Ему все неймется, не сидится в сытой Америке. Там есть у него новый дом, вид на жительство и приглашение работать в клинике, где подтягивают морщины и делают голливудскую улыбку. Но доктор Хасан каждый год собирает врачебный десант и приезжает в Россию — к детям.
Вот и сейчас я позвонил ему в Алхан-Калу, пригородный поселок под Грозным. «Доктор подойти не может, — подняла трубку медсестра. — У него операция. Он вам перезвонит через полчаса».
Операция — это именно то, что он умеет делать хорошо. Друзья и пациенты шутят, что Хасан родился со скальпелем в руках. Хотя на самом деле он, как всякий мальчишка на Кавказе, хотел стать борцом-чемпионом. И мечта сбылась: в 23 года он успел окончить Красноярский мединститут и стать мастером спорта, членом сборной СССР по дзюдо и самбо. Но в советское время не было шоу под названием «бои без правил», которое сейчас в таком фаворе у политиков и завсегдатаев гламурных тусовок. Хасану надо было кормить семью, и он оставил спорт. Взял в руки скальпель и начал работать в Красноярске по специальности, в клинике челюстно-лицевой хирургии.
А потом началась другая жизнь, и танки вошли в Грозный. Ельцин с Дудаевым мерялись амбициями, а кровью умывались безусые солдаты, бородатые боевики и, как это всегда бывает на войне, попавшие под горячую руку мирные жители. Баиев бросился в Алхан-Калу, тогда еще Ермоловку, и там в больнице с дырявой крышей и выбитыми стеклами открыл военно-полевой госпиталь.
Я помню, как мой однокурсник, журналист «Коммерсанта» Муса Мурадов, родом все из той же многострадальной Ермоловки, первый раз привел доктора в «Труд». Хасан был младше нас, но выглядел много старше — небритый, изможденный, смертельно усталый. А как еще может выглядеть человек, который за сутки делает по 10 и более операций, да еще без анестезии и необходимых инструментов? Такое было разве что в полевых госпиталях в
У Хасана в сброшюрованных тетрадках с надписью «История болезни» без малого 5 тысяч записей — по числу операций, которые он сделал в первую чеченскую войну. Во вторую записи уже не вел: не было на это ни сил, ни времени.
В Великую Отечественную его, может быть, наградили бы орденом. Но в Чечне, как известно, была не война, а контртеррористическая операция. И за спасение мирных граждан, не успевших убежать или спрятаться от бомб и пуль, орденов не дают. В ермоловскую больницу много раз привозили раненых российских солдат и чеченских боевиков. Хасан в помощи никому не отказывал. За такое «гиппократство» одни грозили доктора посадить за решетку, а другие — расстрелять. Однажды отморозки уже поставили его к стенке, но тут во двор больницы с визгом влетела красная «пятерка». Баиеву повезло: привезли раненых боевиков...
Хасан перезвонил через час. Рассказал, что 10 лет назад организация «Врачи без границ» предложила ему перебраться в США. Там он выучил английский, подтвердил диплом, сдав положенные экзамены, и снова встал перед выбором: работать в американской клинике или заняться благотворительностью. Баиев пробовал привыкнуть к жизни мирного доктора, даже вернулся на татами, но скоро понял, что война его не отпустит.
— «Врачи без границ» помогли мне создать фонд помощи детям Чечни, — вспоминает Хасан. — Я начал участвовать в благотворительных акциях, выступать с лекциями по всей Америке. Собираю пожертвования в фонд, закупаю медицинское оборудование, лекарства и вместе с коллегами приезжаю сюда, в Чечню. Мы теперь делаем операции детям.
— Снова разворачиваешь полевой госпиталь?
— Это уже не нужно. В Алхан-Кале теперь хорошая клиника, есть все условия для нормальной работы.
— Какую помощь оказываете своим пациентам?
— В основном это челюстно-лицевая хирургия. Лечим разные дефекты — волчья пасть, заячья губа, ожоги... К нам везут детей со всего Северного Кавказа, самых разных национальностей. Здесь, к сожалению, сейчас много врожденных и посттравматических патологий.
— Где ты теперь дома — здесь или в Америке?
— Точно не в Америке. У меня два паспорта, но в США я живу мало. Зимой и летом приезжаю в Чечню на два-три месяца. Кроме того, мы с коллегами помогаем детям в странах Африки и Латинской Америки.
Операции всем детям они проводят бесплатно. Правда, с недавних пор Баиева донимают просьбами о косметологических операциях представители столичного бомонда. Он, как всегда, никому не отказывает, но на прием приглашает к себе в Чечню и деньги за операцию просит перевести в благотворительный фонд.
Остается добавить, что в США и Японии доктор Баиев был назван человеком года. Родная страна подвижнического труда доктора не заметила. Ну да я точно знаю, что он не ради славы или денег старается. Хасан счастлив, когда видит улыбку ребенка после операции. Он просто учит детей улыбаться.
