В уходящем году Эрмитажу исполнился 261 год. А у его бессменного вот уже 33 года генерального директора Михаила Пиотровского 9 декабря был 81-й день рождения. По традиции в эти зимние дни Михаил Борисович встречается с журналистами, чтобы рассказать о том, как прошел очередной год, что в нем нового, как решаются проблемы, и, конечно, делится планами. Вопросы предлагается задавать любые, главное, чтобы были актуальны. Чем и воспользовалась корреспондент «Труда»: первым делом поинтересовалась, какие новые обретения случились в Эрмитаже в уходящем году.
— Да, тут есть о чем говорить. В этом году мы приумножили численность наших музейных вещей. Не в последнюю очередь благодаря дарителям. У нас их много, что не может не радовать. Самый мощный дар-2025 — от Михаила Карисалова, нашего давнего друга, промышленника, мецената, потомственного коллекционера. Он передал Эрмитажу более 600 античных монет и 600 фарфоровых изделий русского императорского дома. Коллекция собиралась семьей дарителя на протяжении нескольких десятилетий. Теперь она доступна для широкой публики. Минувшим летом она стала основой выставки «Лики времени и власти: античные и византийские монеты».
Был также прекрасный дар и от другого нашего доброжелателя: средневековые предметы корейского искусства. Очень ценное обретение, ведь корейской коллекции у нас практически не было. А теперь появился план создания двух наших представительств в Южной Корее. Первым шагом сотрудничества станет мультимедийная экспозиция в Сеуле «Великолепный Эрмитаж».
Еще одно очень интересное приношение — кольцо российского императора Александра I, переданное им самим мэру одного французского города, где содержались русские пленные, участники Аустерлицкого сражения 1805 года. В благодарность за то, что мэр хорошо с ними обходился...
Ну и сами мы, конечно, покупали экспонаты из своих средств. В частности, приобрели четыре портрета. Три будем еще изучать, а один уже можно увидеть на выставке «Искусство портрета. Личность и эпоха». Это работа знаменитого германского художника Франца фон Ленбаха «Портрет Адольфа Маркса», русского книгоиздателя, педагога, собирателя народных песен.
— Не так давно вы обмолвились о планах реставрации Эрмитажного театра. Уже известно, когда она начнется? И как долго будет продолжаться?
— Задача у нас более масштабная: реставрация всего Эрмитажного комплекса. С предыдущей прошло уже много лет. Надо заново красить фасады, ремонтировать залы. Внимания требуют Гербовый, Рыцарский, некоторые другие залы. Но начинать действительно будем с театра. В разгаре подготовка, уже заделаны облупленные места. А параллельно идет проектирование основных работ.
Тут требуется не просто подправить-подкрасить, нет, необходима новая, современная техника. А стоит она дорого. Надеемся на спонсоров. И надо будет еще рассчитать, где проводить наши концерты, спектакли, когда театр закроется на ремонт. Идеи на сей счет сейчас обсуждаются. Когда проектирование завершится, появится конкретика, тогда будем понимать и по деньгам, и по срокам.
— Недавняя история с грабежом в Лувре в очередной раз заставляет задуматься об охране мировых сокровищ. Разбирательство происшедшего там продолжается. Разрабатываются, как сообщается, более совершенные способы охраны. А как с охраной в нашем Эрмитаже? Или, может быть, его это не касается?
— Недавняя парижская история, когда за семь минут были похищены драгоценности из коллекции Наполеона, в чем-то очень нам помогла. Дело в том, что в Париже грабители проникли в здание Лувра со стороны Сены, где шли строительные работы. У нас в прошлом году тоже шел ремонт — на набережной Зимней канавки. Он закончился, но рабочие, уходя, оставили свой строительный городок прямо под нашими стенами. Форменное безобразие! Однако убрать его было никак нельзя — строители возражали, мол, он еще будет нужен...
Но спасибо Лувру! После ЧП во французской столице мы оперативно разослали бумаги с фотографиями «городка» во все компетентные органы — от губернатора до прокуратуры. Объяснили на парижском примере, как грабят музеи. И показали, что точно так же грабители могут покуситься и на Эрмитаж, если не контролировать пространство вокруг. В итоге «городок строителей», который простоял больше года, уехал очень быстро.
Правда, мы недавно узнали, что теперь он может появиться на Дворцовой набережной напротив входа в Эрмитаж. Получается, раньше стоял под окнами Рафаэля, теперь возникнет под окнами Леонардо да Винчи? Этого произойти не должно. Так что расслабляться рано.
— Какие обстоятельства еще вас тревожат?
— Не дают покоя и анонимные сообщения о «минированиях», которые стали довольно частыми. В текущем году Эрмитаж пережил из-за них уже 11 эвакуаций посетителей. А всего за три последних года подобные ситуации возникали 60 раз. Очень неприятная, жуткая история, потому что все эти «минирования» — они не просто так, не от безделья происходят, это попытки подрыва нашего морального состояния. А для посетителей Эрмитажа как минимум еще и омраченное впечатление от посещения музея.
— И что на этот счет предпринимается?
— Нет худа без добра. Во-первых, это дополнительная эвакуационная тренировка — они проходят у нас регулярно. Во-вторых, мы разработали систему компенсации: те наши гости, кто вынужденно был эвакуирован, могут бесплатно пройти в Главный штаб и вернуться в Главный комплекс, когда его работа возобновится. В случае если происшествие было вечером, посетить музей можно будет в другой день. Или оформить возврат билета. Конечно, такие непредвиденные обстоятельства раздражают. Но что делать, живем в непростое время. Мы стараемся сделать все необходимое, чтобы обстановка в Эрмитаже была комфортной как для посетителей, так и для работников.
— На пороге Новый год, а у школьников долгожданные каникулы. Какие сюрпризы готовите вы им на эти праздничные дни?
— У нас есть масштабный конкурс елочной игрушки «Создай экспонат для Эрмитажа». Он нравится детворе, популярен, стал ежегодным. Сейчас уже проходит. Там ребят ждут и сюрпризы, и подарки.
— Каким видится вам будущее Эрмитажа, Михаил Борисович?
— Верю: у Эрмитажа будущее прекрасное, светлое и непременно бурное! Да, мы все сегодня живем в условиях испытаний, меняющейся политической ситуации. Но наш музей всегда строит такую модель, которая оказывается самой удачной для выживания. Будь то война 1812 года, революция 1917-го, становление советской власти или Великая Отечественная: Только за время моей директорской здесь работы мы пережили пять попыток рейдерских захватов. Бывали и другие печальные истории, испытания. Но удерживаем ситуацию в рамках, управляем ею. В самом нашем музее так заложено: сопротивляться плохому и поддерживать хорошее.
А каким будет Эрмитаж завтра, я не знаю. Но надеюсь, он останется в меру консервативным. Это ему очень помогает. Консервативность в моем представлении — это способность, несмотря ни на что, оставаться на передовых рубежах.
Штрихи
В Эрмитаже открыто 500 залов на экспозиционной площади в 100 тысяч квадратных метров.
В течение года здесь проводится по 40 выставок, 30 научных экспедиций и конференций. Ежегодно издается не менее 30 книг.
Считается, что осмотреть все собрание можно за 11 лет — это если бегло, бегом по залам. Если не спеша, вглядываясь в предметы, не хватит целой жизни.
