На телеканалах программы прерываются роликами, где первые лица важных структур — МВД, Генеральной прокуратуры, Следственного комитета, «Госуслуг» и прочих — предупреждают об угрозе телефонного мошенничества. Пожалуй, на текущий момент это наиболее эффективный способ борьбы с самым распространенным видом преступности. Но есть вопросы...
Сначала о плюсах. Известно, что наиболее уязвимой категорией населения являются пожилые люди, зачастую излишне доверчивые, не обладающие нужными знаниями и потому легко верящие в спектакли, разыгрываемые в их трубках изобретательными негодяями. Они же — верные зрители «России» и других крупных вещателей. То есть попадание роликов в целевую аудиторию налицо. Хорошо, что показываются они вне больших рекламных блоков. Если даже пенсионеры и не отвлекаются на время их трансляции на домашние дела, то все равно в море бургеров и сценок семейного счастья при поедании индейки нужная информация проскочила бы мимо. Правильно, что перед камерой выступают официальные лица в форме или строгих костюмах, что фоном служат не величественные фасады зданий или офисные пространства, а неброская стена с логотипом ведомства. Нет ничего отвлекающего внимание от сути. И главное: предупреждения спикеров конкретны и лаконичны. Так, представитель «Госуслуг» сообщает, что его ведомство никогда никому не звонит с предложениями. А генерал-майор Ирина Волк из МВД чеканит: если сотрудник полиции просит вас продиктовать номер из СМС, вешайте трубку, это жулик. И все. Четко в цель.
Словом, появилась надежда, что люди преклонного возраста станут бдительнее. Но почему ТВ не додумалось до такого формата раньше? Ведь у него огромная аудитория, а также инструменты влияния на нее.
Разумеется, о телефонном мошенничестве по «ящику» начали говорить довольно давно. Первый сюжет появился больше 20 лет назад в криминальном обзоре. Но тогда были единичные случаи, да и подвизались на этой ниве «любители». А вот момент, когда они, случаи эти, превратились в масштабный преступный бизнес, телевизионщики прозевали. Конечно, они иногда рассказывали об очередных инцидентах, но ненавязчиво давали понять, что обманутые граждане сами виноваты. Да и вообще вплоть до начала 20-х внушали: происходящее — дело полиции, а не финансовых или каких-то иных учреждений. И уж тем более нет необходимости частную проблему выносить на государственный уровень.
Сначала говорили, что звонят в основном сидельцы из «мест не столь отдаленных». Потом, на фоне испортившихся отношений с Украиной, пытались все валить на хохлов. Мол, это исключительно они названивают. А враг он и есть враг, что тут поделаешь? И лишь когда счет украденным деньгам пошел на миллиарды и во время «Прямой линии» в 2021-м о проблеме заговорил Путин, эфирная политика изменилась. Появилось немалое число программ с соответствующей тематикой. На «Пятнице!» даже начал выходить цикл «Обманутые», где рассказывались реальные истории и давались советы. Вот только канал этот не рассчитан на возрастную аудиторию. И время показа не самое рейтинговое: по понедельникам в 23.15. Тут бы эротику какую посмотреть, а не что-то тревожное.
Даже сериал «Мамонты» (на фото) на злободневную тему сняли. Комедийный. Там пенсионер в исполнении Юрия Стоянова тоже попадает в разряд жертв. Обращение в правоохранительные органы не дает никаких результатов, и тогда герой решает разобраться во всем сам. Он с головой погружается в мир киберпреступности: осваивает даркнет, учится пробивать телефонные биллинги, скачивает базы данных и подделывает документы... У проекта был хороший рейтинг, но вряд ли он сильно помог в решении проблемы.
А что же социальные ролики, коль скоро мы определили их как действенные? Были и они. Но авторы старались придать им некую художественность, чтобы смотреть было интересно. То обычный мужик за рулем жигуленка при звонке с неизвестного номера вдруг превращался в Штирлица и, раскусив злоумышленника, вешал трубку. То темнокожие наследники миллиардера из экзотической страны вдруг обнаруживают в завещании некого Анатолия из Балашихи. Один из родственников звонит в далекую Россию и на чистейшем русском сообщает счастливчику о свалившемся на него богатстве. А дальше появляется сотрудник прокуратуры Московской области: «Не правда ли, все это неправдоподобно? Вот и вы не верьте:» И так далее. Забавно, но не более того.
Любой юмор, любая игра в социальной рекламе допустимы. Вспомним легендарный «Русский проект», который появился на ОРТ 30 лет назад. А еще за два года до этого канал призывал позвонить родителям и проверить, дома ли дети. Но одно дело, если такие ролики призваны настраивать зрителя на позитив или побуждать его к проявлению человеческих чувств, и другое — когда они должны предупредить о реальной опасности.
И еще. Почему на госканалах вообще так мало социальной рекламы? Ответ вроде бы лежит на поверхности. Минута эфирного времени стоит больших денег. Но если на продвижение в массы безалкогольного пива производители денег не жалеют, то кто будет платить за призывы к доброму-вечному? Государство? Ну, это маловероятно. А вот заставить оно может. В Госдуме даже законопроект появлялся, согласно которому соответствующие ролики должны составлять пятую часть от общего объема рекламы. И показывать их следует в прайм-тайм, а не глубокой ночью. Много правильных слов было сказано и в координационном совете по социальной рекламе и социальным коммуникациям при Общественной палате РФ (да-да, есть и такой). Но, кажется, дело с мертвой точки так и не сдвинулось.
