Труд: В непростые времена люди ищут ответы на вечные вопросы

Главная Культура 00:05 26 Июля 2024 4229

В непростые времена люди ищут ответы на вечные вопросы

Популярная телеведущая и актриса убеждена, что рост интереса к классическому искусству неслучаен

Напечатать

Сати Спивакова - актриса, телеведущая, а теперь еще и куратор музыкальных программ. Фотографии из личного альбома

27 июля на ВДНХ открывается VII Международный фестиваль искусств «Вдохновение», в котором примут участие более 300 артистов из России, Франции, Ирана, Бразилии, Чили, ЮАР и других стран. В числе самых заметных событий — уличное шоу в сценографии лауреата «Золотой маски» Тимофея Рябушинского, кукольное представление «Антуко» чилийского художника Сантьяго Тобара, моноспектакль «Мечты горничной» французского театра Telmah Okus Pokus. Хитами обещают стать также концерты пианистки Екатерины Мечетиной, аккордеониста-виртуоза, дирижера и композитора Петра Дранги, вечер джаза в исполнении оперной звезды Анастасии Белуковой и композитора Александра Покидченко, моноспектакль Александры Урсуляк «Хорошие песни». Есть о чем поговорить с куратором музыкальных программ праздника, популярной актрисой и телеведущей Сати Спиваковой!

— Уважаемая Сати, диапазон музыкальных направлений фестиваля впечатляющ — от академической музыки до неоклассики, от романса до джаза. Почему выбор пал именно на эти стили и исполнителей?

— Традиции фестиваля таковы, что все эти годы он специализировался прежде всего на театральных проектах, музыкальная же его составляющая только начинает формироваться. И организаторы пригласили меня помочь с этой новой частью праздничной программы. Должна заметить, что и для меня роль музыкального куратора — своего рода премьера. И я решила ориентироваться на свои музыкальные пристрастия, задав себе вопрос: какие три разножанровые программы и в чьем исполнении мне самой было бы интересно услышать?

— В последние годы возрос интерес к классической музыке, академические залы не пустеют, даже несмотря на кусачие цены билетов. Что это — конъюнктура, умелое продвижение со стороны менеджеров, о чем писал знаменитый Норман Лебрехт в своей книге «Кто убил классическую музыку», или нечто более глубинное?

— Норман Лебрехт — сам еще тот конъюнктурщик! Интерес же к классической музыке у нас в стране последние годы действительно возрос. Причина, мне кажется, в том, что в непростые времена люди ищут ответы на вечные вопросы, стремясь к духовному катарсису, утешению, очищению. А что, как не классическая музыка, может это подарить?

Одним из выражений музыкального естества Сати Спиваковой стал спектакль Театра Наций «Наше все...» Тургенев. Метафизика любви«, сыгранный с Владимиром Кошевым

— Но почему современная музыка, даже самая мастерская, не трогает так, как Бах, Моцарт, Шопен, Чайковский?

— Категорически не согласна уже с самой постановкой вашего вопроса! А Шостакович? А Прокофьев, Шнитке, Пярт, Канчели, Десятников, Мартынов? Это не просто «мастерски», а гениально написанная музыка, которая не может не трогать.

— Вы много лет ведете программу «Нескучная классика» на канале «Россия-Культура». Какие персоны и сюжеты больше всего вдохновили вас за ее историю? Какой ответ или ответы оказались максимально неожиданными и потребовали от вас импровизации?

— Количество снятых нами программ приближается к пятистам, и персон, сюжетов, вопросов, ответов в них было бессчетное множество. Импровизации в моих интервью возникают практически всегда, поскольку невозможно предугадать все ситуации, возникающие на съемочной площадке. Вдохновляли и вдохновляют меня большинство гостей, хотя бывают и случаи, когда после съемки чувствую себя выгоревшей.

О своих собеседниках могу говорить бесконечно, назову вам лишь одно имя — Татьяна Черниговская (известный ученый, специалист по нейронауке, психолингвистике и теории сознания, академик Российской академии образования. — «Труд»). После первой нашей программы, лет шесть назад, мы очень подружились, и эта великая женщина во многом изменила мое мировоззрение. На данный момент мы сняли совместно четыре программы, но надеюсь, что смогу придумать еще несколько тем для передач с Татьяной Владимировной.

— Два года назад мы с вами делали интервью навстречу премьере «Канарейки» в Театре Наций, и спектакль, кажется, обрел прочную жизнь. Сложно ли играть такую трагическую героиню, как Мария Каллас, на постоянной основе? Меняется ли что-то в этом образе от спектакля к спектаклю?

— «Канарейка» идет на сцене Театра Наций третий сезон, но, на удивление всех участников, билеты до сих пор разлетаются за несколько часов. Мне странно отвечать на вопрос, сложно ли играть Каллас на постоянной основе. Ни один артист не скажет вам, что играть — это просто. Особенно же сложно выйти в том или ином образе всего один-два раза. Роль — как новорожденный младенец: она должна начать дышать, развиваться, насыщаться. Счастье нашей профессии в том, что каждый раз, выходя на сцену, ты меняешься, и меняется, пусть едва ощутимо, твой персонаж. Рисунок роли определен изначально, а вот наполнение всякий раз разное.

Актриса в двойном преображении: в роли Марии Каллас, вспоминающей свои выходы в «Макбете» Верди

— В этой пьесе Марии Варденги Каллас показана в самый тяжелый период жизни — стареющей, потерявшей голос, отчаянно ревнующей Онассиса к Жаклин Кеннеди... В чем, по-вашему, ее главная драма?

— Она определена ею самой в одном из интервью: «Есть Мария, но есть и Каллас, и я стараюсь соответствовать им обеим». Мария — женщина трагической судьбы. Каллас — непревзойденная, гениальная артистка, голос которой остался с нами навсегда.

— Рассказывая о вашей собственной актерской судьбе, вы не скрываете неудач — перерывов в работе, негативных отзывов критиков: Но возможна ли в принципе безоблачная актерская карьера?

— Перерыв в актерской работе у меня был всего один, правда, действительно долгий, 30 лет. Сегодня, оглядываясь на десять последних лет своей сценической жизни, я осознаю, что смогла доказать прежде всего самой себе: профессию, при огромном желании и честном труде, можно вернуть даже после многолетнего перерыва. Про безоблачную карьеру ничего не скажу — мне про таковые неизвестно. Лично я ни с кем не соревнуюсь, кроме себя самой, стараясь завтра быть лучше, чем вчера. И меня давно перестало интересовать, что пишут критики, для меня гораздо важнее реакция публики.

— Вы с теплотой вспоминаете о работе с Романом Виктюком, поверившим в вас после того самого перерыва, сумевшим поддержать и даже внушить, что вы — «просто Алиса Коонен»...

— Роман Виктюк — мой добрый гений и ангел-хранитель. Не случись в жизни этой встречи, я бы вряд ли вернулась в профессию. Роль режиссера — основополагающая в театре, как мне кажется. Артист — солдат, режиссер — генерал. Мне пока везет — спектакли, в которых я играла и играю, поставлены классными профессионалами. Другой вопрос: список режиссеров, с которыми мечтаю поработать, очень длинный.

«Нежность» по новелле Анри Барбюса — одна из совместных работ с легендарным Романом Виктюком

— Недавно стало известно, что Театр Виктюка возглавил Константин Богомолов, который тут же провел ребрендинг и сменил название. Как относитесь к такого рода переменам? Мы вообще способны хранить традиции, или это не в наших правилах?

— Константин Богомолов — мой друг и партнер по сцене, мы много лет играли в спектакле «Машина Мюллер» в «Гоголь-центре». Он очень талантливый человек, обладающий незаурядным мышлением, огромным интеллектом и безграничной фантазией. Уверена, что, открыв новую страницу Театра Виктюка, он вдохнет в это пространство жизнь, которая ушла оттуда с уходом мастера. Память о том, что в этих стенах творил Роман Григорьевич, не сотрется никогда, но театр не «памятник архитектуры, охраняемый государством». И тот факт, что на этой сцене будут рождаться новые спектакли, смотреть которые будет новый зритель, только продлит память, а главное, подарит «Дому света» (так называл это свое детище великий архитектор-авангардист Константин Мельников. — «Труд») новый свет. Театр Виктюка — это не стены, а сообщество единомышленников, во главе которого стоял уникальный режиссер. И, как это ни больно сознавать, без идей, энергии, фантазии Романа Григорьевича его театр продолжать жить не мог, как организм не может жить после остановки сердца.

— Многим женщинам кажется, что после у-словных 45 сохранить молодость можно только за деньги, и то не факт... Вы же всегда роскошно выглядите. Что посоветуете?

— Главное — то, что у вас в душе. Лучший рецепт сохранения молодости — любовь: к мужчине, к детям, к профессии, к самой себе наконец. Убеждена, что женщина в любом возрасте должна выглядеть ухоженной, это признак уважения к себе и к окружающим. У меня нет времени не то что ездить по курортам — подчас его не хватает даже на такую жизненно необходимую вещь, как сон. Сохранять себя в форме помогают дисциплина и труд. Отлично понимаю, что внешность — неотъемлемый аспект моей профессии. Занимаюсь пилатесом, стараюсь регулярно делать массаж, если успеваю — хожу к косметологу, а питаюсь очень сбалансированно. Вечером, как бы ни было поздно, очищаю кожу лица и наношу крем. Утро начинаю со стакана горячей воды с лимоном. Это рутина, но она необходима. А вообще не решусь особо разбрасываться советами, поскольку сама грешу многими вредными привычками: курю, из-за недосыпания пью кофе литрами, а иногда даже — страшно сказать — могу выпить пару бокалов белого вина или шампанского.

Сати Спивакова фестиваль Вдохновение

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 19152

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...