Не бывает вечных врагов и вечных друзей. И вот еще одно подтверждение этой истины: движение Талибан, которое долгое время считалось источником террористической угрозы для соседей, теперь де-юре легализовано в России. Путь к восстановлению сотрудничества с Афганистаном открыт. Решение Верховного суда России о приостановлении запрета деятельности движения Талибан в РФ вступило в силу, а в реестр ФСБ террористических организаций внесены соответствующие изменения. После ухода США и прихода талибов к власти в Афганистане в 2021 году российский МИД и другие ведомства смогли выстроить с движением довольно тесные контакты, которые обещают перерасти в межгосударственный диалог. Для Москвы это серьезный дипломатический ход, так как гарантировать безопасность своего азиатского подбрюшья и союзников по ОДКБ без Кабула мы не сможем.
Для сравнения: одновременно с нами аналогичные решения принял Брюссель в отношении нового исламистского режима в Сирии. Совет ЕС официально одобрил отмену санкций против Сирии. Из черного списка ЕС исключены 24 компании, включая сирийский Центробанк и операторов в сфере нефтедобычи и переработки хлопка. Глава дипломатии ЕС Кая Каллас лично анонсировала отмену ограничений, введенных против арабской республики 14 лет назад. ЕС вдруг решил помочь сирийскому народу «восстановить новую, инклюзивную и мирную Сирию», в которой к власти пришли группировки, считавшиеся радикальными и террористическими до недавних пор.
Евросоюз идет за сменой курса Вашингтоном после того, как госсекретарь США Марко Рубио приостановил на 180 дней действие пакета санкций, введенного в отношении Сирии в 2019 году. Цель послаблений для не избранного правительства Аль Шараа - реализовать план Трампа по экономической экспансии в эту страну. При этом массовые изнасилования и казни алавитов, погромы в Латакии и разграбление культурного наследия страны джихадистами нисколько не смущают Запад, который десятилетиями ставил светскую власть в Сирии на грань выживания. После ухода Асада банды Джулани подчистую выгребли бесценные артефакты из богатейших музеев Дамаска и Латакии, чтобы переправить их на черный рынок древностей в Турцию. Музей в столице для сокрытия зачистки сожгли дотла. Археологи мира в ужасе, что теперь на раскопки пригнаны бульдозеры, которые выгребают «историческую руду» на экспорт. ЮНЕСКО молчит.
Но вернемся к российско-афганским отношениям. Пока сам акт исключения Талибана из списка террористов не означает признания Кремлем «Исламского эмирата Афганистан», существующего с 2021 года, но так и не признанного ни одной страной мира. Наша дипломатия продолжает требовать от афганских властей уважения прав человека и этнических меньшинств. Это предполагает, как соблюдение исконных прав женщин: на высшее образование, работу в НПО, возможность посещать парки и другие общественные места. Произвольное применение шариата в качестве правовой основы государства также не добавляет стабильности в молодом эмирате и способствует обособлению неподконтрольных Кабулу зон.
Для сплочения жителей Афганистана в единый народ важно расширение состава кабинета министров на представителей других народностей помимо пуштунов. Это также ключевое условие дальнейшего развития диалога со стороны России. Потому торопиться с формальностями признания явно не стоит, путь сближения предстоит долгий. Пока российский МИД ограничился аккредитацией представителя талибов в качестве временного поверенного в делах Афганистана, а теперь его статус может быть поднят до ранга посла, как это было сделано в Китае и ОАЭ.
От России Кабул ждет помощи в инфраструктурных проектах, например, в строительстве Трансафганской железной дороги в Пакистан, инвестиций в добычу ископаемых, энергетику и сельское хозяйство. Талибан хочет увеличить поставки гранатов, изюма и ковров на российский рынок, а товарооборот между Россией и Афганистаном может превысить три миллиарда долларов. Однако главным препятствием для долгосрочных проектов с российским участием остается высокий уровень террористической угрозы, хотя правительство талибов старается. Основная угроза в Центральной Азии, по оценке министра обороны РФ Белоусова, по-прежнему исходит от радикальных группировок в Афганистане численностью свыше 15 тысяч человек.
Историческая память недавнего противоборства с бородатыми и жестокими боевиками довлеет над принятием решений по углублению экономического диалога. Снова зарывать миллиарды в кровавую афганскую землю под гарантии недавних идейных врагов - как наступать на те же грабли. Ощущение, что для них шурави, как недавно американцы, а до того англичане, лишь средство решения сегодняшних трудностей, не проходит. Да и по уровню терпимости к другим культурам и цивилизациям талибы ни на миллиметр не приблизили к общемировым стандартам.
Как радикальное течение расправлялось с объектами мирового наследия – общеизвестно. В 2001 году мулла Омар издал указ об уничтожении двух древних статуй Будды: «Бог един, а эти статуи поставлены для поклонения, что ошибочно. Они должны быть разрушены, чтобы не быть объектом культа ни сейчас, ни в будущем». Международное сообщество попыталось уговорами упредить варварство. Правительство Индии готово было за свой счет демонтировать Будд и вывезти с территории Афганистана. В Кабул прибыли японские парламентарии для переговоров с муллой Омаром, правительство Японии предложило выкупить святыни, но лидер талибов остался глух к мольбам неверных. Чужие идолы должны были показательно сгинуть в Афганистане.
Организация исламских государств обратилась к Омару с просьбой не уничтожать буддистские изваяния. Муфтий Египта, власти Ирана, Пакистана, Арабских эмиратов, которые первыми признали правительство талибов, возражали изо всех сил. А 1 марта 2001 года талибы приступил к минированию и уничтожению изваяний. Полторы недели боевики в чалмах добивали остатки фигур из орудий. 10 марта они отчитались о выполнении фетвы. На месте двух святынь остались лишь закопченные пустые ниши. От большой статуи (55 метров) обломков сохранилось меньше половины, а 37-метрового Будду, говорят специалисты, можно пересобрать из каменного лома, если найти средства. Но Омар не для того их взрывал.
Обломки гигантских скульптур покоятся под навесом из рифленого железа. Талибы при острой нужде в валюте решили превратить место своего преступления в Бамианской долине в достопримечательность. К поруганным нишам устроен платный въезд (58 центов с местного и 3,5 доллара с иностранца), там стоят киоски с сувенирами и мороженым, построен охраняемый отель, огороженный колючей проволокой. По данным талибского турбюро, Бамианскую долину за 2022 год посетило 200 тысяч туристов. Правда, из них иностранцев было не более сотни. Новые власти Афганистана цинично демонстрируют готовность к переговорам по восстановлению шедевров. Но как будут ими освоены вероятно выделенные деньги – неизвестно.
Нашу двойственность в отношении уже легализованных моджахедов хорошо иллюстрирует другой эпизод. Бывший советский дезертир Сергей Красноперов, который 40 лет скрывался в Афганистане, намедни 22 мая вернулся в Россию. Его тут никто не арестовал за измену Родине, в базах РФ по поиску отступников он давно не числится. В Афганистане у 60-летнего предателя родины - шестеро детей от местной жены. Как писал The Times, он там принял ислам, сменил имя на Нурмомад, трудится в конторе по энергоснабжению, владеет кузнечным ремеслом, да и экзамены по русскому языку для ВНЖ сдаст. Но нужен ли стране, страдающей от исламского терроризма, такой «трудовой репатриант»?
Красноперов уверяет, что спустя 40 лет решил вернуться в Россию, потому что заскучал по родным. При этом известно, что талибы аннулировали его паспорт, а заодно и его моджахедскую выслугу лет за борьбу с «советской оккупацией». Вот Нурмомад-Сергей и решил получить паспорт РФ, чтобы перевезти семью и подкормиться на забытой родине, которая сильно изменилась. Однако интерес к его персоне со стороны российских СМИ носит явно патологический характер, так как брать интервью, популяризируя перебежчика, стрелявшего в своих, как минимум аморально.
