Леонид Юзефович стал обладателем престижной национальной премии «Большая книга» за роман «Журавли и карлики». Его произведения широко известны по фильмам «Какароза», «Гибель империи», «Сыщик Путилин». В интервью «Труду» автор рассказал о том, чем писатель отличается от историка и какой аудитории он адресует свои книги.
— Ваш роман «Журавли и карлики» пронизан пессимизмом в отношении мирового прогресса. Вы согласны с утверждением Марины Цветаевой: наш край — «всем краям наоборот, куда назад идти — вперед»?
— Один из героев романа «Журавли и карлики» произносит фразу, которую я позаимствовал из малоизвестного исторического документа: «У нас левые слишком мало любят Родину, а правые слишком мало любят свободу». И в этом весь парадокс политической борьбы в России. Очень люблю пример из Гражданской войны. Когда английский офицер, командир, проезжал по территории, находящейся во власти Колчака, то на трех станциях, где он останавливался, висели разные государственные флаги и звучали три различных государственных гимна. На свой недоуменный вопрос «Почему так происходит в одной стране?» услышал ответ: «У нас, мистер, революция». Англичанин заметил: «В Англии могут происходить одновременно 100 революций, но всегда будет один флаг и один гимн». Дело в том, что литература прямым образом зависит от политических изменений в обществе. В английской литературе XX века не было новаторов — напротив, господствовал консерватизм, тогда как в России именно в это время расцветали модернизм и символизм, что соответствовало тем революционным переменам, которые происходили в обществе.
— Но в России писатель всегда был больше чем писатель. Пророк, провидец, летописец — кто вы?
— Мое призвание как писателя — реконструкция прошлого. Поэтому лично себя воспринимаю как технический инструмент в этой реконструкции.
— Зачем нужно восстанавливать прошлое? Не для того ли, чтобы быть готовым к его встрече? Бытует мнение, что история всегда движется по кругу, поэтому все возвращается на круги своя.
— Всему живому свойственна цикличность. На самом деле никакого повторения не бывает. Все другое, все новое. Когда героя моего романа «Какароза» — он белогвардейский офицер — во время обыска спросили, зачем он хранит у себя тонны сочинений Плутарха, тот ответил: «Плутарх дает мне возможность видеть звездное небо». Довольно долго я работал школьным учителем в Перми и объяснял ученикам, почему надо читать Плутарха. Правда, сейчас дети стали другими, увы, не такими талантливыми и разносторонними, как раньше.
— У вас осталась привычка учить людей? Говорят, что учитель — это как диагноз.
— Я с удовольствием позволяю другим себя учить и слушаю советы. Однажды на улице две посторонние женщины пытались отучить меня от курения. Я всю жизнь курю и уже изрядно устал от этой вредной привычки. Наверное, я курил на улице с таким несчастным лицом, что женщины решили мне помочь. Одна стала говорить о Боге, против природы которого я иду, глотая дым. Другая женщина рассказала историю про своего мужа, который курил 30 лет, а в один прекрасный день ему это так надоело, что он решился съесть окурок. Бросил. Первый способ я расцениваю как классический — путем нравоучений, а второй — как новаторский.
