Что общего было у Екатерины II и Иосифа Сталина

Суздаль. Вид сверху на церковь Воскресения Христова. Фото: © Komsomolskaya Pravda, globallookpress.com

Как музею русской старины Суздалю в последние полтора века везло. Железная дорога прошла мимо, и город, потеряв былое торговое значение, избежал урбанизации и сохранил провинциальный дух — в хорошем смысле этого слова. Большевики снесли полтора десятка церквей, но 35 храмов уцелели и дожили до наших дней. Пять монастырей, которые в разные годы использовали под мастерские, склады и казематы для заключенных, в новой российской истории отреставрировали, вернули в лоно православной церкви или отдали под музеи. Так Суздаль превратился в главную жемчужину Золотого кольца, где в нынешние каникулы, с конца декабря и до середины января, наблюдалось настоящее столпо-творение туристов.

Впрочем, положа руку на сердце, для зимнего отдыха у нас выбор остался невеликий. Вот я годом раньше останавливался в лучшем отеле Гагры, который предлагал хороший европейский сервис за 10 тысяч рублей в сутки на двоих. Недешево, но ради праздника можно было раскошелиться. Однако нынешней зимой в Абхазию, где происходят веерные отключения электроэнергии, надо ехать со спальным мешком и с керосиновой лампой. Много ли найдется желающих превратить рождественские каникулы в борьбу за выживание, этакую разновидность бытового экстрима?

Что же остается? Как говорил знакомый полицейский, когда у силовиков стали отбирать загранпаспорта, «теперь еще сильнее будем родину любить». Хотя такая любовь у нас порой стоит нервов и немалых денег. В начале декабря мне не без труда удалось забронировать в каникулы гостиницу на окраине Суздаля. Номер в мансарде на третьем этаже со скромным завтраком обошелся в 20 (!) тысяч рублей в сутки, что круто даже по столичным меркам. Да и в Париже, Вене или Риме туристу можно найти жилье куда дешевле. Да только попробуй теперь туда добраться...

Хотя и в этом старом русском городке транспортные расходы неизбежны: пришлось тратиться на такси, поскольку ходить по обледенелым тротуарам городка просто опасно. Что, видимо, объясняется не только нынешними погодными катаклизмами, но и полным отсутствием в заповедном месте гастарбайтеров. Весь обслуживающий туристов персонал, от уличных торговцев и извозчиков до официантов и музейных работников, набирается исключительно из местного населения. Здорово, но скользко!

Фото автора

Впрочем, бытовые неурядицы меркнут и стираются из памяти, как только ты оказываешься в центре Суздаля, который знаком даже тем, кто здесь никогда не бывал. Этот город выбирали для натурных съемок режиссеры сорока с лишним фильмов, среди которых «Андрей Руб-лев» и «Метель», «Царь», «Братья Карамазовы» и «Чародеи». На берегу Каменки народ спешит сделать селфи рядом с героями фильма Андрея Тарковского, а потом постоять на площади у Антипьевской церкви под ручку с бронзовым Георгием Вициным из «Женитьбы Бальзаминова». А на другой стороне улицы тот самый бревенчатый дом с резными ставнями, где наивный мелкий чиновник ждал сваху и грезил о богатом приданом.

Туристы из тех, что побогаче, могут за 6 тысяч рублей нанять карету с извозчиком и за полчаса не спеша объехать основные памятники истории и архитектуры, которые внесены в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО. В резном камне белокаменных соборов, мощных кирпичных башен с бойницами и крепостных стен словно застыла история древнерусского города.

Фото автора

Он был центром Ростово-Суздальского княжества во времена Юрия Долгорукого, который тогда еще не успел основать нашу нынешнюю столицу. Много позже, когда царский двор перебрался сначала на берега Москвы-реки, а потом Невы, власти захолустный городок не особенно жаловали. В местный Покровский монастырь из столиц ссылали впавших в немилость жен знатных бояр и даже государей. Здесь стала насельницей и потом была похоронена Соломония Сабурова, первая жена Василия III. Насильно пострижена и сослана сюда была и Анна Васильчикова, пятая жена Ивана Грозного. Император Петр I тоже не стал нарушать традицию и по возвращении из Европы отправил в Суздаль свою жену Евдокию Лопухину.

Но, пожалуй, больше своих предшественников отличилась просвещенная императрица Екатерина II, которая распорядилась прямо на территории суздальского Спасо-Евфимиева монастыря открыть тюрьму. Видимо, звон колоколов должен был способствовать наставлению отступников на путь истинный. Перефразируя Михаила Жванецкого: у нас одна половина сидела, а другая их сторожила и молилась.

В любом случае сегодня Суздаль может служить наглядным пособием по политической истории Отечества, где всегда хватало загогулин. В центре города — администрация под триколором, напротив зовет в светлое будущее бронзовый вождь пролетариата. Главная улица имени Ленина ведет к памятнику здешнему уроженцу князю Дмитрию Пожарскому, за спиной которого намоленные храмы Спасо-Евфимиева монастыря. Где два с лишним века монастырские узники сменяли друг друга в камерах — лихие люди, сектанты и раскольники, декабристы и революционеры. Только перед Первой мировой войной местному игумену удалось было тюрьму из монастыря убрать, но очень скоро выяснилось, что ненадолго.

У советской власти тоже было много врагов из буржуев, попов, купцов, интеллигенции, крестьян и прочего контрреволюционного элемента. Уже при Сталине среди сидельцев появились бывшие партийные соратники усатого вождя. Причем многие из них очень поспособствовали укреплению советской власти. Например, Николай Кондратьев, теоретик нэпа, избавивший крестьян от продразверстки и фактически спасший страну от разрухи и голода. А еще тут нашел свой конец Леонид Юровский, придумавший «золотой червонец». Ну да кто, кому и когда у нас воздавал по заслугам — истинным, а не придуманным?

С этой темной страницей истории монастыря туристы знакомятся в музее, который располагается в бывших тюремных казематах. В конце войны здесь был специальный лагерь № 160 для итальянских и немецких военнопленных. Отдельная экспозиция посвящена самому известному сидельцу, фельдмаршалу Фридриху Паулюсу, которого после пленения в Сталинграде сюда отправили вместе со штабными генералами. От исправительных учреждений город избавился только в 1967 году, когда постановлением Совмина был утвержден генеральный план его развития как музея под открытым небом. Судя по историческим фотографиям, Юрий Гагарин успел побывать в монастыре, когда тут еще была исправительная колония для подростков.

Среди замечательных уголков музейного комплекса экспозиция с говорящим названием «Сплетение судеб». Фотографии и письма военнопленных, которые, как ни странно, с теплотой вспоминали свое пребывание в монастыре и встречи с местными жителями. Русский человек всегда испытывал сострадание, пусть даже к бывшим врагам. А друг Андрея Тарковского итальянец Тонино Гуэрра, сам художник, такую надпись оставил на музейной стене: «Суздаль как большая ветка дерева, на которой застыли капли дождя. И каждая капля блистает как бриллиант. Какое божественное зрелище!».

Спасибо, Тонино, за добрые и красивые слова. Лучше не скажешь.