Уже очевидный факт: женщины становятся сильнее, взваливая на свои хрупкие плечи все больше мужских функций: они и кормильцы, и воспитатели потомства, и хранители очага. А мужчины? Не будем спешить с выводами, но вот вам факт: в Петербурге открылся Центр помощи мужчинам, обиженным женщинами.
Кризисный центр для мужчин, ставших жертвами женского насилия, заявлен как первый в нашей стране. В той самой, где женщинам испокон века предлагалось коня на скаку останавливать и в горящую избу входить, шпалы укладывать и клетчатые сумки с барахлом на себе таскать, а еще кормить и утешать своих отставших от поезда жизни мужиков, норовящих впасть в пьянство и в депрессию...
Любая статистика вам скажет: во всем мире именно дамам — матерям, женам, дочерям — достаются от «сильной половины» тумаки и унижения. И Россия не исключение. Правда, у нас пострадавшие женщины за помощью к специалистам обращаются пока крайне редко: предпочитают не выносить сор из избы. Так неужто и здесь наша жизнь коренным образом перевернулась, и теперь уже «сильный пол» просит помощи?
«Речь может идти как о сексуальном насилии, так и о психологическом, когда, например, жена или начальница постоянно унижает и бьет мужчину, — утверждают в новоявленном кризисном центре. — Мы готовы помогать таким людям. Естественно, анонимно. Достаточно набрать наш номер телефона и...»
«Наберешь?» — попросила я 35-летнего Дмитрия К. Познакомились мы с ним несколько лет назад на футбольном матче. Он слыл перспективным футболистом, ему прочили карьеру в «Зените». Но... Помешала травма — и теперь он инструктор по фитнесу. Женат, двое детей. Отец он невероятно заботливый: любое желание 11-летней дочери и 5-летнего сына для него — закон. Что нередко приводит к спорам с женой и даже ссорам.
«Иногда ссоримся, — говорит он, — но до оскорблений и драк дело, к счастью, не доходит».
Спрашиваю, что он станет делать, если вдруг супруга все-таки поднимет на него руку.
«Я эту руку перехвачу и прижму к себе жену, попрошу ее опомниться. А какие-то психологи с их анонимной консультацией... Что они могут посоветовать, не зная человека? Извини, но я не хочу туда звонить, поищи других дураков».
Ищу. Обращаюсь к не столь закаленному в семейных боях парню — 23-летнему Ивану Ш., выпускнику педагогического университета. У него на третьем курсе случилась несчастная любовь: дело шло к свадьбе, но девушка в последний момент ушла к другому. Говорят, он едва не наложил на себя руки.
«Ну нет, я в ваш Центр звонить не буду, не просите, хотя мне действительно было тяжело, — вздыхает Иван. — Но я этой историей уже переболел. Сейчас у меня интересная работа. Надеюсь, и с девушкой повезет. А обсуждать очень личную тему с людьми, которые расценивают разговор как коммерческую услугу, я точно не стану».
И тогда я ввожу в бой тяжелую артиллерию: приглашаю к разговору депутатов Бориса Вишневского и Виталия Милонова. 62-летний Вишневский женат вторым браком, жена значительно моложе его. Что не мешает, а скорее помогает в семейной жизни. «Мы не ссоримся в принципе, — объясняет Борис Лазаревич. — И с первой женой конфликтов у меня не было...» К вопросу о защите мужчин от женского притеснения парламентарий отнесся с юмором: предложил отправлять обиженных в спортзал — все польза, лучше, чем лить слезы.
Более откровенным был Милонов. «Все мужья получают от женщин тычки, только не все в этом признаются, — считает Виталий Валентинович. — Сходятся два очень несхожих мира — мужской и женский. Такова проза семейной жизни. Но плакаться об этом в жилетку неизвестно кому — признак слабости. Это на Западе модно: чуть что — сразу к психологу. А у нас обиженный мужик не в кризисный центр побежит, а в ближайший магазин — и к друзьям. И правильно сделает!»
В общем, желающих испытать на себе эффективность работы нового кризисного центра я так и не нашла. Пришлось самой звонить, спрашивать двух дам-основательниц, много ли клиентов-пациентов к ним обратились. Но ответить на мой простой вопрос они отказались. Сказали только, что в основу их идеи положен именно западный опыт, а финансовую поддержку им обещала Еврокомиссия.
Ну-ну. Как там: что немцу хорошо, то русскому... Или наоборот? Но, в общем, вы меня поняли.
