В канун Нового года я запостила в «Фейсбуке» короткое: «Кто записался добровольцем?», но народ меня не понял. Совсем. Никто даже не отреагировал. Добровольцем — куда? Когда петарды уже отгрохотали, и шампанское выветрилось, один человек все же уточнил: вы имеете в виду вакцинацию, что ли?!
И тут уже посыпалось как из рога изобилия. Один пульнул роликом из «Ютуба», где актриса Мария Шукшина взывает к совести властей из-за введения масочного режима и массовой вакцинации. Оперирует при этом исключительно категориями религиозными, рисует картины поклонения золотому тельцу и искупления грехов до четвертого колена! По ее мнению, вся эта суета затеяна обогащения ради, пандемии-то нет.
Интересно, вела ли Мария дебаты о поклонении золотому тельцу со своими родственниками, когда те ходили на передачи, признанные прогрессивным человечеством постыдными? Там герои рассказывают стране перипетии (так это культурно назовем) семейных взаимоотношений. Гонорары за откровения немалые.
Второй ролик — про врачей, нагрянувших выяснять отношения с руководителем Роспотребнадзора Анной Поповой. Экзальтированные тетки кричат, что Попова — всего лишь санитарный врач, а они-то знают, как лечить... Такие ролики смотреть неловко. Кажется, это называется испанский стыд: когда кто-то совершает нечто непристойное, а стыдно тебе.
Уж не говорю про ролики, где очередной возмущенный человек рассуждает про принудительность вакцинации. Путин, мол, сказал, что вакцинация будет добровольной, тогда почему людям, не желающим вакцинироваться не до конца исследованной вакциной, не разблокируют социальные карты? Это же нарушение прав! Под таким понятным сердцу каждого москвича слоганом лайков больше всего.
Но позвольте: никто же никого не принуждает вакцинироваться. Не верите в вакцину — не ходите. Я знаю нескольких врачей, которые вакцинироваться не желают, хотя и ходят на работу. Никто им не предъявил ультиматум, хотя могли бы. Разве врач заразить не может? Но они возмущаются, что ездить на работу накладно, так как социальные карты заблокированы. Это же уж совсем нехорошо: рассуждать о праве на льготное передвижение и не принимать во внимание то, что у окружающих есть право на безопасность.
Специально посчитала, кто из моих знакомых врачей за прививку, а кто против. Получилось пятьдесят на пятьдесят. Необходимым вакцинироваться считают те врачи, которые сами переболели. Они знают то же, что и каждый: прививка разрабатывалась в спешном порядке. Но у нас у каждого пока остается выбор: вакцинироваться сейчас, повышая свои шансы, или заболеть, а то и умереть, ожидая эту идеальную вакцину.
В моих окрестностях несколько смертей из числа тех, что были на расстоянии рукопожатия. Целых семь. «Терять их страшно! Бог не приведи!» — как писала Ахмадулина об уходящих друзьях. А если они уходят не от «своих» болезней, а по причине пандемии, страшно вдвойне. Болевших тяжело, хотя и выкарабкавшихся — гораздо больше. Есть среди них и родственники, ходившие, что называется, по самому краю карниза. Бог миловал.
... Для тех, кто знает, что прививаться надо, но все равно сомневается — исторический пример. Екатерина II в 1768-м тоже сомневалась, но страх смерти от оспы победил сомнения. Ей первой в Российской империи сделали прививку. На случай своей смерти императрица распорядилась держать наготове упряжку почтовых лошадей, чтобы врач-англичанин мог срочно уехать из страны и избежать самосуда. Отличный, кстати, пример — из области духовных скреп.
