Труд: Новая приватизация: когда, кому, почем?

Главная Жизнь Политика 00:25 31 Января 2012 4964

Новая приватизация: когда, кому, почем?

Разгорается борьба вокруг крупнейших российских госкорпораций

Александр Проценко, экономический обозреватель «Труда»

Напечатать

Пока страна обсуждает возможность прогрессивных реформ в России, в коридорах власти разгорается подковерная война за передел самой сладкой госсобственности. Давненько у нас не было столь восторженной атмосферы ожидания перемен. Страна будто проснулась и забурлила. Помогли и грядущие президентские выборы — претенденты стараются как могут. Введение налогов на роскошь и ограничение тарифов на коммуналку обещает эсер Сергей Миронов. Снизить долю государства в экономике, допустить частный капитал к железным и автомобильным дорогам, трубопроводам и аэродромам намерен миллиардер Михаил Прохоров. Национализировать природные ресурсы плюс нефтегазовый комплекс, банковскую сферу, энергетику, авиастроение, железнодорожный транспорт хочет коммунист Геннадий Зюганов. Дать людям бесплатно землю для строительства собственного дома, а государство пусть бесплатно строит инфраструктуру, предлагает демократ Григорий Явлинский… И так далее — почти как 20 лет назад: «Каждой бабе по мужику, каждому мужику по бутылке…»

«Если обещания благ сыплются как из рога изобилия, будь бдителен: не прикарманят ли под этот шумок что-то действительно ценное?» — это слова не кандидата в президенты и вообще не политика, а пенсионера Федора Дубинина, моего соседа по даче. И к ним стоит прислушаться. Потому что именно на нынешний год в России запланирована большая приватизация лучших объектов госсобственности — из тех, что у государства еще остались: «Роснефть», «РусГидро», «Совкомфлот», «Ростелеком», Сбербанк, «Объединенная зерновая компания», «Российские железные дороги»…

Приватизация ожидается не только большая, но и сверхускоренная. Еще год назад в перечни на распродажу включались лишь госпредприятия, «не обеспечивающие выполнение государственных функций РФ», а также «исключенные из перечня стратегических». В списки попадали и небольшие пакеты компаний-лидеров в своих отраслях — но строго по отдельным решениям президента и правительства. «Конкретные сроки и способы приватизации этих компаний будут определяться с учетом конъюнктуры рынка, координации продаж с процессами приватизации акций компаний соответствующих отраслей, а также рекомендаций ведущих инвестиционных консультантов», — говорилось в соответствующих документах.

«Не корысти ради…»

Теперь все переменилось. Целью масштабной продажи госимущества объявлено «сокращение присутствия государства в экономике ради структурных изменений и ухода от сырьевой модели». А также «необходимость пополнить бюджет» — но это во вторую очередь. Контрольные цифры увеличены вдвое. У новой приватизации появились высокопоставленные лоббисты во главе с помощником президента РФ по экономике Аркадием Дворковичем, который заявил о приватизации крупных компаний «более ускоренными темпами» и о том, что нужно предлагать «больше акций, чем запланировано».

Подключается и тяжелая артиллерия в лице первого вице-премьера правительства Игоря Шувалова — он теперь тоже за «серьезную приватизацию». Предается анафеме вице-премьер Игорь Сечин, предлагающий отложить продажу госпакетов в изрядно подешевевших публичных компаниях — пока цены не повысятся хотя бы до уровней первичного размещения акций. Дворкович против: «Приватизация будет осуществляться на основе анализа всех факторов, а не только текущей капитализации». При этом ждать максимально благоприятной конъюнктуры власти не будут!

Но ее и не будет, благоприятной конъюнктуры. Ибо ни в нынешнем, ни в следующем годах Всемирный банк и другие авторитетные эксперты не ждут ничего хорошего для мировой экономики. Напротив, она «находится у опасной черты сползания в новый полномасштабный кризис», который «может быть длиннее предыдущего».

Российские эксперты с такими прогнозами согласны. Четыре года назад в аналогичной ситуации мировые рынки падали на 20–30%, а российский только за август—октябрь упал наполовину, к декабрю — еще на четверть. Ныне ситуация может повториться.

Тем не менее в новом списке, составленном Шуваловым для президента Дмитрия Медведева, предложено полностью продать госпакеты акций ВТБ (сейчас у государства 75,5%), «Роснефти» (75,16%), «Интер РАО» (14,79%), «РусГидро» (около 60%), «Алросы» (50,93% — у РФ, 32% — у Якутии). Правда, срок полной продажи установлен до 2017 года. Но первый вице-премьер заявил, что «наращивать доходы от приватизации можно с 2012 года».

Возникает естественный вопрос: кто же в состоянии купить этакую прорву активов хотя бы по нынешним, не самым высоким ценам? Одна лишь «Роснефть» пока еще оценивается рынком примерно в 1 млрд долларов за каждый процент, «РусГидро» — в 10 млрд долларов за госпакет, банк ВТБ — в 25–30 млрд долларов… И так далее.

Учтем, что одновременно с перечисленными китами российской экономики на продажу планируется выставить еще 114 федеральных государственных унитарных предприятий и принадлежащие государству акции 809 акционерных обществ, включая крупные пакеты «Апатита», авиакомпании «Сибирь», Архангельского тралового флота, Ульяновского автомобильного завода, Мурманского морского рыбного порта, Восточного порта.

Кто оседлает вторую волну приватизации?

И это в условиях, когда найти относительно свободные деньги для серьезных покупок становится очень непросто. В кризисной ситуации международные инвесторы предпочитают не вкладываться в развивающиеся страны (какой считается Россия), а, наоборот, выводить оттуда капиталы. Ибо кто знает, чего ждать от «этих русских», когда и если мировые цены на нефть — нашу палочку-выручалочку — упадут аж на 20% (оценка Всемирного банка). Российский Центробанк еще в прошлом году зафиксировал прискорбную тенденцию — деньги побежали из страны. К нынешнему январю отечественная экономика потеряла не менее 84 млрд долларов, и этот процесс пока не остановлен.

Начинать в этих условиях массовую приватизацию — значит, соглашаться на очень дешевую распродажу все еще о-о-очень яйценосных курочек.

О своих аппетитах на лучшие российские активы уже заявил Китайский суверенный фонд China Investment Corp (CIC), специально созданный в 2007 году на золотовалютные резервы Китая — крупнейшие в мире. И уже сегодня под его управлением находится имущество на 300 млрд долларов, купленное за пределами Поднебесной. В прошлом году, например, CIC купил акции крупных японских корпораций, в том числе Toyota, Kirin и Shiseido.

А в резервах у Пекина имеется еще более 2,5 трлн долларов — хватит на всю нашу приватизацию, и немало останется. Продадим великому соседу?

Конечно, на часть активов найдутся и свои, отечественные покупатели — тем более если цены действительно серьезно упадут. В прессе уже появлялись сообщения, что, например, на пакет «Ростелекома» может претендовать мультимиллиардер (19-е место в русском списке Forbes) Сулейман Керимов. Сегодня в его владении имеются акции «Газпрома» и Мосстройбанка, «Уралкалия» и компании «Полиметалл» (добыча серебра и золота), кабельного оператора «Национальные коммуникации» и МГТС. Но он не является и не хочет быть ни газовым, ни золотым или серебряным, ни строительным или калийным бароном или королем. Керимов — финансовый инвестор: покупает дешево, чтобы потом перепродать дороже.

Это вполне нормальная и даже нужная профессия в условиях рыночной экономики: с приходом такого инвестора на предприятии быстро и жестко наводится порядок. Цель одна: увеличить доходы и снизить расходы. Обычно это достигается не только повышением интенсивности и качества труда, но также серьезным сокращением штатов. А если это медвежий угол, предприятие — градообразующее и другой работы не найти? Что делать уволенному — лапу сосать? А в «Роснефти» или РЖД таких предприятий большинство, и при большом желании на многих из них можно найти немало «лишних» рабочих рук. Но глава государственной компании может объяснить своему собственнику чисто социальную причину некоторой «раздутости» штатов. И получить индульгенцию, хотя бы временную. А у частника на сей счет разговор короткий…

Нам это сегодня надо? Почему мы так торопимся все поделить? Однажды уже поспешили — и устроили всероссийскую «прихватизацию», от которой до сих пор не могут отмыться ни чиновники, ни бизнесмены. На долгие десятилетия в стране подорвано доверие и к тем и к другим.

Хотя, если верить правителям тех лет, намерения были самыми чистыми — лишить коммунистический режим экономической опоры и побыстрее перейти к демократии. То есть хотели как лучше…

Сегодня правители поменялись, а аргументация нет — нам опять сулят сплошные пироги и пышки. Правда, из другого теста. Во-первых, в частных руках предприятия будут лучше работать. Во-вторых, на них и вокруг станут меньше воровать. Повысится инвестиционная привлекательность экономики. Технологии времен царя Гороха сменятся инновационными. И так далее — мол, Европа нам примером будет. «Приватизация является одним из ключевых слов в нашей экономической политике, — говорит тот же Аркадий Дворкович. — При нынешней доле участия государства в экономике трудно поверить, что чиновники станут улучшать условия для частного бизнеса».

И ведь действительно, государства в российском народном хозяйстве чересчур много. Оно держит в своих руках 3,517 тысячи федеральных государственных унитарных предприятий и пакеты акций 2,95 тысячи акционерных обществ — это более половины российской экономики. А нормальным уровнем госучастия считается не более 30–35%.

Результат: в рейтинге самых конкурентоспособных экономик мира Россия ныне занимает 63-е место — последнее среди развивающихся стран. Разработкой и внедрением технологических инноваций занимаются лишь 9,4% предприятий российской промышленности, а в Германии — 71,8%, в Бельгии — 53,6%, в Эстонии — 52,8%, в Финляндии — 52,5%, в Швеции — 49,6%. Российская статистика по созданию новых предприятий не менее позорна — 2% в год. По показателю «Способность компаний к заимствованию и адаптации технологий» мы на 41-м месте — уровень Коста-Рики. И так далее, и тому подобное.

Правда, уже разработаны программы кардинальных реформ, и там у нас неплохие перспективы. «Россия может претендовать на лидирующие позиции в производстве авиакосмической техники, композитных материалов, разработке и применении нанотехнологий, биомедицинских технологий жизнеобеспечения и защиты человека и животных, программного обеспечения, а также в атомной и водородной энергетике…» — говорится в одной из них, наиболее проработанной и реалистичной. Заметьте: практически все перечисленные отрасли у нас так или иначе управляются и контролируются государством.

Но именно здесь никакой приватизацией даже не пахнет. Почему? Нет никакого прогресса также в развитии малого и среднего бизнеса. Во всем мире именно он является основой и локомотивом развития, а в России занимает ничтожную долю в 10–15% отечественной экономики. О его инновационной ориентации и речи нет — даже в Москве высокими технологиями занимаются менее 2% малых предприятий столицы. Почему?

Зачем кролики, если можно зарезать корову

Не потому ли, что всеми этими направлениями нужно упорно и кропотливо заниматься и скорых побед на этом пути не будет. Особенно макроэкономических. Зато если по-быстрому приватизировать, например, «Российские железные дороги» — успех налицо: доля госучастия в экономике сразу сократится на несколько процентов. Приватизировать еще и «Роснефть» — вторая макроэкономическая победа…

Помнится, в старом фильме «Начальник Чукотки» краснокосыночная комсомолка с энтузиазмом провозглашала: «Помните, товарищи,423 кролика — это в целом корова!» Она призывала повсеместно разводить маленьких зверьков, чтобы быстрее накормить страну — корова-то еще когда вырастет! Нынешние наши приватизаторы, похоже, предпочитают действовать наоборот: чтобы отчитаться за 423 кролика, готовы зарезать любую корову.

А если говорить серьезно, признаем: так бывает, если за трудную задачу реформирования реальной экономики берутся молодые ученые-теоретики без практики, но с большими амбициями — как это случилось с помощником президента РФ по экономике Аркадием Дворковичем. У него, правда, есть «домашний консультант» — супруга Зумруд Рустамова, владелица частного предприятия «Зумруд», но успевшая потрудиться заместителем министра имущественных отношений РФ (вместе с министром Игорем Шуваловым — ныне первым вице-премьером), вице-президентом Сибирской угольной энергетической компании, заместителем гендиректора горнорудной компании «Полиметалл», членом правления Российского банка развития, а также членом совета директоров Магнитогорского металлургического комбината, Международного аэропорта «Шереметьево», Ханты-Мансийского банка, компании «Полюс Золото», группы компаний ПИК… Самый главный факт ее биографии отмечен в интернет-досье короткой строчкой: «В течение многих лет работа Зумруд Рустамовой тесно связана с бизнесом, принадлежащим Сулейману Керимову…» Не оттуда ли у помощника президента столь неуемная любовь к переделам собственности?

У нынешней приватизации есть еще один высокопоставленный сторонник — первый вице-премьер Игорь Шувалов, куратор всего экономического блока правительства страны. Но экономист ли он сам? Кандидат в президенты России мультимиллиардер Михаил Прохоров, финансист по образованию и роду деятельности, высоко отзывается о деловых способностях Шувалова. Но… как начальника аппарата. А в качестве человека, отвечающего за экономику, «я бы его не видел», говорит Прохоров. И действительно, юрист по образованию и даже кандидат юридических наук, Игорь Шувалов никогда не занимался экономикой, но всегда — юриспруденцией. У него, правда, есть четырехлетний (1993–1997) стаж работы в бизнесе: был директором адвокатского бюро «АЛМ» (Александр Леонидович Мамут).

Кстати, хозяин этого бюро Мамут положил начало своему огромному состоянию (2,3 млрд долларов по списку Forbes) именно в тот период чубайсовской приватизации. Шувалов тоже ушел из бизнеса (в Госкомимущество) не с пустыми руками. Сегодня его активы, вложенные в семейный фонд еще в 1997 году, приносят хорошие дивиденды: в 2008 году — 364 млн рублей, в 2009-м — 642 млн рублей.

А недавно в прессе появились публикации о совместном бизнесе Шувалова с известным российским финансовым инвестором и мультимиллиардером (17,7 млрд долларов по списку Forbes) Алишером Усмановым. Как выяснило американское издание Barron’s Online, в 2004 году принадлежащая Шувалову офшорная компания одолжила компании, принадлежащей Усманову, 49,5 млн долларов. А через три года получила назад уже 119 млн долларов. Этот факт показывает, что и с юридическим образованием можно зарабатывать очень хорошие деньги.

Кстати, имя Алишера Усманова сегодня тоже называют среди возможных участников нынешней — второй волны приватизации. Но пока неизвестно, какая именно «корова» будет зарезана специально для него.

…А в Китае, который уже давно служит нам и живым примером, и горьким укором, реформирование экономики начинали совершенно иначе — методом «строительства рядом». Не трогая прибыльные госпредприятия, исправно пополняющие бюджет страны, интенсивно занимались параллельным возведением новой, современной экономики. И лишь потом поштучно и очень осторожно начинали разгосударствление наследства, оставшегося от прежних времен.

Результат налицо!

Так говорил Медведев

«Перечень стратегических предприятий сокращен в пять раз. За три ближайших года будут приватизированы пакеты акций ведущих компаний банковского, инфраструктурного и энергетического секторов на общую сумму в несколько десятков миллиардов долларов».

(Из выступления Д. Медведева на экономическом форуме в Давосе, 26.01.2011)

Так говорит Путин

«Выше я уже говорил о наших планах приватизации ряда ключевых активов. Хочу при этом отметить, что приватизация носит не фискальный, а структурный характер. То есть мы продаем не только для того, чтобы получить дополнительные деньги в бюджет, а в первую очередь для того, чтобы повысить уровень конкуренции в экономике, расчистить поле для частной инициативы. Но продавать по дешевке, игнорируя конъюнктуру рынка, просто глупо. Ни один хозяин так не поступит».

(Из статьи «О наших экономических задачах», «Ведомости, 30.01.2012)

Напечатать

Жизнь 00:02 / 27 Марта 2026 10986

Весна, пора жить ярче

Московская неделя моды: от ИИ-примерочной до «пальцев Фредди Крюгера»

Евгения Заболотских

Труд

В российской столице завершилась VI Московская неделя моды. Пять дней посетители в Манеже восторгались, дивились и недоумевали по поводу капризов изменчивой модной погоды, которая норовит скатиться то к ветхозаветным...