. Действие из времен Николая I перенесли в эпоху Александра III, добавив для оживляжа отсутствующую у писателя любовную линию.

Левша из худого, косенького мужичонки с поскубанными свирепым начальством волосами, но с золотыми руками и отзывчивым сердцем превратился в фильме в патлатого, заносчивого, однорукого дылду (Юрий Колокольников). Вместо левой руки у экранного Левши теперь механический протез, как у Фредди Крюгера из ужастика «Кошмар на улице Вязов». При каких обстоятельствах умелец потерял конечность, фильм до объяснения не опускается.

Живет экранный Левша по-прежнему в Туле, но теперь в подвале дома у него большой цех с разными механическими диковинками. Тут и кукушка с часами, подносящая Левше минута в минуту стакан с водкой, и кухонный комбайн, моющий, режущий и жарящий из картошки горячую закуску, и робот-собутыльник, с которым Левша коротает дни. Жена у него умерла, детей у мужика чадолюбивое государство отняло и отправило в приют. По сему случаю страдалец пребывает в хроническом сплине, который лечит традиционным русским способом.

В это логово передовой инженерной мысли бочком, опасаясь испачкать дорогой, не иначе как из английского сукна костюм, спускается верный слуга царю, доблестный офицер полиции граф Петр Огарев (Федор Федотов). Дело в том, что в кабинете императора нашли механическую блоху. Да не простую, а с замысловатым, наверняка шпионским содержимым. Теперь вся надежда на русского умельца Левшу, который единственный сможет разгадать, чем начинено нутро зловредного насекомого. Покочевряжившись и выторговав у Огарева право по истечении спецоперации воссоединиться с детьми (вот оно, торжество семейных ценностей!), Левша едет с графом в столицу. И с помощью изобретенной им мощной электронной глушилки обезвреживает в императорском дворце тысячи блох, нашпигованных (вы не поверите!) британской звукозаписывающей аппаратурой.

С этих событий высокобюджетный блохбастер (позволим себе такой неологизм) только начинается. Дальше будут все новые изобретения Левши, включая фен и чемодан на колесиках, гонки по Петербургу на мотоцикле и электрической карете, драки во дворцах, на крышах и улицах города, повсеместно украшенного триколорами. И, наконец, финальное спасение нашим доблестным дуэтом Александра III и разоблачение британской шпионской сети, опутавшей огромную страну. Среди вредителей окажется даже ближний круг самодержца. Министр финансов (Ян Цапник) обернется матерым расхитителем казны, а глава МВД (Алексей Гуськов) будет разоблачен в качестве представителя пятой колонны, финансируемой все теми же коварными англичанами. Словом, империя в кольце врагов — как внешних, так и внутренних. Знакомый мотив, не правда ли?

Понятно, что происходящее на экране не имеет никакого отношения ни к Лескову, ни к развитию русской технической мысли, ни к прошлому нашей страны. Режиссер Владимир Беседин, сценаристы Илья Куликов и Валерия Подорожнова, видимо, хотели создать зрелище в популярном нынче жанре альтернативной истории. Но в духе новейшей конъюнктуры насытили фильм расхожими пропагандистскими штампами, которые наверняка разочаруют думающих зрителей. А зрителей попроще, ищущих в кино развлечения, происходящее на экране вряд ли сильно порадует из-за путаного, мутного сюжета, разобраться в котором без «лекарства», употребляемого Левшой, весьма затруднительно.

Фильм представляет из себя кое-как взболтанный жанровый коктейль — с авторским упованием на то, что каждый зритель найдет в «Левше» что-то близкое своей душе. Но и с этим, как по мне, не задалось. Блохбастер не выдерживает критики как шпионский детектив, ибо у злодеев в первых же кадрах все их пороки и черные мысли буквально написаны на лбах. А главный английский шпион и вовсе передвигается по Петербургу, аки Бэтмен, в зловещем черном плаще и с маской на лице — не иначе, чтоб его легче было опознать.

Не тянет «Левша» и на любовную мелодраму ввиду пресных, вымученных взаимоотношений Петра Огарева и декольтированной секретарши МВД Татьяны (Леонела Мантурова). А сцена их любовного признания, потонувшая в порхающих по экрану мультяшных бабочках, выглядит как образчик мещанской пошлости. Наконец, не удался «Левша» и в качестве легкой, остроумной комедии: за все два часа киносеанса в зале не раздалось ни одного, даже робкого смешка.

Еще один неудачный фильм «по мотивам», на которые столь щедр в последнее время отечественный экран? Увы и ах. С Лескова, которого Лев Толстой называл «самым русским из наших писателей», разумеется, не убудет. В разные времена Лесковым то восхищались, то его запрещали, то заново открывали. Сегодня он признанный классик, «прозеванный гений», как назвала о нем недавнюю книгу писательница и филолог Майя Кучерская. Обидно за авторов фильма, которые не разглядели в «Левше» подлинную жемчужину русской словесности, а подменили ее своими неуклюжими «верояциями». Как сказано у другого классика и по другому поводу, «эх, какой бриллиант разменяли»...

Напечатать

Афиша 15:30 / 20 Декабря 2025 31418

Мятеж или восстание?

В России уже два века об этом спорят - и ответы зависят от того, какая эпоха на дворе

Ирина Смирнова

Труд

«Перед нами история последнего гвардейского переворота и первого штурма Зимнего» — такими словами директор Эрмитажа Михаил Пиотровский открыл выставку «14 декабря 1825 года», посвященную 200-летию...