В российские кинотеатры в эти дни транслируют «Сказки Гофмана» из Лондонской Королевской оперы. Первый показ уже прошел 17 декабря. В пору, когда мы привыкли к «смелым» вывертам постановщиков, меняющих сюжет и смысл классических произведений, эта работа производит почти экзотическое впечатление своей демонстративной романтической традиционностью.
«Сказки Гофмана» – вечное искушение для режиссеров и сценографов. Здесь, да простят мне тавтологию, столько гофманщины – зловещих шарлатанов, обманных ангелов, мертвяков под видом живых, т. е. всего того, что возникает на сшибке воспаленного воображения поэта и холодной реальности, что простор для сценического изобретательства практически неограничен. Но этот же соблазн порой и ставит подножку чересчур ретивым выдумщикам: в каскаде кунштюков и переакцентировок тонет романтическое обаяние этой сказки, которая в конечном счете все-таки – не о фокусах, а о любви. Помнится, нечто подобное произошло на спектакле Мариинского театра пятилетней давности, где лирическую оперу превратили в род компьютерной игры…
Королевская опера пошла по иному пути: здесь восстановили классический спектакль знаменитого британского кино- и театрального режиссера Джона Шлезингера. Который вообще-то тоже был мастером прежде всего социального остросюжетного кино – а театр, похоже, был для него отдушиной. Во всяком случае, именно так воспринимаешь сделанные в 1980 году в традициях конца XIXвека «Сказки Гофмана» – на фоне, скажем, самого известного фильма Шлезингера «Полуночный ковбой».
О классичности решения Шлезингера говорит уже то, что он восстановил задуманный Оффенбахом порядок действий: сперва эпизод с куклой Олимпией, затем – с куртизанкой Джульеттой и под конец – с чахоточной певицей Антонией. И в этом есть логика: Гофман в своих влюбленностях постепенно растет от совсем глупого очарования манекеном через увлечение проходимкой до настоящей взаимной любви с девушкой возвышенного строя чувств. В версии, почему-то закрепившейся в большинстве театров (сперва Антония, потом Джульетта) эта логика нарушена.
Колорит оффенбаховского времени великолепно передан в помпезных и сумрачновато-манящих многоярусных интерьерах, портьерах, детализированных исторических нарядах(сценограф Уильям Дадли, художник по костюмам Мария Бьернсон). Есть где разгуляться и солистам, и щедро используемому Оффенбахом хору(разухабистая песенка про хозяина кабака Лютера в прологе и эпилоге, очаровательный галоп гостей в первом действии…).
Из солистов выделю прежде всего блистательного Витторио Григоло, чей тенор огромного диапазона и выразительности идеально ложится на многоплановую, от высочайшего экстаза до пьяного гротеска, партию заглавного героя. Его достойный партнер-оппонент – потрясающий баритон и актер Томас Хэмпсон, отвечающий за всех четырех супостатов Гофмана – советника Линдорфа, зловещего изобретателя Коппелиуса, инфернального интригана Дапертутто и лекаря-убийцу Миракля. Обладательница эффектного меццо-сопрано и интригующей внешности Кейт Линдси идеально подходит для третьей сквозной роли –доброго резонера Никлауса, а в своей задиристо-ироничной арии из первого действия даже конкурирует в виртуозности с колоратурным сопрано исполнительницы самой головоломной партии оперы – Олимпии.
Знаменитую песенку Олимпии – первой из трех «сказочных» пассий Гофмана – Софья Фомина исполняет почти без интонационных промахов, хотя идти на знаменитое верхнее ля-бемоль не решается, ограничиваясь более скромным фа. В любом случае приятно, что наша соотечественница, орловчанка, воспитанница Зары Долухановой в Гнесинской академии, занимает сегодня устойчивые позиции в Ковент-Гардене, опере Франкфурта-на Майнеи на других ведущих сценах мира. Кристина Райс в роли Джульетты предъявила уверенное качество исполнения. Ну а на самую большую и ответственную из «сказочных» партий – Антонии – руководители постановки безошибочно поставили изумительную певицу и мощную трагическую актрису Соню Йончеву.
Дирижеру Эвелино Пидо в общем удалось собрать многокрасочную и многофигурную, как театральные полотна Дега, партитуру Оффенбаха. А также и немного поиграть-поколдовать на публику жонглерскими пассами палочкой. Это было, конечно, совершенно необязательно, но на образность спектакля, пожалуй, сработало.
Не успевшим на первый показ подскажем: 27 декабря, 29 января, 6 и 11 февраля – повторы в сети «Каро-фильм». Правда – только в Москве. В остальных городах проекта Royal Opera HD (Екатеринбург, Казань, Калининград, Реутов, Самара, Санкт-Петербург, Сургут), «Сказки Гофмана» покажут лишь 6 февраля. Зато тех, кто придет на московский сеанс 27 декабря, ожидает прекрасный бонус – личная встреча с Софьей Фоминой и ее рассказ о работе в Ковент-Гардене.
Следующей же оперой, которую нам передадут из Ковент-Гардена, станет «Трубадур» Верди. За дирижерский пульт встанет Ричард Фарнс. Состав же – настоящий экс-СССР в миниатюре: Леонора – армянка Лианна Арутюнян, граф ди Луна и Феррандо – украинцы Виталий Билый и Александр Цымбалюк, Азучена – грузинка Анита Рачвелишвили. Будем надеяться, что на их фоне не потеряется американский тенор Грегори Кунде в центральной роли Манрико. Московская трансляция – 31 января, в остальных городах – начиная с 4 марта.
