75 лет назад в поселке Победино Краснознаменского района, что на восточной окраине Калининградской области у самой границы с Литвой, случилась радость: прислали трактор. Технику доверили Димке Щербакову и Петьке Мамонтову. Пахать приходилось как проклятым. Сутками не глушили мотор. А однажды...
— К вечеру такой туман насел, что борозды не видать, — вспоминал Дмитрий Николаевич, когда-то тот самый Димка. — Решили остановиться до рассвета. И задремали в кабине.
Неожиданно дверца распахнулась.
— А ну вылезайте!
Продрав глаза, парни увидели, что уже глубокая ночь. А вокруг трактора стоят шестеро вооруженных мужчин. Сердце у Димки упало: «лесные братья»...
В бывшую Восточную Пруссию Щербаковы приехали в октябре 1946-го. До этого семья жила в Воронежской области. А потом мать решилась переселиться в «неметчину». Поверила вербовщику, который обещал, что жизнь там не в пример легче. Если бы так!
Главными бедами на новом месте были голод и «эхо войны». От первой напасти выручала близкая Литва — там народ жил сытнее. А вот чем закончится встреча с очередным бесхозным боеприпасом, тут уж как кому повезет. Младшему брату Димки не повезло. Как-то сеялкой вывернуло из земли противотанковую мину. Гриша стоял рядом...
А теперь вот встреча с «лесными братьями». Литовские националисты, как и украинские бандеровцы, не щадили даже детей. При этом «борцы за свободу и независимость Литвы», не ограничиваясь родными местами, совершали набеги и на соседей-калининградцев.
— Шевелитесь!
Когда трактористы вылезли из кабины, «лесные братья» приказали вести их в поселок. Один из бандитов, судя по всему, командир, сказал:
— Сперва покажете нам дом председателя.
Также их интересовали участковый, агроном и завмаг.
— Пошли! — приказал старший.
Минута, другая, третья. Победино все ближе. Что же делать? Ведь, ясное дело, убивать идут. И Димка решил схитрить.
— Извините, я с испугу не сразу вас понял. Председатель и другие, кто вам нужен, они в поселке не живут. Их привозят из райцентра на день, под охраной.
— Да ну?
Тем не менее незваные гости остановились и стали о чем-то по-литовски совещаться.
— Ладно, поворачивай.
Шли долго. Под утро свернули к болоту. Главный сказал:
— Все, можете идти обратно.
Ребята повернулись спиной к бандитам, сделали шагов пять и услышали сзади щелчок автоматного затвора. Димка оглянулся. И жуткая боль разорвала голову...
Очнувшись, он увидел возле себя мертвого товарища. А сам лежит в луже собственной крови, в ушах звон... Лишь слегка очухавшись, понял, что, угодив в левый висок, пуля прошла навылет, выйдя из правой щеки. Собравшись с силами, пополз, то и дело теряя сознание. Но к вечеру все же выбрался на дорогу. Там его и нашли.
— Долго я потом лечился, — рассказывал Дмитрий Николаевич. — Однако выжил же каким-то чудом. А Петра столько лет как нету... Кстати, позже мы уже и сами с оружием в руках выходили против «лесных братьев». Под командованием нашего участкового — Федора Семеновича Антипенкова.
На память о той страшной ночи остались шрамы на лице и официальная справка. Мол, Щербаков Дмитрий Николаевич и его напарник подверглись нападению вооруженных литовских националистов, которые завели их в болотистое место и расстреляли. Но «по стечению обстоятельств Щербаков Д.Н. был ранен в голову не смертельно».
А упомянутый им бесстрашный участковый запомнился многим старожилам. Увы, позже, 4 ноября 1949-го, его жизнь оборвалась. В тот день банда из Литвы совершила налет на районный лесхоз. Младший лейтенант милиции Антипенков мужественно противостоял «лесным братьям» и геройски погиб в неравной схватке.
В 1973 году в Краснознаменске одной из улиц присвоили имя Антипенкова, а на здании отдела внутренних дел установили мемориальную доску в его честь.
