Напомним, что ввиду отсутствия заметных премьер в прошлом номере «Труд» не разбирал новинки эфира. Мы попытались ответить на глобальный вопрос: почему у нас снимают такое количество, мягко говоря, посредственных сериалов и из-за чего многие из них похожи друг на друга? Большинству зрителей абсолютно все равно, кто виноват. И уж тем более не им ломать голову над тем, что делать. Но, возможно, знай рядовой потребитель контента, как устроена телевизионная кухня, он относился бы к увиденному снисходительно.
На «России 1» вторую неделю идет сериал «Рая знает все». Он и дальше будет идти, потому что очень длинный. Это комедийная мелодрама с элементами детектива. Главная героиня, чье имя вынесено в название, действительно осведомленная особа. Она работает парикмахершей и, будучи дамой чрезвычайно общительной, благодаря клиентам, всегда в курсе событий, происходящих в отдельно взятом микрорайоне. Раиса живет в комнате ведомственной квартиры, доставшейся ей в наследство от отца, участкового милиционера. По соседству в коммуналке поселяется новый участковый, голубоглазый майор Костюков.
Сюжет складывается из трех составляющих: Рая пытается устроить свою личную жизнь, Рая активно влияет на жизнь подружек, Рая помогает симпатяге-соседу расследовать преступления. Последнее у нее получается значительно лучше, чем первое. На основе перечисленного складывается непритязательный, но довольно милый продукт, который по итогам прошлой недели в топ-10 по Москве оказался на девятом месте.
Среди негативных отзывов зрителей на «Раю» чаще всего встречаются два, и оба справедливые. Первый: зачем надо было делать 50 серий, когда фантазия авторов исчерпалась уже на первой дюжине? Второй: кто вообще весь этот бред сочинил? Ответим так: сие есть плод коллективного творчества, ибо в выходных данных сериала значатся имена 10 (!) сценаристов. Вероятно, в обывательском сознании процесс их работы представляется следующим образом. Сидят в прокуренной комнате десять творческих людей, хлещут кофе и, перебивая друг друга, восклицают: «А пусть Рая влюбится в такого-то!», «Давайте подбросим Рае младенца под дверь!», «Может, Костюкова с проституткой свести?» В сериальном производстве, конечно, порой и так бывает. Но чаще — совсем по-другому.
В профессиональной среде сериалы, подобные «Рае», называют горизонтально-вертикальными. Горизонт подразумевает сюжетные линии, развивающиеся на протяжении всего проекта. Как правило, это — личная жизнь и взаимоотношения главных героев. Вертикаль — события отдельно взятой серии. Они чаще всего связаны с профессиями персонажей. Если те полицейские — начинают расследовать новое дело. Если врачи — берутся за исцеление очередного пациента. Таких сериалов тьма. И вот как выглядит работа над ними на практике.
Предположим, что от некого Иванова в кинокомпанию приходит сценарная заявка на восьмисерийный проект, плод многих бессонных ночей сочинителя. В ней — драматическая история про то, как медсестра из приморского городка помогает своему соседу, частному сыщику, расследовать убийства. Редактор читает ее и говорит автору: это сто раз было. Давайте сделаем из этого комедию. Автор соглашается: куда ж деваться-то, дома дети голодные плачут... Прочитав новый вариант, ведущий редактор относит заявку главному редактору, тот вносит свои правки и отдает ее продюсеру, затем гендиректору, который, в свою очередь, требует еще кое-какие изменения. Но главное — перенести действие с морского побережья в глубинку. На экспедицию к морю денег нет, а окраину Воронежа можно снять где угодно. После заявку отправляют на утверждение каналу, где предполагается показ. Там ее тоже изрядно корректируют.
Потом в кинокомпании решают сделать не восемь серий, а в десять раз больше. Но Иванов восемьдесят отдельных историй (вертикалей) не придумает. Так что пусть он пишет про любовь медсестры и сыщика, а детективные сюжеты для каждой серии поручим Галкину, Малкину и Палкину. Те сочиняют с учетом ивановской горизонтали. Большую часть продюсеры отвергают, но пяток соавторов у Иванова появляется.
Потом выясняется, что им плохо даются диалоги. На этот случай существуют диалогисты: Чалкину, Залкинд и т. д. Они вставляют в вертикальные кейсы реплики героев, разумеется, с учетом развития их отношений (горизонтали). И в титрах фильма в разделе «Сценарий» появляется еще пара фамилий.
Забудем творческие амбиции Иванова. Но надо понимать, если в бюджете для автора сценария изначально был заложен гонорар по 300 тысяч рублей за серию, то по мере роста числа соавторов увеличен он не будет. Поэтому, получив деньги за работу, Иванов прослезится и подумает: «Зачем париться за эти гроши?!»
Можно ли ожидать от этого коллективного труда высокого художественного результата? Да, если на каждом этапе заняты профессионалы высокого уровня. Или если талантливый режиссер сумеет все соединить в одно целое. Но такое положение вещей чаще всего — недостижимый идеал. На все сериалы столько талантливых и, главное, чутких к таланту соавторов людей не найти. Зато разновкусия и амбиций — сколько угодно.
