Серию крайне редких для себя «камерных», то есть акустических концертов начала группа «Мумий Тролль». Первый состоялся в московском Крокус Сити Холле 26 апреля, следующий – днем позже в Большом концертном зале Петербурга, третьего ждать еще три с лишним месяца, и пройдет он в латвийском городе Юрмале. Специалисты утверждают: в прошлый раз подобный эксперимент с тихим звуком одна из самых громких во всех смыслах команд России предпринимала ни много ни мало – 18 лет назад. Как видим, идеи копились долго. Корреспонденту «Труда» повезло попасть на первое из нынешней серии выступлений, получивших название «Вечерний чай» – по одной из классических песен группы.
Согласитесь, приятно получать приглашение от команды со словами «самому внимательному слушателю». Тем более если в музыкальном мире твое скромное имя принято связывать (теми, кто его знает) с совсем другой музыкой – оперной, симфонической, камерной (действительно камерной, без кавычек). Впрочем, интересно все, что талантливо. И когда, например, тот же Илья Лагутенко собирает на своем владивостокском фестивале психоделических рокеров из Южной Кореи, совершенно чумовых хип-хоперов из японской столицы и даже подобие балканского рока с острова Окинава – мне кажется, душа самого закоренелого оперомана должна откликнуться на эту пеструю, безумно увлекательную и очень живую музыкальную панораму.
Ну а на таком концерте, где не только децибелы, но и проработка партитуры вполне сопоставимы с тонкостью подачи самых серьезных академических программ, автору этих строк быть просто необходимо.
Правда, одним из самых уважаемых наших рок-журналистов высказано мнение, будто к акустическим концертам команды прибегают в основном тогда, когда отсутствует новый материал и остается переаранжировать старый. Однако у «Мумий Тролля» явно не та ситуация – только что вышел студийный альбом «Восток Х СевероЗапад», уже несколько песен оттуда стали хитами, а какой-нибудь «Отв.за романтику» способен заставить скакать и визжать юную аудиторию любой численности вплоть до стадиона.
И все же… Аудитория юна, а самим «троллям» около полтинника. Хочется не только скакать, но и осмыслить передуманное, перечувствованное в тишине.
Музыканты вышли на сцену под большой зеркальный экран – единственный, если не считать громоздкого катушечного магнитофона (вздох по аналоговому, нецифровому звуку?), элемент декораций. Начали, естественно, с того, чем живут сегодня – Илья Лагутенко спел «Не помню зачем» из свежего альбома. Прошу простить отсутствие в названии грамматически нужной запятой – так в оригинале, где весь текст дан без знаков препинания. Но это и очень в духе Лагутенко, чьи тексты, как это принято в современном стихосложении, больше похожи на эмоционально окрашенный поток сознания, чем на хрестоматийный зарифмованный нарратив. А медитативности в этом подернутом туманом воспоминании о бурной молодости от нового звучания только прибавилось.
Встык – одна из первых песен «Мумий Тролля», корнями еще из 1980-х – «Инопланетный гость». Все попроще – текст, мелодия, – но это тот же «Мумий Тролль» с его кальянной сладостью интонаций и космическими залетами воображения. Снова прыжок практически в наши дни – «С чистого листа» («Пиратские копии», 2015). Некоторое время назад я спросил Илью, в каком душевном состоянии пишутся строки «Ржавые струны, ломкий янтарь./ Ты думал гореть, а тут надо нырять./ Мохнатым туманом завязали глаза./ Костры отменяются, сейчас будет гроза». Илья ответил, что даже самому себе не может объяснить, как пишутся песни, хотя понимает, что это, видимо, отклик «на какие-то мечты или реалии». Думаю, акустическое звучание этой вещи чуть больше объяснило, каков он, «мохнатый туман», в котором гаснут костры и ржавеют струны.
Разумеется, не могло не случиться экскурса в главный альбом команды «Морская», 20-летию которого она посвятила весь прошлый год. «Девочка» в новой аранжировке ничуть не утеряла, а наверное и прибавила в своей ироничной меланхолии. «Утекай» доказала, что источник драйва – не в громкости звучания, а во внутренней энергии музыкальной интонации, заводящей зал ничуть не слабее грохота барабанов.
Прыжки во времени продолжились: нервные «Плюс 28» («Меамуры», 2002), архетипическая магия ночного города в «Вечере» («Точно ртуть алоэ», 2002), тихий надлом «Непокоя» («Слияния и поглощения», 2005) с его глухим стуком «сердечного» ритма. Ожидаемая «таривердиевщина» – как же могло в такой программе обойтись без лагутенковского продолжения романсовых опытов Микаэла Леоновича – «С любимыми не расставайтесь» из фильма «Елки-5»! Конечно, до самого Таривердиева Илье Игоревичу вряд ли дотянуться, да он и не пытался, как не пытался автор культовых киноромансов дотянуться до Баха и Шопена, хотя интонационно давал ясно понять, кто его кумиры. Зато какой контраст со следующей вещью – «Моя певица» (одноименный сингл 2000 года), отчаянный посыл которой и в скромных акустических одеждах дошел до публики, разогрев зал не хуже, чем на классических стадионных радениях. А сумасшедшая фривольность «Фантастики» (альбом «8», 2008), как и приторный яд «Невесты» («Точно ртуть алоэ»), от прозрачности звучания только увеличили свою шокирующую силу.
И вот – главные кульминации программы: «Поспи, рок-н-ролл», «Владивосток 2000» – кстати, тот самый, с которого 20 лет назад начинался русский MTV (и MTV в честь юбилея передавал прямую трансляцию нынешнего концерта). Поет весь зал. А вы говорите – децибелы, электричество…
Что можно петь в таком раже? Конечно, «Владивосток 2000»
На бисы припасли три вещи, первая и третья из которых – опять-таки из нового альбома «Восток Х СевероЗапад»: саркастические «Карты» с грустно-точным наблюдением «В этом тумане надо жить не по солнцу», драйвовые «Дельфины» («Икра», 1997) и «Жимолость». На загадочных словах «Шепчет северо-запад, восток молчит» общение резко оборвалось, артисты попрощались и ушли. Избежав соблазна спеть того же «Отв.за романтику». Проигнорировав 10-минутную овацию фанатов в фирменных лагутенковских тельняшках. Явно имея в запасе сил на пяток, а то и больше хитов.
Что ж, лучше недопеть… Может быть, другим городам повезет больше, чем Москве? Например, Юрмале, куда команда доедет 16 августа. Кстати, гипотеза, откуда латышский акцент в нынешнем проекте «Мумий Тролля». Вся программа прошла в совместном музицировании традиционных лагутенковских инструменталистов, в том числе самого Ильи, бравшегося то за гитару, то за синтезатор – и пианиста латышской группы Instrumenti Яниса Шипкевича. Участие гостя объяснил сам Лагутенко: «Как повстречались на фестивале во Владивостоке, так не можем расстаться». И правда – прозрачно-звончатые джаз-роковые рояльные кружева Яниса, его рафинированный, размноженный синтезатором в хитрую полифонию бэк-вокал замечательно вписались в гитарно-барабанно-клавишную партитуру «Мумий Тролля».
Насколько понимаю, Instrumenti звучали в Крокусе и до концерта – фоном в записи, пока собиралась публика. Я еще обратил внимание на необычную для наших русских долгот и широт европейскую аристократичность вокального и инструментального ансамбля, виртуозно и без малейшего напряжения скрещивающего музейные барочные формы с интонационным миром современного арт-рок-авангарда. Как красиво, чисто, светло! Но даже искушенный, напичканный западными программами смартфон не смог подсказать мне, что это за команда. Видно, не дошла еще слава латышей до Силиконовой долины и прочих мировых диджитал-центров. А может, они к ней и не стремятся? Может быть, у них тоже ностальгия по натуральному аналоговому звуку? По простоте и тишине, как у самого Ильи Лагутенко.
