В апреле телеканалу «Наука» исполняется 10 лет. За это время он удостоился множества профессиональных наград, но главное, доказал, что и сегодня можно вполне доступно и зрелищно рассказывать о научных проблемах, изобретениях и открытиях. И вот 10 апреля на телеканале стартует цикл передач «Истории болезней». В нем нам, зрителям, обещают поведать о том, что обычно скрыто врачебной тайной: о странных, порой пугающих методах лечения, о врачебных ошибках, жертвами которых становились даже короли и президенты... Некоторые секреты передачи раскрыл «Труду» ведущий, обладатель премии «Золотой луч» Алексей Егоров.
— Алексей, как родилась идея «Историй болезней»?
— Наша съемочная группа задумалась об этом года полтора назад в ходе работы над проектом «Не факт!». Там в серии «Здоровье» мы рассказывали о нетрадиционных методах лечения, начиная от гомеопатии и заканчивая, например, операциями Джона Бринкли, одного из самых известных и богатых американских хирургов начала ХХ века. Он пересаживал мужчинам козлиные тестикулы, обещая таким способом увеличить потенцию. На это его сподвигла статья в журнале про русского хирурга Сергея Воронова, который во Франции занимался пересадкой мужчинам половых желез обезьяны. Бринкли был превосходным маркетологом, вел отличную даже по современным меркам рекламную кампанию. Вот только диплом врача у него был поддельный, медицинский колледж Бринкли так и не окончил, и его хирургические вмешательства часто плохо заканчивались. Но пациенты жаловаться на такие последствия не спешили: проблема-то интимная...
Похожих историй много. Понятно, при сегодняшнем всеобщем внимании к медицинской тематике они просто обречены на повышенный интерес у телезрителя.
— По сути, вы продолжаете вести речь о человеческих заблуждениях, сконцентрировавшись на медицине?
— Так и есть. И тут важно понимать, что в медицинской науке ошибки приводят порой к катастрофическим последствиям. Скажем, люди долго полагали, будто Солнце вращается вокруг Земли, а не наоборот. Но в борьбе с этим заблуждением пострадал в основном только Джордано Бруно. А от того, что долгое время кровопускание считалось прекрасным средством лечения простуды, погибли очень многие, в том числе президент США Джордж Вашингтон. За свою жизнь он и войну прошел, и туберкулез перенес, иоспу, и малярию. Простуду Вашингтон и за болезнь-то не считал, но поскольку он был в преклонном возрасте, его близкие все-таки вызвали врачей. Консилиум медиков решил делать кровопускание. Когда оно не помогло, процедуру повторили несколько раз. В итоге Джордж Вашингтон умер, как считают многие, от потери крови. И еще прошло немало времени, прежде чем доктора перестали практиковать кровопускания.
— Каких специалистов вы привлекали к созданию программы?
— Меня и двух наших сценаристов, Екатерину Федотову и Евгению Олиярник, консультировали сотрудники Российского музея медицины во главе с Еленой Бергер. Они и литературу нам советовали. В фильмах мы используем документы разных эпох — ведь в них тоже отражаются ошибки, на которых человечество училось. Хотим таким образом заинтересовать зрителя, который после нашей передачи, надеемся, что-то и сам почитает, вникнет в тему глубже.
Чтобы программу было интереснее смотреть, мы снимали небольшие игровые эпизоды с актерами — так называемые реконструкции. Старались делать сценки с юмором, лишний раз не пугая зрителя. Хотя это не всегда легко. Чего стоит, к примеру, история лечения Людовика ХIV! Король прожил для того века долгую жизнь, почти 77 лет, хотя, на наш сегодняшний взгляд, врачи его просто истязали. Ежедневные клизмы, или, как их тогда называли, клистиры, рвотные процедуры. А еще медики того времени полагали, что в зубах с возрастом возникают очаги опасной инфекции, и потому короля убедили вырвать все зубы. Проводивший операцию (без обезболивания!) эскулап случайно сломал Людовику нижнюю челюсть, а из верхней вырвал часть неба. В образовавшейся дыре застревала пища, которую приходилось доставать через ноздри. Несмотря на все это, аппетит у правителя оставался отменным, и, чтобы угодить ему, повара стали придумывать супы-пюре. Так лечение короля повлияло на французскую гастрономию.
— Вы в передаче перемещаетесь по разным эпохам. Какие медицинские проблемы волновали людей во все времена?
— В шести выпусках мы освещаем такие сферы медицины, как гастроэнтерология, психология и психиатрия, венерология. А есть серия, посвященная панацее: люди веками искали одно-единственное универсальное лекарство, которое помогало бы от всех болезней. И ведь до сей поры его ищут! Говорим мы и о стремлении продлить молодость как можно дольше — сегодня это тоже идея фикс, занимающая умы миллионов. О вечной молодости человечество всегда мечтало.
— Лазерная хирургия, роботы-хирурги... Интересно, с чего все это начиналось?
— А вы знаете, что пару веков назад терапевты и диагносты пренебрежительно называли хирургов мясниками? Те в ту пору носили черные кожаные фартуки, считалось, чем больше следов крови на них, тем это лучше характеризует хирурга. А асептика появилась только в середине ХIX века благодаря врачу-акушеру Филиппу Земмельвейсу. Он работал в Венской родильной больнице и обратил внимание, что смертность рожениц в одном ее отделении гораздо ниже, чем в другом. Все дело в том, что там обучались студенты, часто приходившие на роды после вскрытий в морге, их он обязал мыть руки в растворе хлорной извести. Увы, поделиться таким простым и спасительным наблюдением ему не позволил директор больницы, не желавший разглашения статистики. Так что при жизни врача его метод не получил широкого признания, а сделанный им вклад в санитарию люди оценили только потом.
— А если попытаться заглянуть в будущее медицины, хотя бы не очень отдаленное?
— Тут ясно одно: лет через сто наши потомки, как и мы с вами в сегодняшнем разговоре, будут недоумевать по поводу наших методов лечения. Главное, на пути прогресса не увлекаться, проявлять осмотрительность и хладнокровие. В это трудно поверить, но меньше века назад считалось, будто для организма очень полезен радий. Его добавляли в шоколад, косметику, кремы. Существовали устройства, насыщавшие воду радием — ревигаторы. В СССР выпускалась минеральная вода с радием. И только когда люди, работавшие на фабриках по производству радиоактивной косметики, стали массово жаловаться на здоровье, врачи забили тревогу.
— Давайте вернемся к дню сегодняшнему. То, что пандемия еще не закончилась, как-то повлияло на работу над программой?
— Был у нас трагикомичный случай, связанный с коронавирусом. Для съемок мы арендовали студию, на площадке съемочная группа, а еще реквизиторы, гримеры. Понятно, любая отмена или отсрочка съемок — катастрофа. Но вот в очередную волну пандемии у меня утром поднялась температура: 37,8. Звоню режиссерам и продюсерам — те в панике. Решаем экстренно провести тест прямо в студии, поскольку результаты лабораторного исследования могут прий-ти только через сутки, а мы и дня не должны терять. Приезжаю на площадку, все вокруг надевают по три маски, а мой друг и режиссер проекта Ваня Демчук берет у меня кровь из пальца. В тот день мы как раз собирались рассказывать про кровопускание, на столах разложен соответствующий реквизит и все это залито искусственной кровью. К счастью, коронавируса у меня не нашли, зато обнаружили антитела*. И через два часа мы уже приступили к съемкам.
— Подытоживая — что пожелаете телеканалу «Наука» на его юбилей?
-Наблюдать за тем, как развивается научпоп, очень любопытно, а участвовать в этом — вдвойне интересно. Время летит быстро. Вроде совсем недавно я снимал свой первый фильм для «Науки», а вот уже шесть лет прошло. За эти годы запустился ряд новых проектов, стали появляться новые лица, чему способствует и наш конкурс пользовательских видеороликов «Снимай науку!». Один из его победителей, Саша Иванов, вот уже два года делает фильмы про химию. А пожелание телеканалу у меня простое — побольше зрителей и новых интересных проектов.
* О том, что такое бывает после бессимптомно перенесенного заболевания, «Труд» уже писал (см. материал Василия Щурова «Вот я и думаю: откуда у меня антитела?» в номере от 5 февраля 2021 года).
