Труд: МИШЕЛЬ УЭЛЬБЕК: "СЧАСТЬЯ НЕТ, НО ЕСТЬ РАДОСТЬ"

Главная Культура 01:01 10 Октября 2008 2483

МИШЕЛЬ УЭЛЬБЕК: "СЧАСТЬЯ НЕТ, НО ЕСТЬ РАДОСТЬ"

Ненавистник общества потребления, знаток превратностей любви, ценитель женщин и сексуальный хулиган - все это он, Мишель Уэльбек. В Москву, на фестиваль современного кино "Завтра", он привез свой дебютный фильм по своему же роману "Возможность острова". В

Заозерская Анжелика

Напечатать

- Многие читатели идентифицируют героев ваших романов с их создателем. Признайтесь, циник Даниэль из романа, а теперь и фильма "Возможность острова" - это ваш портрет?
- Часто я вывожу под персонажами своих книг тех людей, которыми я мог бы стать, но в другой жизни. Точнее, я представляю некую линию, по которой могла бы развиваться и моя судьба, но, к счастью, этого не произошло. Я бы вряд ли бросил свою жену только потому, что потерял к ней сексуальный интерес, как это сделал Даниэль, или решился бы вступить в связь с девочкой-подростком, как еще один мой герой, хотя, признаюсь, порой подумывал об этом. Надеюсь, что я пребываю не в таком безнадежном душевном состоянии, как Даниэль, которого уже ничто и никто спасти не в силах - только заброшенный остров с дикарями и дикими животными, куда он приплыл вместе со своим псом. Бывший комик приходит к горькому выводу, что мир его предал и он никогда не достигнет поставленной цели, то есть счастья, за которым он так гонялся.
- Наверняка вам известно утверждение первого поэта России Александра Пушкина о том, что в мире счастья нет, а есть покой и воля. Вы с ним согласны?
- Счастья не существует, но существует радость. Может, постоянная, неисчезающая радость и есть счастье, но парадокс в том, что радость быстро проходит, а печаль остается. Радость - чувство сильное и глубокое, так сказать, эмоция чистого восторга, охватывающая сознание целиком, ее можно уподобить опьянению, зачарованности, экстазу. Пушкина я читал, потому что сам поэт. К тому же я перечитал всех русских писателей XIX века, тогда как литературу XX века изучал по произведениям английских и американских писателей. Я погрузился в американскую литературу в надежде понять: как так получилось, что США стали доминирующей державой XX века? Ответа на этот вопрос, увы, не нашел.
- Судя по вашим романам, вы не очень-то жалуете американский образ жизни. Хотя и в нынешней Франции вашим героям живется неуютно.
- Во-первых, в своих книгах я изображаю смягченную картину мира, тогда как реальность намного хуже. Во-вторых, Америка создала общество потребления и сделала из этого культ, а мне это противно. Ну а в-третьих, чем дольше я живу, тем больше понимаю, как мало различий осталось между американцами и европейцами и что вообще все решают взаимоотношения между индивидуумами, а не народами.
- Вы нападаете на телевидение, на рекламу, на засилье супермаркета. Но что предлагаете взамен?
- Не такой уж я и бунтарь, как обо мне пишут газеты. Например, я предпочитаю, чтобы мои книги продавались в супермаркетах, как товар массового потребления, а не как что-то элитное для избранных. Кстати, я что-то не припомню, чтобы в своих книгах нападал на супермаркеты, разве только на дорогие бренды и товары от кутюр.
- Вы осмелились посягнуть на одну из главных достопримечательностей Франции - мир от кутюр - и говорите, что это не бунт?
- Во Франции развелось слишком много кутюрье, а вот большие художники вымерли.
- Своего главного конкурента - популярного писателя и вашего соотечественника Фредерика Бегбедера воспринимаете как художника или же как модный бренд? Помнится, в свой предыдущий приезд в Москву вы вступили с Бегбедером в ожесточенный литературный спор.
- Книги Бегбедера бывают забавны, у него острый критический взгляд. Но он слишком хорошо воспитан и слишком добродушен по своей природе, чтобы охватить и передать сильные чувства, поэтому он мне кажется мелким.
- В отличие от вас Бегбедер отважился написать роман о большой чистой любви и назвал его "Идеаль". Кстати, главный герой этого романа свою любовь находит в Москве. Может, и вам стоит попробовать отправить героя за прекрасным чувством в Россию?
- Все романтики, одержимые поиском большой любви, были сексуальными маньяками. Например, один мой знакомый, известный писатель, принадлежит к страстным любителям порнографии, и при этом он искренне плачет над моими стихами. Поэтому я бы отказался от разделения людей на романтиков и реалистов, а делил бы их по темпераменту - на холодных и горячих.
- Но ведь известно, что в молодости все горячие, а с годами пыл остывает. На поведение ваших героев их возраст влияет или нет?
- Не очень! Наблюдая за студенческими волнениями в Париже, я ловил себя на мысли, что, скорее всего, тоже принял бы в них участие, окажись молодым, но исключительно потому, что мне было бы лень учиться. Если выдается возможность покричать на улицах, а не сидеть на лекциях, так чего бы и не оказаться в числе бастующих? Впрочем, я всегда подозревал, что революционеры - это люди, способные принять вызов беспощадности мира и ответить ему еще большей беспощадностью. Видимо, для этого мне просто не хватает такого рода храбрости, все-таки я из породы лентяев.
- Тогда что вас вдохновляет или шокирует?
- Единственное, что меня удивляет в этой жизни, это симпатия, притяжение, молниеносно возникающие между мужчиной и женщиной. Что же касается шока, который я получаю от жизни, то от него я избавляюсь в своих книгах.
- Вы сказали, что в отличие от своих героев не могли бы вступить в интимную связь с юной девушкой. Вы пуританин?
- Мир, не уважающий ничего, кроме юности, сексуальной свежести и молодого тела, мало-помалу пожирает человеческое существо. Я не хочу быть проглоченным этой обманчивой жаждой удовольствий.

Культура 00:01 / 28 Августа 2026 13165

«Иду в последний путь. Гумилев»

105 лет назад был расстрелян поэт Серебряного века, боевой офицер и неутомимый путешественник

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

Он родился в Кронштадте, детство провел в Царском Селе, большую часть своей 35-летней жизни — в Петербурге. Все его памятные места за один день не обойти. Созданное в 2019 году изваяние поэта находится...