Труд: Николас Кейдж: «Возможно, я один такой»

Главная Культура 00:17 27 Ноября 2009 2689

Николас Кейдж: «Возможно, я один такой»

В прокат вышла криминальная драма культового режиссера Вернера Херцога «Плохой лейтенант». Роль «грязного» полицейского Теренса МакДона сыграл Николас Кейдж. Специальный корреспондент «Труда» в Голливуде встретилась с Николасом Кейджем в отеле Four Season

Галкина Галя

Напечатать

«Я был в ударе — пришел, увидел и победил»

— Расскажите о своем персонаже — новоорлеанском полицейском Теренсе МакДоне.

— Он такой, какой есть. Я стараюсь его не судить и не определять категорично как хорошего или плохого.

— Как продюсер фильма вы воздействовали на выбор места съемок. Как вам удалось убедить Вернера Херцога снимать фильм в Новом Орлеане?

— Мне пришлось заглянуть в глаза моим собственным страхам. Новый Орлеан для меня — особое место на земле, где сходятся разные энергии: африканские, французские, английские, испанские… К тому же там много магии и волшебства. Я многое пережил в этом городе и хотел вернуться туда для того, чтобы побороть страхи из моего прошлого. Я был уверен в том, что смогу использовать энергию этого города, но не знал, что из этого выйдет, победа или крах. Я был готов ко всему.

— Вам понравилось играть в подобном состоянии?

— Я был в ударе — пришел, увидел и победил. Я очень благодарен Вернеру Херцогу за то, что он позволил мне расслабиться и сыграть Теренса МакДона так, как я хочу. Мне не надо было что-то объяснять ему, и он меня практически не поправлял: я просто приходил на съемки и делал то, что считал нужным.

Существует расхожее мнение, что картины Пикассо и Ван Гога «чрезмерны». Я думаю, этот эпитет вполне применим к кино. Когда я снимался в «Покидая Лас-Вегас», я выпил пару рюмок. Ну: мне захотелось. У меня были сцены, где я решил, что мой персонаж будет пьяным. И я очень рад, что поступил именно так. А вот с «Плохим лейтенантом» все обстояло иначе: я играл трезвым и, честно говоря, не был уверен, что у меня получится.

— Совпадает ли ваш актерский стиль со стилем режиссера?

— Я думаю, в этом плане у меня с Вернером Херцогом идеальный брак. Он все делает очень быстро. А у меня, как правило, лучшие дубли — первые два. Он полностью доверяет моему мастерству, а я полностью доверяю его мастерству. Иногда мне нравится много репетировать, но я регулирую свой темп в зависимости от того, с кем работаю. Я знаю, что Вернер любит делать как можно меньше репетиций, так как для него важнее всего свежесть и спонтанность, и мне это подходит.

— Это уже ваш второй фильм с Евой Мендес, который сильно отличается от «Призрачного гонщика». Скажите, что нового вы узнали друг о друге во время работы над «Полицейским»?

— Мне кажется, Ева стала играть ещё лучше. Он была хороша в «Гонщике», но в этом фильме она более утонченная, мягкая, изящная и непредсказуемая. Я и раньше был поклонником её таланта, а сейчас оказался свидетелем её роста, и мне ещё больше захотелось сниматься вместе с ней.

— А какие у вас сложились отношения с Вэлом Килмером?

— С Вэлом у нас очень интересные отношения. Мы очень уважаем друг друга и долгие годы переписываемся. Это не формальные отношения, это настоящая дружба. Мы не так часто встречаемся, но постоянно переписываемся и поддерживаем друг друга в жизни. Он мне как брат. Если хотите знать правду, я считаю Килмера одним из лучших актеров своего поколения.

«Я помню, как в детстве мечтал пойти в кино вместе с родителями»

— Разделяете ли вы фильмы на независимые и мейнстримовские при выборе проекта?

— Господь даровал мне способность адаптироваться к разным стилям и направлениям, так что я ему очень благодарен. С годами я начал понимать, что участие в фильме — это ответственность и что главное — не придавать значение своему звездному статусу, а просто выкладываться для роли, как я это делал в самом начале своей карьеры. Так называемые «попкорновые» фильмы, или, по-другому, семейные, на самом деле играют в жизни общества очень важную роль: они провоцируют членов семьи вместе проводить свободное время, что волей-неволей сплачивает семью. Так что сохрани Господь «попкорновые» фильмы, в особенности такие, на которые можно взять с собой детей. Я помню, как в детстве мечтал пойти в кино вместе с родителями. Желая вернуть людям сторицей то, что я получил в этой жизни, я в первую очередь думаю о подобных фильмах, в которых могу принять самое активное участие. Я считаю, что это доброе дело. Но мне не хочется забывать и полуночную аудиторию. Я хочу вернуться к своим корням, к тем зрителям, которые не прочь после полуночи пересмотреть «Плохого лейтенанта», «Поцелуй вампира», «Воскрешая мертвецов» или «Диких сердцем».

— У вашего персонажа болела спина. Как вы имитировали это? И почему вы не говорили с южным акцентом, хотя ваш персонаж из Нового Орлеана?

— Давайте говорить начистоту: я пришел на съемки с уже готовым образом Теренса в своей голове. Он у меня ассоциировался с Ричардом III — одной из самых противоречивых фигур в английской истории. При создании образа я опираюсь на особенности своего телосложения. Моя мать была танцовщицей, поэтому немудрено, что я большое значение придаю пластике своего персонажа.

Травма спины, которую он получил, спасая заключенного во время урагана «Катрина», помогла мне придать своеобразие этому образу. Что касается акцента, мы с Вернером решили, что он нам не нужен. В конце концов, Теренс был полицейским из Нового Орлеана и гордился тем, что он с Юга. Он говорил: «Здесь, на Юге, мы не бьем женщин». Но это ещё ничего не значит — он мог быть родом откуда угодно:

Когда я получил этот сценарий, то снимался в Австралии в фильме «Время ведьм». Вы знаете, что в Австралии до сих пор используют кокаин, чтобы прочистить вам нос, а я как раз болел тогда гриппом. Я все пытался понять, как можно вспомнить то, что произошло сто лет назад, но не мог. А потом меня направили к доктору, который капнул мне в нос раствор кокаина, и я сразу же начал делать записи.

Потом я вдруг почувствовал сухость в носу, с которой ко мне пришло ощущение собственной непобедимости. Потом у меня началось обильное слюноотделение, а вместе с этим поперли и новые идеи. В это время я решил пройтись по сценарию, чтобы сделать заметки: в тех местах, где мой персонаж принимает кокаин, я приписал, что надо часто глотать слюну и кусать губы. А в сцене, где он принимает героин, я подумал, что его будет одолевать чесотка, он будет мотать головой и медленно двигаться.

— На этом этапе вашей карьеры вы в принципе делаете то, что хотите, правда? Что вы ищете, когда выбираете себе новую роль? И устраивает ли вас то, что вы продолжаете играть порочных персонажей?

— У меня есть свой устав, я стараюсь ему следовать. Возможно, я один такой, но я ощущаю силу фильма и верю в то, что ленты могут менять мышление людей, это мощнейшая сила. Именно поэтому я очень осторожен в том, что именно проецирую на экран в процессе работы, особенно если потенциальные зрители — дети, которые сейчас для меня приоритетная аудитория. Я стараюсь держаться подальше от фильмов с насилием и убийствами, но если все же соглашаюсь играть в таком фильме, мне нужно обязательно понять, как и почему мой персонаж стал тем, кто он есть.

— У вас действительно хорошо получается придать объем массовому кино.

— Я выходец из независимого кино — это мои корни. Я использовал независимое кино как свою собственную лабораторию и постарался выжать из нее все, что только мог.

Во времена, когда другие теряли миллионы, я нашел золотое дно и применил полученные навыки и знания в таких фильмах, как «Без лица». Если вы внимательно посмотрите, то увидите, что в этом фильме есть элементы, которые я взял из «Поцелуя вампира», мало кто видел этот фильм, а у меня была возможность внедрить приобретенные навыки в картине «Без лица». Я продолжаю заниматься этим по сей день.

Досье

Николас Кейдж, актер

Родился 7 января 1964 года в Лонг Бич, штат Калифорния. Настоящее имя — Николас Ким Коппола.

Дебютировал в телесериале «Лучшие времена» в 1981 году. В 1983-м взял псевдоним Кейдж, чтобы не пользоваться именем своего легендарного дяди Фрэнсиса Форда Копполы.

Сыграл в фильмах Копполы «Бойцовая рыбка», «Клуб Коттон», «Пегги Сью вышла замуж». Наиболее известные картины с участием Кейджа: «Скала» (1996), «Воздушная тюрьма» (1997), «Без лица» (1997), «Угнать за 60 секунд» (2000), «Сокровища нации» (2004), «Призрачный гонщик» (2007).

В 1995-м получил «Оскар» и «Золотой глобус» за роль в фильме «Покидая Лас-Вегас».

С 2000 года продюсирует фильмы, в 2002-м дебютировал в роли режиссера в ленте «Сонни».

Женат трижды. Первой женой была актриса Патрисия Аркетт, второй — Лиза Мари Пресли. Третьей стала официантка Ким Элис, родившая Кейджу сына.

Также имеет сына от актрисы Кристины Фултон.

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 12546

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...