«В пять часов утра, как всегда, пробило подъем — молотком об рельс у штабного барака. Перерывистый звон слабо прошел сквозь стекла, намерзшие в два пальца, и скоро затих: холодно было, и надзирателю неохота была долго рукой махать.
Звон утих, а за окном все так же, как и среди ночи, когда Шухов вставал к параше, была тьма и тьма, да попадало в окно три желтых фонаря: два — на зоне, один — внутри лагеря»...
Так буднично и страшно начинается небольшая по объему, но выдающаяся по своим литературным достоинствам и по общественному воздействию на несколько поколений читателей повесть Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича». Впервые она была опубликована в ноябре 1962 года в «Новом мире». Сам автор, прошедший через сталинские лагеря, считал свое выстраданное, многолетне выношенное детище рассказом; повестью «Ивана Денисовича» назвали в журнале «для солидности».
Первое произведение о концлагере в стране «победившего социализма», опубликованное благодаря неустанным усилиям Александра Твардовского и по личному распоряжению Никиты Хрущева, который сумел убедить в необходимости этого членов ЦК, ошеломило читателей «Нового мира» правдой о том, о чем многие догадывались, шептались на кухнях, но боялись обсуждать вслух. За такие разговоры еще недавно — до разоблачения культа личности Сталина на ХХ съезде КПСС в 1956 году — можно было самим угодить в лагерь.
Но на дворе стояла «оттепель», пусть и недолгая (уже в 1966 году на XXIII съезде КПСС прозвучит требование дать решительный отпор фальсификации истории, в качестве примера была названа повесть Солженицына). И пока «Один день Ивана Денисовича» широко расходился по стране. Рассказ тиражом 700 тысяч был переиздан «Роман-газетой», напечатан отдельной книгой (еще 100 тысяч экземпляров). Но все равно в библиотеки выстраивались огромные очереди из желающих получить на руки и прочитать своими глазами обжигающий текст о «почти счастливом» лагерном дне Ивана Шухова — одной из невинных жертв сталинской репрессивной машины.
«Когда напечатался «Иван Денисович», — вспоминал впоследствии Александр Исаевич, — то со всей России как взорвались письма ко мне, и в письмах люди писали, что они пережили, что у кого было. Или настаивали встретиться со мной и рассказать, и я стал встречаться. Все просили меня, автора первой лагерной повести, писать еще, еще, описать весь этот лагерный мир. Они не знали моего замысла и не знали, сколько у меня уже написано, но несли и несли мне недостающий материал.
...Так я собрал неописуемый материал, который в Советском Союзе и собрать нельзя, — только благодаря «Ивану Денисовичу». Так что он стал как пьедесталом для «Архипелага ГУЛАГа».
На этом можно было бы закончить заметку, навеянную знаковой датой в календаре. Но на днях Генпрокуратура РФ под надуманным предлогом подала в Верховный суд иск о ликвидации «Мемориала» (признан в России НКО-иноагентом), который, по точным и страстным словам писательницы Людмилы Петрушевской, хранит «память об осужденных и расстрелянных, о брошенных под грузовик и умерших голодной смертью, о замороженных в грузовиках по пути от лагеря к лагерю, о замученных пытками на Лубянке и на Колыме»...
В защиту «Мемориала», у основания которого стоял великий ученый и правозащитник Андрей Сахаров, уже высказались сотни тысяч людей — не только в нашей стране, но и за рубежом. Среди них знаменитые политики, ученые, актеры, писатели, журналисты. В том числе, лауреаты Нобелевской премии мира — экс-президент СССР Михаил Горбачев и главред «Новой газеты» Дмитрий Муратов. Они призвали Генпрокуратуру «отозвать иск из суда и урегулировать претензии во внесудебном порядке». А Верховный суд они попросили отложить рассмотрение иска, «чтобы дать возможность путем совместных усилий снять эту болезненную для страны проблему».
Но власть у нас не любит прислушиваться к общественному мнению, боясь показать свою «слабость». Хотя умение признавать свои ошибки, неверные решения — как раз свидетельство силы, а не слабости. Пока общественность бьет в набат, властные жернова продолжают перемалывать остатки (они же останки) гражданского общества в нашей стране. Призывы Нобелевских лауреатов, многочисленные петиции в поддержку «Мемориала» и за отмену закона об иноагентах власть предпочитает не замечать. Заседание Верховного суда намечено на 25 ноября.
Не берусь предсказывать его решение. Но если «Мемориал» будет окончательно «зачищен», если по коллективной памяти будет нанесен столь сокрушительный удар, то логичным шагом для власти в обозримом будущем станет изъятие «Одного дня Ивана Денисовича», «Архипелага ГУЛАГа» и других анти-сталинских, антитоталитарных книг из библиотек. Неужто доживем и до этого?
