Труд: «Подозреваю, у меня, как у Ихтиандра, есть жабры»…

Главная Культура 19:40 15 Апреля 2017 5141

«Подозреваю, у меня, как у Ихтиандра, есть жабры»…

Режиссер и сценарист Ираклий Квирикадзе – о плавании, спорте и здоровом образе жизни

Напечатать

С замечательным сценаристом, режиссером, писателем, актером, педагогом, блистательным рассказчиком Ираклием Квирикадзе мы часто встречаемся на кинофестивалях. Как правило, они проходят в приморских городах. И я давно заметил: каждую свободную минуту мой старший товарищ, перешагнувший 75-летний рубеж, проводит в море, где в буквальном смысле слова чувствует себя как рыба в воде.

Порой он уплывает далеко-далеко, к линии горизонта, и возвращается на берег только через час-другой. Человек творческий, без конца что-то обдумывающий или пишущий от руки (компьютер он так и не освоил), Квирикадзе известен еще и как фанат активного, здорового образа жизни. Об этом мы и поговорили с ним в одну из недавних встреч.

— Ираклий Михайлович, что значит спорт, в частности плавание, в вашей жизни?

— Чрезвычайно многое. Я не мыслю себя без спортивных занятий, без движения. А вода, плавание в моей иерархии жизненных ценностей занимают едва ли не первое место. И не только потому, что я снял в свое время известный фильм «Пловец». Иногда мне кажется, что у меня, как у Ихтиандра, есть жабры. Если я не окажусь в море или в бассейне хотя бы два-три раза в неделю, чувствую себя неживым. Давно про себя понял: я не человек асфальта, не человек гор, я человек моря. И этому есть свое объяснение. Я родился еще до войны в Батуми, дом наш стоял на морском берегу. Мама рассказывала мне, что мою колыбель она часто выносила на воздух, и я засыпал под звуки прибоя.

Наверное, любовь к водной стихии вошла в меня на подсознательном уровне. А сегодня ради того, чтобы поплавать, я готов сбежать из хорошего ресторана, с просмотра фильма. Мне 77 лет, но я чувствую себя максимум на 45, могу пройти в быстром темпе 10-15 километров и даже не вспотеть. Когда меня все-таки скрючит от старости и я не смогу передвигать ноги, я, надеюсь, по-прежнему буду плавать. У меня есть мечта — на склоне лет поселиться на берегу моря. Любого моря. Лишь бы это не был Северный Ледовитый океан...

— Родившись на море, вы, наверное, плавали с юных лет...

— Да, я рос нормальным батумским мальчишкой, который плавал чуть ли не круглый год, а девочек обольщал тем, что прыгал с 10-метровой вышки, крутя сальто. В Батуми на берегу моря располагалось спортобщество «Пищевик». Это было здание 30-х годов с надписью на фронтоне: «Лучший друг физкультурников — И. В. Сталин». В «Пищевике», что было редкостью для тех времен, работал бассейн с подогревом воды. И вот там я провел лучшие дни своей юности. Летом мы резвились в море, а зимой плавали в бассейне. Плавали на расстояние, на скорость, на спор...

Я не стал спортсменом, у которого есть рекорды и разряды. Но могу похвастаться тем, что 50-метровый бассейн в то время мог запросто проплыть под водой. Нырнул здесь — а вынырнул у противоположного бортика. Подростком я несколько раз участвовал в заплывах на 6 километров, которые устраивались в Батуми. Впереди плыл плот с портретом товарища Сталина, весь увитый бумажными цветами. На плоту играло музыкальное трио, и человек 150, в том числе и я, кто кролем, кто брассом плыли вслед за Сталиным к горизонту. Эти впечатления потом отозвались в моем фильме «Пловец».

— Кстати, как у вас созрел замысел этого фильма?

— Я жил недалеко не только от моря, но и от рынка. А рядом с рынком стояла кофейня, где варили лучший в городе кофе. И в этой кофейне каждый день собирались крепкие, сухие старички, которые пили кофе, курили местный табак, крепкий до ужаса, и рассказывали друг другу разные истории. Я крутился рядом и слушал. Одна из этих историй гласила о некоем Дурмишхане Думбадзе, красавце, силаче, батумском водолазе. По легенде, когда один английский спортсмен впервые переплыл Ла-Манш, Думбадзе бросил сгоряча: «Подумаешь, я два Ла-Манша переплыву». Его поймали на слове. По одной из версий, Думбадзе тут же разделся и бросился в воду, успев только сказать: езжайте в Поти, я выплыву там. А расстояние по морю от Батуми до Поти — 60 километров, это как раз два Ла-Манша.

Доплыл он, не доплыл — история умалчивает. Во всяком случае, в Поти его никто не встречал. Но через какое-то время наш герой вернулся домой. Пришел на площадь и сказал: я сделал это. Ему не поверили. Оскорбленный, он ушел из Батуми и прожил остаток жизни в деревушке. Я взял это сюжет, додумал его, в итоге получился фильм «Пловец».

— Почти все действие картины происходит в воде и на воде. На съемках опасные случаи были?

— Нет, все обошлось благополучно. Хотя часто снимали в дождь, а однажды даже в 9-балльный шторм. Помню, нашу лодку с камерой мотало, как щепку. Но исполнитель главной роли, силач и красавец Элгуджа Бурдули, которого я нашел на автозаправке, каждый раз выныривал из волн и мощно, красиво плыл дальше, как это требовалось по ходу фильма.

— Картину в свое время положили на полку. Почему?

— В фильме заплыв повторяли три поколения рода Думбадзе: отец, сын, а затем внук. И буквально на глазах зрителей происходило обмельчание, вырождение рода: если Дурмишхан — атлетичный красавец, то его сын был пожиже, а внук оказывался толстым рохлей, неспособным на подвиги. В эпоху застоя это было воспринято как антисоветский выпад, в картине увидели множество спрятанных кукишей. Особенно возмутила чиновников сцена с массовым заплывом физкультурников вслед за плотом с портретом товарища Сталина. В те годы дряхлеющий Брежнев начал возрождать культ генералиссимуса, и в этой невинной сцене увидели аллюзию на тему Крысолова и его волшебной дудочки. Поэтому картину напечатали одной копией и пустили не третьим даже, а седьмым экраном. Но с началом перестройки лента выплыла из небытия, собрала с десяток фестивальных наград в Токио, Мар-дель-Плата, Сан Ремо... Я много работал в кино, но на сегодняшний день это, наверное, главный фильм в моей жизни.

— А свои 60 километров вы проплыли?

— За один раз нет. Но за всю жизнь я проплыл сотни, тысячи километров. Абсолютно уверен, что плавание — лучшее средство от всех болезней. В 1991 году мне сделали в США серьезную операцию на сердце. Я в то время был страстным курильщиком, курил сигареты с трубочным табаком, это и привело к беде. Хирург сказал мне после операции: есть много лекарств, которые растворяют холестериновые бляшки, но самое универсальное из них — это бросить курить и один час в день обязательно отдавать спорту. С тех пор я не взял в руки ни одной сигареты. Некоторое время бегал трусцой, потом бросил. Но плавание я не бросал никогда. Это для меня больше, чем спорт. Больше, чем образ жизни. Это для меня своего рода религия.

—- Как вам кажется, спорт помогает творчеству?

— Спорт помогает держать себя в тонусе, не раскисать от болезней, сохранять активность, ясный ум. Если бы не каждодневные спортивные занятия, я давно мог бы в мои годы превратиться в дряхлого старика. А я много пишу — и сценарии, и прозу, преподаю в нескольких вузах кинодраматургию, спасаю чужие, зашедшие в тупик проекты тем, что заново придумываю и собираю их на монтажном столе. В последние годы я не отказываюсь ни от какой работы. У меня молодая красивая жена, четырехлетний сын Ираклий Ираклиевич. По мужскому обычаю я должен сделать все для того, чтобы моя семья была счастлива.

Штрихи к портрету

Ираклий Квирикадзе — грузинский и российский сценарист, режиссер, лауреат международных кинофестивалей, номинант на премию «Оскар». Работает в Грузии, России, Европе, Америке. В 1964 году окончил факультет журналистики Тбилисского университета, в 1968 — режиссёрский факультет ВГИКа. Поставил фильмы «Кувшин», «Городок Анара», «Пловец», «Моя тетя Дуду», "Путешествие товарища Сталина в Африку«...Автор или соавтор сценариев всех своих фильмов, а также картин «Робинзонада, или Мой английский дедушка», «Лимита», «1001 рецепт влюбленного кулинара», «Лунный папа», «27 украденных поцелуев», «Андерсен. Жизнь без любви», «Метеоидиот»...

Напечатать

Культура 00:20 / 03 Апреля 2026 29128

Просто взять и заколотить Кижи

Почему горят шедевры деревянного зодчества Карелии?

Ирина Смирнова

Труд

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...