Несмотря на молодость – Ксавье Долану всего 27 лет – он уже стал знаменитостью и любимцем Канн. Вот и в этом году режиссер увез с Лазурного берега Гран-при. Как раз за фильм с таким провокативным названием «Это всего лишь конец света». Вроде бы ожидаемо, но не совсем. Потому что он снял, наконец, кино не визгливо-подростковое («Я убил свою маму», 2009; «Мамочка», 2014), а тихо-взрослое. Причем на тему, достойную мастера, но не самую удобную: ухода из жизни. Прощания с ней.
В основе сюжета – пьеса Жана-Люка Лагарса, драматурга, который умер в 1995 году от СПИДа. За пять лет до смерти он написал эту почти автобиографическую пьесу (историю молодого драматурга, умирающего от неизлечимой болезни, навещающего семью, с которой не виделся двенадцать лет). Ее-то и выбрал для постановки Долан. Его не испугала явная театральность – все действие происходит, по сути, в одних декорациях. Долан как бы подносит микроскоп к лицам своих совсем не праведных героев и с ужасом и отвращением в них вглядывается. Пожалуй, ни в одном из его предыдущих фильмов так не играют глаза актеров, выражающие тончайшие эмоции.
Итак, успешный писатель Луи (красавец Гаспар Ульель), в юности сбежавший из семьи в гей-гетто, возвращается домой. Почему так долго не шел? Неизвестно. Зачем именно сейчас? Это мы поймем к финалу. Вся его драма останется за кадром и роковое слово СПИД так и не будет произнесено. Проститься и признаться ему не удастся – потому что в этой «стране глухих» кричат все, но никто другого не слышит. Его не слышит и не понимает взбалмошная мать (неузнаваемая Натали Бай), вся в татуировках сестра (вдруг трепетная Леа Сейду), старший брат (истеричный Венсан Кассель). Здесь у всех свои счеты с Луи. Перед нами проходит парад обид и обидок, старых, молью проеденных претензий, скелетов и скелетиков, которые то и дело вываливаются из старого шкафа.
Уже через три минуты ясно, что хотя эти люди и живут вместе, но это уже не семья, а так… сборище истеричных параноиков. Мать красит синие ногти и сразу не обнимет блудного сына, сестра будет пикироваться с братом… Только жена брата, кроткая Катрин что-то почувствует, обменявшись взглядом с Луи. Она здесь белая ворона, одна выпадает из этой бесконечной войны всех со всеми. И общий стол с сакральным для французов десертом не объединит их. Распад молекулы на атомы необратим. И эта удушающая клаустрофобия, похоже устраивает всех, но самого героя от нее просто рвет (в прямом и переносном смысле).
«Это всего лишь конец света» — не фильм о СПИДе или о нетрадиционных отношениях, а о том, как в современном мире потеряны коммуникации, о криках, которые, по сути, молчание, о стене между близкими людьми, о музыке, которая стала вульгарностью, об апокалипсисе, который стал обыденностью и который никто уже не замечает. Кроме человека, стоящего на черте миров.
Молчание Луи, который внимательно слушает каждого – это та загадка, тайна, которая, как нерв, держит весь сюжет. Но пробьют часы с живой кукушкой, она вылетит и упадет замертво – где, кстати, Долан подсмотрел эту чисто русскую примету, возвещающую о близкой смерти? А мы все ждем, когда он начнет говорить. Не дождемся. Он не начнет. Потому что его молчание – это ответ, в котором и страх, и надежда, и покаяние.
Режиссерский дар Долана не зря отметили в Каннах. Он и в том, что о театральной основе совсем не думаешь – настолько этот глубоко личностный фильм цепляет с первой до последней минуты. Не зря сам режиссер (он же сценарист, монтажёр и продюсер) назвал его своей лучшей картиной.
Кстати, лента будет представлять Канаду среди претендентов на премию «Оскар» в категории «Лучший фильм на иностранном языке».
