Труд: И богиня гор удивится: как меняется мир!

Главная Окно в Китай 00:01 21 Июня 2024 5007

И богиня гор удивится: как меняется мир!

Корреспондент «Труда» на месте пытался понять феномен китайского экономического чуда

Михаил Морозов, спецкор «Труда», Гуанчжоу - Шэньчжэнь - Ниндэ - Сямэнь - Москва

Напечатать

Шэньчжэнь – самый быстроразвивающийся город мира. Фото автора

Путь от города Цюаньчжоу до Ниндэ идет по пересеченной местности. Идеально гладкая асфальтовая лента скоростной трассы (разрешенная скорость — до 110 км в час) плавно вливается в бесчисленные тоннели, взбирается на холмы, проходит по мостам. Тоннель 500, 1000, 2000 метров — гласят предупреждающие водителей вывески вдоль дорог. Таких, идущих сквозь массивные горные хребты, не сосчитать.

Полоса движения во встречном направлении отделена не только непременным ограждением, но и плотным забором кустистой зелени: так водители не отвлекаются на встречный транспорт. Дорога то и дело сходится и расходится с такими же магистралями, идущими параллельно, в разных плоскостях пересекает другие трассы. Кажется, эта паутина сковала все вокруг. Но горные пейзажи постоянно сменяются промышленным ландшафтом, один населенный пункт следует за другим, а гигантские индустриальные комплексы вырастают один за другим. Если появляется река, то на ней обязательно возникают многочисленные силуэты портовых кранов и контейнерных терминалов, площадок для сыпучих грузов. И стройки, стройки, стройки...

Перед глазами открывается индустриальная мощь Китая, зримое доказательство его безудержного и дерзновенного рывка в будущее. Даже для россиянина, многократно бывавшего в Китае, это все настолько необычно и обескураживающе, что трудно передать ощущения. Если кратко, это совершенно другой мир. То, что для китайцев стало обыденностью, выглядит как рукотворные чудеса света, которых в Китае не счесть.

Один из «обычных» проспектов Шэньчжэня

Китайцы настолько преуспели в строительстве инфраструктуры, что сами, преодолевая в поезде и на машине огромные расстояния за считаные часы, не задумываются над тем, что еще полвека назад на это бы ушли не одни сутки, а в некоторых местах такие путешествия были бы невозможны вовсе. Посудите сами. Прямо сейчас в Китае строится железнодорожная скоростная магистраль Нинбо — Чжоушань, протяженность которой вроде бы небольшая — 76 км. Но она почти полностью состоит из мостов (их 36) и тоннелей (17). И даже не это уникально, для Китая такое опять же обыденность. А отличает ее то, что частью дороги будет самый широкий в мире и третий по протяженности подводный морской железнодорожный тоннель до порта Чжоушань на одноименном острове в Восточно-Китайском море.

Тем временем Китай готовится побить все мировые рекорды в строительстве. Они падут в ходе сооружения самого длинного в мире тоннеля под морским дном, который пройдет под Бохайским заливом и свяжет порт Яньтай в провинции Шаньдун с Далянем в провинции Ляонин. Тоннель протянется на 125 км — это больше длины двух самых протяженных подводных тоннелей современности вместе взятых: японского Сэйкана (53,85 км) и Евротоннеля под Ла-Маншем (51 км).

Скептики зададутся вопросом: а как эти мегапроекты отражаются на жизни простых китайцев, что это дает народу? Дает, и очень много. Инфраструктура рушит границы между регионами и слоями населения, позволяя легко перемещаться по стране, резко повышая мобильность рабочей силы. Строительство дорог, мостов, тоннелей не только повышает занятость и благосостояние населения, но и закладывает мощный фундамент будущего страны.

Русские девушки вполне вписываются в атмосферу Гуанчжоу

И тут не обойтись без сравнений. Территория России вдвое больше китайской. При этом у нас около 87 тысяч км железных дорог (а скоростных нет вообще), а в Китае их свыше 140 тысяч км. Автодорог в России 1,53 млн км, в Китае — 4,85 млн км. И то, что ВВП КНР вырос в 5,3 раза к 2021 году по сравнению с 2000-м, в то время как мировой ВВП за тот же период — в 1,7 раза, связано с инвестициями в инфраструктуру. Но инвестировать, или, как у нас говорят, осваивать, — мало, надо реально строить. И Китай строит.

Профессор Пэн Синьань, замминистра в правительстве города Сямэнь, что в провинции Фуцзянь, считает, что борьба с коррупцией — один из ключевых элементов искусства управления по Си Цзиньпину и основа успеха реформ и развития. В качестве свидетельства китайского феномена он приводит цифру ВВП соседней провинции Гуандун, замечая, что она «лишь немного» превышает ВВП России. 176 трлн рублей — и 150 трлн. Разница 26 трлн сравнима со всей расходной частью российского бюджета. А ведь еще совсем недавно, в 1991 году, Россия превосходила Китай по ВВП примерно на 20%, а Индию — в два раза, сегодня мы уступаем Китаю более чем в 10 раз, Индии — в два раза. Доля России в мировом ВВП — менее 2% (США — около 25%, Китая — около 18%, Японии — 6%, Германии — около 5%). Как говорится, почувствуйте разницу.

Это не массажный салон, а один из железнодорожных вокзалов Китая

Господин Пэн объясняет феномен китайского экономического чуда мудростью руководства. А говоря об искусстве управления по Си Цзиньпину, прежде всего говорит о борьбе с коррупцией. Она системная и непрекращающаяся. Ежегодно в Китае наказывают свыше 60 тысяч чиновников, уличенных в этом пороке. Сюда входят и те, кто получил высшую меру и лишился всей собственности. Единственное послабление: последние годы смертную казнь заменяют пожизненным заключением. Можно, конечно, говорить о том, что это свидетельство бесполезности борьбы с коррупцией: посадки есть, но коррупции меньше не становится. Еще бы: при больших средствах и соблазн велик. Однако пейзаж за окном убеждает в обратном. Деньги не утекают за рубеж и не оседают в карманах, а вкладываются в развитие страны. Например, в Китае был посажен не один железнодорожный начальник и руководитель строительства, при этом Китай ныне обладает самой протяженной в мире сетью высокоскоростных дорог (около 45 тысяч км), а темпы строительства таких магистралей не имеют аналогов в мире.

ВВП провинции Фуцзянь, где расположен город Ниндэ, в 2022 году насчитывал около 68,9 трлн рублей, что почти в два раза меньше российского. Но и живут в Фуцзяне «всего» 41,5 млн человек — в три раза меньше, чем в России. Ниндэ, который раньше был неприметным захолустьем в прибрежной части, окруженным заливами и рыбацкими деревеньками, ныне превращен в индустриальный центр. Здесь производится чуть ли не 30% всех батарей для электромобилей, выпускающихся в Китае, их берет в том числе и «Тесла». Построены крупные медеплавильные заводы, комбинаты по производству нержавеющей стали.

На специальных морских фермах производится 80% особо ценящейся в Китае рыбы — желтого карпа. Ее отпускают прямо из воды по цене около 4 тысяч рублей за кило в переводе на наши деньги. Товар идет нарасхват. С рыборазведением связана история одной бедной когда-то семьи из местной деревеньки, которую рассказывают в музее города Ниндэ. Благодаря госпрограмме избавления от бедности семья рыбаков смогла превратиться в очень состоятельную, владеющую предприятием с миллионными оборотами по выращиванию рыбы. Путь к процветанию проложило государство, построившее дороги, линии электропередачи и другую инфраструктуру. Чиновники, в том числе и партийные, руководили процессом вывода из бедности, что называется, «на месте». Они в буквальном смысле дали этим людям удочку.

А ведь еще на рубеже 1980-1990-х, когда мэром Ниндэ был нынешний председатель КНР Си Цзиньпин, жизнь здесь была далеко не зажиточной. Многие жители имели доход меньше 2 долларов в день... Впрочем, современный Ниндэ — отнюдь не нагромождение заводских труб и строительных площадок, а удивительно благоустроенный город, где 67% территории отведено под зеленые насаждения. Это еще одна особенность управления по Си Цзиньпину — строительство «прекрасного Китая», в котором было бы удобно не только работать, но и жить. Новые районы Ниндэ отличаются свободными пространствами и широкими проспектами, где потоки транспорта разделены густой зеленью деревьев. Для движения машин, двухколесных средств и пешеходов выделены отдельные полосы.

Новая индустриализация и урбанизация, продолжает профессор Пэн свой рассказ, находятся в центре внимания системы управления. В качестве примера приводится город Шэньчжэнь, первая особая экономическая зона в КНР, ставшая хрестоматийным и тем не менее фантастическим примером китайского рывка. Кстати, именно здесь начинал реформы Си Чжунсюнь, отец председателя КНР, сюда в 2012 году сразу после избрания на высшие посты КНР приехал с инспекцией и сам Си Цзиньпин, сюда же он направился и в 2018 году, чтобы провозгласить свой новый социально-экономический курс. Ныне ВВП этого города, где проживают около 17 млн, превышает 45 трлн рублей. Дух захватывает от темпов развития, если вспомнить, что 30 лет назад здесь жили всего 500 тысяч человек, которые производили продукции на 2,6 млрд рублей. Как считает журнал Economist, такого рывка не знала ни одна из 4 тысяч особых экономических зон по всему миру, да и вообще ни один город мира. Шэньчжэнь официально признан самым быстроразвивающимся городом планеты.

Метро Шэньчжэня

Дабы не перебарщивать с цифрами, приведем лишь две, которые назвала глава канцелярии по международным делам города Шэньчжэнь Цао Сайсян. Они могут дать отдаленное представление об этом суперсовременном мегаполисе. Здесь сосредоточено 30% мирового производства дронов. А еще есть метро, которое длиннее московского — 560 км (в Москве — 466 км). Но не буду рассказывать об удобстве и красоте этого подземного города, чтобы не обижать москвичей, жителей лучшего города Земли. Скажу только, что в Шэньчжэне такси только электрические, а на широком проспекте можно оказаться в тишине — машин с двигателями внутреннего сгорания тут почти нет.

В одном из многочисленных парков Шэньчжэня утром нам повстречался немолодой, но крепкий пенсионер, тщательно выводивший большой кистью иероглифы на гранитных плитках. Чтобы не испачкать общественное пространство, вместо чернил он использовал обыкновенную воду. Она быстро высыхала на солнце. Но все же его творения какое-то время оставались открыты взорам окружающих. Оказывается, старик на память писал стихи Мао Цзэдуна. Разговорились.

— Почему вы это делаете?

— Это помогает мне быть в форме физически и умственно. И потом, у меня было непростое детство и юность, но сейчас я абсолютно счастливый человек. И не только потому, что у меня все есть для полной жизни, а и потому, что моя страна процветает.

О чем же те стихи? Вот перевод.

Мост построим и свяжем с Севером Юг.

Ток Янцзы остановим плотиной могучей,

Не пропустим ушаньские с ливнями тучи.

Меж горами раскинется озеро вширь.

И богиня гор удивится:

Как меняется мир!

Китай Шэньчжэнь строительство

Окно в Китай 00:01 / 25 Сентября 2026 6960

Как живет китайская провинция

Корреспондент «Труда» изучал, какой опыт развития двух регионов Китая можно было бы использовать в России

Михаил Морозов, Ухань - Чжанцзяцзе - Москва

Труд

Когда в очередной раз приезжаешь в Китай и оказываешься в новом регионе, поначалу кажется, что добавить к уже сказанному ничего не сможешь. Все та же сеть безотказных высокоскоростных железных дорог. Провинция,...