Как такое вообще может быть? — от возмущения у Ирины перехватывало дыхание, и она могла разговаривать только отрывистыми фразами. — Людям в глаза теперь как смотреть… В голове не укладывается…
Понять состояние Ирины было несложно. Её мама Татьяна Васильевна в свои 50 лет влюбилась и ради этой любви решила оставить семью. Вообще Ирина ещё в школе поняла, что мама не любит её отца. Но то, что родительница выкинет такой фортель, Ирина и представить себе не могла.
Началось все с того, что в прошлом году Татьяна Васильевна с мужем решили купить домик в деревне.
Честно говоря, Ирина с самого начала сомневалась, что мама станет заниматься огородом и прочими радостями деревенской жизни. Все это
— Я думала, все сведется к тому, что она будет капризничать, плакаться, гонять отца по огороду и указывать ему, где что сажать, — делилась Ирина.
Однако, к удивлению Ирины, маме в деревне понравилось, и она принялась исправно кататься туда каждые выходные. Причем Татьяна Васильевна даже не настаивала, чтобы супруг непременно ездил с ней. Муж Толя был этому только рад.
Ещё больше мама удивила Ирину, когда объявила, что в отпуск ни на какой курорт не поедет, а будет вкалывать на грядках. К тому же она затеяла перестраивать баню и наняла деревенского соседа Михаила. За строительством, разумеется, нужно было приглядывать.
В итоге Ирина с отцом отправились отдыхать вдвоем, а Татьяна перебралась на это время в деревню.
Вернувшись, Ирина обнаружила маму постройневшей и загоревшей. Она без конца смеялась, шутила и даже совсем не придиралась к отцу.
— Я, конечно, сразу подумала, что мама влюбилась, — признавалась позже Ирина, — и даже решила специально съездить в деревню, чтобы проверить, что там да как.
Поездка Ирину успокоила на все сто. Большинство семей приезжали сюда лишь на выходные и всем составом. Весь месяц здесь жили лишь молодая семья с двумя детьми, бабушка с внучкой, да ещё
Местную деревенскую публику Ирина, разумеется, в расчет не брала. Самому приличному из них, Михаилу, который как раз переделывал им баню, было 37 лет. Но он вряд ли бы смог хоть
Остальные местные мужики производили ещё более удручающее впечатление. И Ира успокоилась.
— Я тогда ещё подумала, может, это на нее природа так подействовала, — усмехается Ирина.
Мама же, судя по всему, природу действительно полюбила. И с началом весны вновь отправилась в деревню.
…В те выходные Ирина решила со своим парнем Игорем съездить в деревню. Обычно она звонила маме и предупреждала, что приедет. А в этот раз черт попутал: перед выездом из города замоталась, а когда оказались на трассе, то мобильник уже не ловил сеть.
Никаких дурных предчувствий у нее не было. И когда, войдя с Игорем в коридор, она услышала наверху приглушенные голоса, то даже не насторожилась.
— Ма, мы приехали! — звонко объявила она, поднимаясь по лестнице.
Возле неприбранной кровати, на которой валялась цветная мужская рубаха, торопливо натягивала на себя халат мама, а рядом суетливо застегивал штаны… сосед Михаил.
— Я как в ледяную воду сиганула, — делилась Ирина, — дыхание перехватило. Я даже сказать ничего не могу, только булькаю
Справившись со штанами, Михаил хватанул рубаху и, пробормотав: «Ну пошел я, пока», юркнул на лестницу. Мама осталась с Ириной один на один.
— Я было начала на нее орать, дескать, совсем опустилась, нашла с кем, — вспоминает Ирина, — а она
При Игоре затевать выяснения отношений не стали. Утром Ирина с Игорем уехали в город, а мама осталась.
Ирина ждала её к вечеру, но она не приехала ни в этот день, ни на следующий. Отец уже привык к частым маминым отлучкам. И Ирине даже казалось, что в глубине души ему так даже легче: никто не пилит, ссор не затевает.
Но на этот раз сердце у Иры было не на месте, и она решила ещё раз съездить к маме, чтобы обо всем с ней поговорить.
Татьяну Васильевну она застала на веранде все с тем же Михаилом. Её рафинированная мама сидела в сарафане с цветастой косынкой на голове — ни дать ни взять
— И это моя мама, которая с детства запрещала мне к картам прикасаться, говоря, что это игра для дебилов, — недоумевала Ирина.
Бросив маме, что им нужно поговорить, она рванула в дом.
Мама вошла следом, плотно прикрыла входную дверь, медленно повернулась в сторону дочери и, глядя
— Я остаюсь жить с Михаилом…
Ирина от неожиданности чуть не упала. Она принялась было снова вопить: «Да как ты можешь, да это себя не уважать!» Но у мамы был такой жалобный вид, что она остановилась.
Потом они долго говорили друг с другом, и Татьяна Васильевна рассказывала ей историю своей запоздалой любви.
Замуж она вышла без особой любви. Интеллигентный студент аспирантуры очень нравился её маме, а маму Татьяна привыкла слушаться во всем.
Анатолий со своей аспирантурой и внешностью Шурика из «Кавказской пленницы» очень вписывался в мамины представления о культурности. По её воле юная Таня и музыкальную школу окончила, и в консерваторию поступила. При том что музыку она просто терпеть не могла. Возможно, поэтому музыкальная карьера и не заладилась. И Таня устроилась работать учительницей в музыкальную школу. Работу свою она, как и мужа, не переваривала. Но
Когда, по словам Татьяны Васильевны, она только первый раз приехала в эту деревню, все сразу как будто изменилось.
— Как будто я
Ощущение узнаваемости и теплоты усилилось, когда она увидела соседа Михаила.
— Крута машина, — уважительно покрутил головой Михаил, оглядывая Танину «Дэу», и, игриво подмигнув Татьяне, добавил: — Прям как хозяйка.
От этого «затейливого» комплимента Татьяны захихикала, как семиклассница.
Да, он был неказист и малограмотен, но при этом от него веяло такой завораживающей уверенностью. Рядом с ним Татьяна почувствовала себя спокойно и защищенно.
Михаилу внимание городской дамочки, да ещё такой «модёны», конечно же, льстило. В итоге они оказались вместе в постели уже через неделю после начала строительства бани. После этого Татьяна влюбилась окончательно.
На вопрос дочери, о чем же она разговаривает со своим Ромео, Татьяна Васильевна растерянно пожала плечами: «Да мы
Уже сажая дочь в вагон электрички, Татьяна Васильевна попросила все рассказать отцу и взяла слово, что они с Игорем будут сюда приезжать.
— Ну прости свою непутевую мать, — виноватой скороговоркой прошептала Татьяна Васильевна и суетливо чмокнула дочь в щеку.
Тяжелее всего было рассказать все отцу. Он выслушал новость молча и, как показалось Ирине, даже с некоторым облегчением. Хотя по нему было видно, что роман жены с молодым деревенским парнем все же задел его больше, чем все былые оскорбления
19:57
Сто лет для Севморпути
