О своем возвращении он широко объявил в печати. Но прямо на станции, при пересечении границы, его задержали. У царской полиции были давние счеты с этим человеком. И хотя через четыре месяца, в январе 1915 года, его официально осудили за оппозиционные публикации в парижской газете «Будущее», истинная причина совсем не в них. И не за них известный журналист и издатель Владимир Львович Бурцев получил прозвище «охотник за провокаторами».
140 лет назад, в марте 1881 года, был убит император Александр II. На литографии запечатлен момент, когда после взрыва первой бомбы царь невредимым выходит из кареты, чтобы подойти к пострадавшим — казаку из конвоя и мальчику. А через мгновение второй террорист-народоволец бросит бомбу царю под ноги. В тот же день над Зимним дворцом поднимут черный флаг, сын императора Сергей Александрович назовет март самым несчастливым месяцем для семьи Романовых, ведь Павла I убили тоже в марте. Но сам великий князь погибнет от рук террористов в феврале:
А вот что происходило после убийства царя. Помните умного, обаятельного и бесконечно циничного князя Пожарского из романа Бориса Акунина «Статский советник» (его в одноименном фильме сыграл Никита Михалков)? Так вот, прототип Пожарского — реальный персонаж. После убийства Александра II Охранному отделению, созданному после первого покушения на императора (выстрел Каракозова в 1866 году), понадобились свежие силы. Тогда и появился в Петербурге подполковник Георгий Порфирьевич Судейкин, до этого успешно раскрывший киевскую организацию «Народной воли». Для него в питерской охранке создали должность инспектора секретной полиции. Хитрого, набравшегося опыта в Европе Судейкина называли «гением русского сыска». Он сделал своим агентом народовольца Сергея Дегаева — и с его помощью добил «Народную волю». Но главное, с чем Судейкин вошел в историю политического сыска, — это культ провокации.
Конечно, полиция и прежде пользовалась услугами провокаторов. Но именно Судейкин поставил это дело на поток, умело вербуя попавшихся революционеров. Провокаторы не просто сообщали о времени и месте акций, но и организовывали их, втягивая как можно больше людей (так полиции проще отлавливать потенциально неблагонадежных). Позже создатель ЦРУ Аллен Даллес признавал, что именно русские подняли провокацию до уровня искусства. Сомнительный комплимент...
.jpg)
Владимир Бурцев и его журнал «Былое». Фото из открытых источников
Разоблачением агентов-провокаторов и занялся известный публицист, а в прошлом революционер-народоволец Владимир Бурцев (на снимке). Он решил обзавестись «источниками» в охранке и полиции, используя для этого: свой журнал «Былое». Его Бурцев начал издавать в 1900-е в эмиграции в Лондоне, а потом продолжил, вернувшись в Петербург, после революции 1905 года. Материалы по истории освободительного движения вызвали огромный интерес, тираж доходил до 30 тысяч.
Как пишет сам Владимир Львович в книге «В погоне за провокаторами», благодаря журналу у него «завязались отношения с лицами, имеющими отношение к департаменту полиции и к охранным отделениям. Некоторые приходили явно, другие тайно и приносили чрезвычайно важные сведения». Дальше начиналась проверка этих данных, выявление обстоятельств — то, что сегодня называется журналистским расследованием.
Вот, например, как это случилось c разоблачением завербованного еще Судейкиным в 1883 году Аркадия Гартинга, тогда студента Авраама Геккельмана. По настоянию охранки его перевели в Дерптский университет, где он возглавил подпольный кружок и наладил выпуск газеты «Народная воля». Типографию, революционеров и всех причастных к доставке издания вскоре арестовали. А провокатор перебрался в Париж, где уже под именем Ландезена вошел в доверие к эмигрантам и организовал производство бомб, призывая убить Александра III. В числе тех, кто прятал бомбы у себя дома, был и Бурцев. В 1890-м вся группа и множество связанных с ней людей были арестованы французской полицией по доносу неизвестного. А Ландезену, бежавшему в Россию, заплатили 800 руб-лей, месячный оклад, и назначили пенсию в 1000 рублей в год. После чего он опять сменил имя и вероисповедание. Став православным Гартингом, нес охрану(!) Александра III в поездках того по Европе, а позже возглавил Берлинскую агентуру департамента полиции, затем — Парижскую. Там его и разоблачил Бурцев...
Интересна история и с разоблачением главы большевистской фракции в Госдуме 4-го созыва (1912-1917), члена ЦК РСДРП Романа Малиновского. Этот славный ленинец в 1910-м стал агентом московской охранки. Оклад провокатора, до 8,4 тысячи рублей в год, превышал зарплату директора департамента полиции. Но свои деньги Малиновский отрабатывал: предотвратил несколько «эксов» для пополнения партийной кассы на общую сумму 2,5 млн рублей, способствовал разгрому типографии «Правды» в июле 1913-го и арестам верхушки партии (Орджоникидзе, Сталина, Бухарина, Свердлова).
Все собранные улики, включая полученную от источника в полиции копию доклада депутата к предстоящему заседанию Госдумы (секретный агент посылал тексты своих речей на согласование «кураторам»), Бурцев представил в ЦК РСДРП. Но Ленин не хотел признавать кадрового просчета. И лишь в 1914 году Малиновский под угрозой разоблачения скрылся за границей...
Утром 5 февраля 1905 года газеты вышли с сенсационными заголовками и иллюстрациями: убийство великого князя Сергея Александровича! Дядя Николая II накануне погиб от взрыва бомбы. Теракт осуществила Боевая организация эсеров (БО), а разработал его руководитель, легендарный Евно Азеф. На его счету было 30 удачных покушений на высших сановников (годом раньше убит министр внутренних дел Вячеслав Плеве, за год до этого — губернатор Уфы Николай Богданович). Азеф пользовался непререкаемым авторитетом в партии — вплоть до того, что бесконтрольно распоряжался кассой БО, куда поступали деньги от экспроприаций и огромные пожертвования. Одновременно каждый месяц агент Раскин получал свои 1,5 тысячи рублей в департаменте полиции: самый высокооплачиваемый сотрудник охранки!
Три года, которые Владимир Бурцев потратил на разоблачение Азефа-Раскина, были самыми трудными в его карьере «охотника за провокаторами». Сведений, добытых журналистом, за глаза хватало, но товарищи по партии отказывались им верить. Пока Бурцеву не удалось получить показания бывшего директора департамента полиции Алексея Лопухина, непосредственно работавшего с Азефом. Партийный суд в январе 1909 года вынес провокатору смертный приговор, но ему дали 12 часов, чтоб раскаяться. Понятно, Азеф не стал ждать и скрылся...
Так закончилось самое громкое расследование Шерлока Холмса русской революции. Скандал вокруг дела Азефа скрыть не удалось. После слушаний в Госдуме в феврале 1909 года, где с речью выступил премьер-министр Петр Столыпин, охранка ограничила внедрение агентов в революционные организации. А в 1913 году началась ликвидация и самих охранных отделений, полностью упраздненных после Февральской революции 1917 года. Большевики горячо поддержали реформы, чтобы после Октября возобновить политический сыск, причем в куда более жестоких формах.
