РАМАЗ ЧИАУРЕЛИ: "У МЕНЯ СТОПРОЦЕНТНЫЙ ИММУНИТЕТ ОТ ЗВЕЗДНОЙ БОЛЕЗНИ"

Главная Жизнь 01:01 27 Ноября 2008 13609

Рамаз Чиаурели - потомок легендарной династии. Его бабушка - актриса Софико Чиаурели. Дедушка - комментатор Котэ Махарадзе. А двоюродный дед - режиссер Георгий Данелия. Корреспондент "Труда-7" встретился с Рамазом, и он рассказал о своей семье.

Мигулина Катерина

Напечатать

Рамаз, вы собираетесь продолжить династию актеров и режиссеров?
- Я еще молод, и все может случиться. По специальности я переводчик, по профессии - журналист. Снялся пока в одном фильме - "Бес в ребро, или Великолепная четверка". Мне безумно понравилось на съемочной площадке, очень хочу продолжить этот опыт.
- Что же мешает?
- Режиссеры до сих пор находятся под влиянием стереотипа, что работать в кадре может только человек с актерским образованием. Я ходил на пробы, общался с режиссерами, но все мне твердили: ты не сможешь. Теперь же, поступив Щукинское училище на актерское отделение к Людмиле Сергеевне Ворошиловой, надеюсь, обрету веские аргументы в свою пользу.
- А как же вы попали в фильм "Бес в ребро"?
- Продюсером фильма был мой хороший знакомый. Он отправил меня на кастинг, и я его прошел со всеми остальными претендентами. Когда остановились на моей персоне, я был счастлив. За три месяца съемок меня научили тому, чему театральный вуз научил бы за два года. В театр, конечно, идти уже поздно по возрасту, к тому же двухлетнего образования, я считаю, все же мало, чтобы спокойно выйти на сцену. В кино есть право на дубль, есть режиссер, который всегда направит куда надо. Тем не менее я счастлив, что осуществил свою мечту и поступил в "Щуку".
- Благодаря бабушке вы наверняка немало времени провели за кулисами театра?
- И не только за кулисами. В детстве я даже выходил на сцену Малого театра вместе с Софико Чиаурели и Котэ Махарадзе, они привозили в Москву замечательный спектакль на грузинском языке "Уриель Акоста" Карла Гуцкова. Бабушка играла Юдифь, а дед - Уриеля. Они ведь и познакомились на сцене, именно там между ними родилось чувство фантастической любви.
- Играть в одном спектакле с такими людьми - это честь.
- Ну, это была эпизодическая роль без слов. (Улыбается.) Я играл пажа, выносил на сцену подсвечник. Тем не менее я испытал незабываемое ощущение, глядя со сцены Малого театра в переполненный зал.
- Вы говорите по-грузински?
- Нет, но я обязательно научусь, потому что поклялся в этом своей прабабушке Верико. Царство ей небесное.
- Вы помните прабабушку?
- Мне было 10 лет, когда она умерла. Я обещал Верико, что рано или поздно заговорю по-грузински. Каждое лето, когда я приезжал к ней в гости в Тбилиси, она спрашивала: "Рамаз, ты научился говорить по-грузински?" Каждый раз мне было стыдно отвечать. Сейчас сложно выкроить время, но я обязательно сдержу слово. Отец - кардиохирург и со своими бесконечными круглосуточными дежурствами, операциями так и не нашел времени, чтобы учить меня языку.
- Ваш отец Михаил Рамазович хорошо говорит по-грузински?
- Конечно. Отец приехал в Москву из Тбилиси в возрасте 22 лет. Тогда он с трудом говорил по-русски. Поэтому и кандидатскую диссертацию ему помогала писать моя мама - Елена Королева. Сейчас-то, само собой, он говорит без акцента.
- Удивительно, откуда в династии актеров и режиссеров взялся врач.
- Да, мой отец мог легко выбрать творческий путь. Но он нашел в себе мужество выбрать иную стезю. В области медицины он стал не менее великим, он встал с ними в один ряд.
- Говорят, 49 - роковая цифра для мужчин вашей семьи?
- Да, оба родных брата Софико, Отар и Рамаз, умерли в 49 лет. Рамаз - от рака, Отар - не знаю от чего, он был сводным братом от первой супруги Михаила Эдишеровича. Прадедушка не вынес двойной утраты и ушел следом за Рамазом. Для Верико эти годы были самыми страшными.
- Отар и Рамаз тоже имели отношение к кино и театру?
- Отар Чиаурели окончил Тбилисскую академию художеств, затем его потянуло в кино, и он стал режиссером-документалистом. Рамаз окончил режиссерский факультет ГИТИСа, поставил в Театре имени Марджанишвили два великолепных спектакля - "Далеко от Москвы" Ажаева и "Двенадцатая ночь" Шекспира. А потом тоже ушел в документальное кино.
- А есть в вашей семье счастливые даты?
- Да. Число 28. В этом возрасте женились все мужчины в нашей семье. Мой отец, его отец, мой дядя. Поэтому, когда мне стукнуло 28 лет, меня начали обрабатывать: кто она, где она, когда женишься? Не удивлюсь, если моего младшего брата Кирилла заставят терпеть до 28 лет, хотя у него в отличие от меня невеста давно имеется. (Смеется.)
- Вы верите в любовь?
- Как я могу не верить, если у меня перед глазами такие примеры, как Софико и Котэ, как Михаил Эдишерович и Верико, как мои родители, прожившие душа в душу 32 года? Но такую любовь найти невероятно сложно.
- Рамаз, вас не тяготит принадлежность к такой семье?
- В какой-то момент я вдруг понял, что эта принадлежность дает мне стопроцентный иммунитет от звездной болезни. Стоило появиться намеку, как я сразу понимал, что есть Софа, есть Котэ, есть Гия, есть Верико. Эти люди заслужили право считаться мегазвездами. Хотя в реальной жизни никогда ими не были. Верико до конца сомневалась - актриса ли она? Английская Академия искусств назвала ее среди десяти лучших актрис XX столетия, а она все переживала. Как после этого я могу допустить мысль о таком понятии, как звездность? Мне до них, как до звезд, я это понимаю.
НАШЕ ДОСЬЕ
Рамаз Чиаурели родился 8 ноября 1977 года в Москве. Окончил Московский государственный лингвистический университет имени Мориса Тореза. Комментировал теннисные матчи и горнолыжные соревнования на спортивном канале НТВ+, с 2001 по 2005 год вел новости спорта на НТВ. Работает в ночном эфире радио "Маяк" и ведет программу "Дело принципа" на телеканале "ТВ-Центр".

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 24943

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...