Труд: «Мы были в неоплатном долгу перед ребятами»

Главная Жизнь 00:01 10 Октября 2025 4507

«Мы были в неоплатном долгу перед ребятами»

80 лет назад в тогда еще Кенигсберге был открыт мемориал 1200 советским воинам-гвардейцам

Напечатать

30 сентября 1945 года. Открытие памятника Героям-гвардейцам, павшим при штурме города и крепости Кенигсберг. Фото из открытых источников

1945 год, первая послевоенная осень. Перемолотая войной Восточная Пруссия лежит в разрухе. И пока толком не ясно, что же будет с ней дальше. Тем не менее здесь появляется мемориальный комплекс — один из первых подобных памятников в СССР.

В городе тогда еще тут и там тлели пожары после штурма, но уже начался разговор о сооружении мемориала в честь солдат и офицеров 11-й гвардейской армии, погибших в боях за прусскую столицу. Говорили просто: сперва нужно воздать должное павшим товарищам и лишь потом думать о себе, об устройстве элементарного быта.

Почетный гражданин Калининграда Александр Студинский в 1945-м был старшим лейтенантом. Он принимал активное участие в возведении мемориального комплекса.

— Работали мы с утра до ночи не разгибаясь, — вспоминал позднее Александр Иосифович, — ведь мы были в неоплатном долгу перед ребятами. Они погибли, а нам повезло: Тогда это чувствовалось особенно остро.

Памятник они построили в рекордно короткие сроки. Решение о его сооружении было принято 8 мая 1945-го, в тот день командующий 11-й гвардейской армией генерал-полковник Кузьма Галицкий издал соответствующий приказ. Работы начались 15 июня. А уже 30 сентября состоялось открытие мемориала, куда из разных концов взятого штурмом города перенесли останки гвардейцев.

Мемориал получился строгим и выразительным. В центре — 26-метровый обелиск-штык, который сверху выглядит как пятиконечная звезда. Вокруг — площадь с братскими могилами, охваченная полукольцом 140-метровой мемориальной стеной. Созданием проекта, творческой частью работ руководили архитекторы Иннокентий Мельчаков и Сергей Нанушьян.

Было решено возвести и четыре персональных памятника. Бронзовые бюсты стоят над надгробиями Героев Советского Союза гвардии генерал-майора Степана Гурьева и гвардии полковника Сергея Полецкого. Именные обелиски по просьбе однополчан были установлены в память о гвардии старшине медицинской службы Елене Ковальчук (похоронена в Алитусе, Литва) и Герое Советского Союза гвардии майоре Анатолии Сергееве (похоронен в Мариямполе, Литва).

«Ваше мужество было беспримерным. Ваша воля была непреклонной. Ваша слава бессмертна» — чеканные строки для мемориала написал Юрий Чернов. На тот момент будущий писатель был фронтовым корреспондентом. А вообще большую часть войны он прошел бойцом на передовой. Сталинград, Курская дуга, Белоруссия. В Велау (ныне Знаменск Калининградской области) получил третье ранение, два из семи осколков остались с ним навсегда. Юрий Михайлович знал многих из тех, кто упокоился под этим памятником. Так, медсестра Елена Ковальчук спасла его, когда под Витебском он под огнем врага лежал с тяжелой раной на ничейной земле.

— Представляете, какое волнение, какую ответственность перед павшими и живыми испытал я, получив приказ командования написать тексты для стелы мемориала? — вспоминал он.

Наверняка волновался и сам генерал Галицкий, когда 30 сентября 1945 года вышел на трибуну.

— Война потребовала от нас немалых жертв, — произнес генерал. — Бойцы Красной армии бестрепетно отдавали свою кровь и жизни во имя будущего. Здесь похоронены наши друзья, славные сыны великой Родины. Памятник, который мы открываем, — знак всенародной благодарности и любви к гвардейцам-героям. Склоним же знамена над их братскими могилами!

Последовали минута молчания, артиллерийский салют, возложение венков и цветов. И парад: гвардейцы печатали шаг, отдавая последние почести павшим товарищам.

Василий Пересторонин на фоне скульптурной группы «Победа». Апрель 1966-го. Фото из открытых источников

За минувшие с тех пор годы тут произошло немало изменений. Скульптурные группы по краям мемориала — «Штурм» и «Победа» — появились позже, в 1946-м. К слову, позировали для фигур бронзовых солдат герои-гвардейцы Василий Пересторонин и Михаил Полисадов.

— Волновались мы тогда больше, чем перед боем, — признавался Пересторонин, — понимали, что скульптуры создаются на века. Достойны ли мы такой чести?

После войны Василий Прокопьевич (в скульптурной группе «Победа» он позировал для фигуры воина со знаменем) жил в Свердловской области, работал плотником в лесхозе. А в 1966 году приехал в бывший Кенигсберг, 9 апреля приняв участие в возложении венков к братской могиле гвардейцев. И вот что он тогда сказал:

— В Калининграде я с трудом у-знаю места, где воевал. Город выстроен вновь. Я рад, что народ не забывает моих товарищей и чтит их подвиг. Но лучший памятник им — это город ваш, поднятый из руин трудовыми руками калининградцев:

Ваяли фигуры воинов литовские мастера Юозас Микенас и Бронюс Пундзюс. Это сегодня в Литве кричат про «советских оккупантов», тогда же память о войне была свежа, и речи, и дела выглядели иначе. Литовская ССР оказала большую помощь в создании мемориала. А к его 20-летию там издали богато иллюстрированный альбом-монографию искусствоведа Стасиса Будриса о том, как создавался мемориальный ансамбль на братской могиле советских воинов 11-й гвардейской армии, погибших при штурме города-крепости Кенигсберг.

С 9 мая 1960 года в центре комплекса горит Вечный огонь. В 1995-м рядом с мемориалом появилась православная часовня — основанием для нее стали Аусфальские ворота Кенигсберга. А четверть века назад по соседству был заложен парк Победы, ставший продолжением величественного мемориального комплекса, который в народе называют просто «Тысяча двести». Скажешь так — и все сразу понимают, о чем речь.

6 мая 1983-го меня здесь принимали в пионеры, и я до сей поры помню тот день.

Напечатать

Жизнь 00:02 / 27 Марта 2026 9428

Весна, пора жить ярче

Московская неделя моды: от ИИ-примерочной до «пальцев Фредди Крюгера»

Евгения Заболотских

Труд

В российской столице завершилась VI Московская неделя моды. Пять дней посетители в Манеже восторгались, дивились и недоумевали по поводу капризов изменчивой модной погоды, которая норовит скатиться то к ветхозаветным...