- Семен Теодорович, как вам удалось сохранить невинность - ни разу в жизни не сняться в телевизионном "Аншлаге"?
- Я один раз был гостем в "Смехопанораме" Петросяна. В жизни Женя обаятельный, чудный человек, но когда зажигается глазок камеры, он преображается. Меня всегда поражало: больше, чем Евгений Ваганович в телеэкране, - только ведущие новостей, поэтому, когда он пригласил меня, мне казалось, он хочет дать поговорить гостю. Но, если вы обратили внимание, Евгений Ваганович тут же начинает поправлять, хохотать, приводить встречные примеры, а ошарашенный гость замолкает. Вот такая "Смехопанорама"! А в "Аншлаге" я действительно не был ни разу, несмотря на приглашения. Раньше просто не хотел, а сейчас этим можно гордиться.
- Если уж министр культуры заявляет, что надо закрыть "Аншлаг"...
- Это становится государственной проблемой. Того и гляди, начнутся столкновения на улицах: противники "Аншлага" против его защитников... Нет, лучше всего успокоиться, понять, что это называется рынок, на нем есть такой-то товар, на который находятся потребители. Другое дело, что этот товар воспитывает потребителя, который потом уже требует именно этот товар. Но есть немножко Михал Михалыча Жванецкого, который раз в месяц появляется с "Дежурным по стране" - это я смотрю. Иногда вдруг мелькну и я - надеюсь, тоже немножко другой продукт. Кстати, многие участники "Аншлага" мне симпатичны! Но когда они собираются вместе, то какая-то критическая масса приводит к чудовищному взрыву.
- Как вы относитесь к тому, что ваш друг Ефим Шифрин сейчас судится с "Аншлагом" за то, что они крутят его старые записи без его согласия?
- Пора! Меня тоже крутят безбожно. Запросто возьмут и покажут меня старого, то есть молодого. Или вдруг какая-то московская пара берет мою старенькую коротенькую штучку о том, как передаривают люди друг другу ненужные подарки, и раздувает ее минут на десять, с добавлениями, а в титрах пишут - автор Семен Альтов. Я всегда считал, что жизнь короче одного судебного заседания. Но, наверное, пришла пора, когда артисту стал нужен юрист. Потому что те, кто умнее и шустрее, облапошивают тех, кто скромнее. И вообще принцип нынешнего бизнеса: идет постоянное увеличение стоимости за счет ухудшения качества.
- А кто сказал, что юмор должен быть умным?
- Юмор должен быть разным. Мы все по-разному понимаем смешное. Я искренне завидую людям, которым так легко удается рассмеяться. Я сейчас читаю воспоминания Феллини - с каким он огромным уважением относился к людям, которые умеют рассмешить.
- К таким, как Жванецкий, Альтов...
- То, что делает Жванецкий, это джаз. Я, наверное, мелодист. Но главное, что у меня и у него еще осталось чувство стыда. Сейчас же в России совершенно потеряно это чувство. Никому ни за что сегодня не стыдно - ни в политике, ни в юморе. Никогда не было стыдно мне за то, что делаю я, Жванецкому - за то, что делает он, но нам иногда вместе бывает стыдно за то, что делают другие.
Я очень спокойный человек, надо очень постараться, чтобы вывести меня из себя. Но недавно я чуть не выбросил в окно телевизор. Не буду называть имена выступавших, они очень известные. Короче, выходит "юморист" и я с первых слов понимаю, что это старинный анекдот о том, как женщина ждет гинеколога, а вместо этого к ней приходит водопроводчик. Все понятно, в бане мужикам можно рассказать. Но тут на многомиллионную аудиторию (я сижу с внучкой, кто-то с бабулей) человек рассказывает эту похабнейшую историю. В подробностях, долго: "Надо поменять патрубки" и все такое. Вот я подумал: "Сейчас выкину телевизор!", потому что даже у порнографии есть свои законы и у пошлости есть предел. Я считаю, когда человек талантлив, он не имеет права быть пошлым.
- Давайте все-таки о приятном. Ваша великолепная форма - это результат пластических операций?
- Когда одна дама поинтересовалась у моей жены: "Лариса, а когда Сеня сделал пластическую операцию?" - то это было для меня лучшим комплиментом. Увы, мы дряхлеем. Наш организм, все то, что нам дано природой, ветшает. Живя в большом городе, мы ничем этим практически не пользуемся. А ведь в этом наш мозг находится! И каркас надо как-то поддерживать. Я думаю, то приятное состояние, которое возникает у меня после занятий в фитнес-центре, - благодарность организма за то, что ты о нем подумал, позаботился. Ему приятно и тебе приятно.
- Роман Карцев как-то сказал: "В Доме актера Сеня не только сидел вахтером на входе, но даже дрался, когда нужно было, - он же крепкого сложения!"
- Я действительно парень крепкий - боксом занимался, мог на турнике запросто 30 раз подтянуться. Но у меня патологически миролюбивый характер. Не Тайсон я, чтобы откусывать противнику уши! Так что Рома погорячился. Все выглядело примерно так: часов в одиннадцать вечера официантки Валя с Галей говорили мне: "Выгоняй их отсюда!" Я подходил к подгулявшей компании и говорил: "Извините, ради Бога! Сейчас мы будем закругляться!" Мне предлагали: "Сеня, присядь к нам!" Я присаживался, и где-то через час всей компанией с песней и танцами мы выходили из зала. Такого вышибалу нужно еще поискать!
- А каковы ваши кулинарные пристрастия?
- Жена у меня замечательно готовит. Летом на даче делает заготовки, творит чудеса с грибами, ягодами. Вообще, когда говорят про суровые деревенские сибирские зимы начала ХХ века, я всегда улыбаюсь: была бы у меня на зиму кадушка квашеной капусты, несколько мешков картошки, сало, брусника, лук плюс самогон, я бы продержался не один год. Сковорода жареной картошки с луком (еще только говорю, а уже слюна пошла!) - что может быть лучше? Мы ведь северные люди, поэтому в России всегда много еды, чтобы, придя с мороза, можно было закачать в организм какое-то горючее. Простая и обильная пища в наших широтах - самая правильная.
- Знакомо ли вам понятие "диета"?
- Тьфу-тьфу-тьфу. Пока ни в чем себя не обделяю.
- Что пил юбиляр на 60-летии?
- По-прежнему стараюсь пить водку. Хорошую, дорогую, охлажденную. Кстати, я посетил музей водки и с удивлением узнал, что в России больше тысячи наименований водки. Виски, коньяк, граппа (итальянская виноградная водка) - все, что придумано человеком, то, что опробовано и несфальсифицировано, мне нравится. Только, чтобы все по-честному.
В мире очень много всякой разнообразной еды, напитков, фруктов. Вот я недавно прикипел душой к авокадо. Раньше издевался над этим названием. Но однажды жена уехала, я был голоден, дома ничего не нашлось, кроме авокадо. Достал из холодильника и начал прикидывать: кость вряд ли едят, шкуру - тоже, значит, надо попробовать то, что между ними, мякоть. Посолил, смочил лимончиком, у меня была свежая булка, рюмочка... И мы с авокадо чудно провели вечер.
- Президент России поздравил вас с юбилеем телеграммой. А ведь у вас с Владимиром Владимировичем особые отношения: вы с ним целовались публично - сюжет, нашедший даже отражение в эстрадном номере...
- Было такое. Москва, зал "Россия", концерт, посвященный Дню милиции. После концерта - банкет, приглашенные на него окружили Путина. Я же стою в сторонке, как говорится, иногородний, никому особо не интересный, медленно попиваю свою водочку. А когда Владимир Владимирович уходил, то заметил меня (мы давно знакомы по Петербургу), при всех подошел, мы поцеловались... И тут вся московская тусовка, что до того момента меня в упор не видела, ринулась ко мне целоваться! С тех пор у меня даже родилась формулировка: по представлениям некоторых, власть передается через поцелуи... Я ее недавно повторил со всей этой историей в присутствии самого президента - у нас в Питере на приеме по случаю десятилетия Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Весь зал как по команде "грохнул". Но, между прочим, только после того как засмеялся Владимир Владимирович. А представьте - вдруг в момент моего выступления президента отвлекла бы какая-то государственная мысль или ему помощник что-то важное шепнул? Альтов бы просто провалился...
- Ну а с самим Путиным после знаменитого поцелуя у вас больше контактов не было?
- Хорошая фраза "Больше контактов не было". В смысле - мы не целовались... А видеться - виделись. Года три-четыре назад в Москве отмечался юбилей Аркадия Исааковича Райкина, Костя Райкин пригласил и меня. Там был Владимир Владимирович, но в окружении многочисленной охраны. Мы только переглянулись, дали понять друг другу, что наши чувства свежи. Поцеловаться же мне можно было только с охранником. Почему-то я решил от этого воздержаться.
- Семен Теодорович, как прошел юбилейный банкет?
- Когда мне звонит жена, я уже по ее голосу могу понять глубину пропасти, в которой мы оказались. В этот раз я понял, что мы куда-то летим! "Прорвало отопление - в ресторане холод!" А у нас приглашено около полусотни достаточно уважаемых, приличных и немолодых людей. Я примчался, поднял все свои связи, начал звонить в какие-то жэки и другие подобные заведения. Когда всех напугал, что там будут большие люди, дело пошло. Уже коммунальщики стали мне названивать: "Семен Теодорович, оборотка включена! Давление нормальное!" Вечером отрапортовал главный инженер: "20 атмосфер получено, поднимаем вентиляцию, температура 20 градусов". Мы с женой легли спать, а полдевятого утра раздался звонок директора: "Печальные новости - батареи холодные!" Короче, навезли мы десяток обогревателей, и когда вечером гости пришли, дышать было нечем. Так что юбилей был горячим.
Гости дарили подарки по принципу: чем смешнее - тем дороже! Карцев подарил гусиное перо, Жванецкий - толстую пачку чистой бумаги (на глазах у публики он порвал первый лист, так как "Первый лист для писателя - самое трудное"), Розенбаум - прибор для измерения артериального давления, который всегда показывает 120 на 80, Арлазоров - игрушечную машинку "Кадиллак", Олейников со Стояновым - песочные часы "Роллекс", экологически чистые, где песочек пересыплется ровно за 10 лет, к следующему юбилею...
14:58
Инновации вместо рутины
