Труд: Эта рука… кого надо рука!

Главная Жизнь Политика 04:11 03 Февраля 2012 4779

Эта рука… кого надо рука!

Интересный вопрос: по какому принципу в Кремле отбирают представителей в советы директоров государственных компаний?

Александр Проценко, экономический обозреватель «Труда»

Напечатать

Даже очень рутинное дело можно довести до абсурда, было бы желание. 1 февраля Минэкономразвития должно было назвать кандидатов государства в советы директоров госкомпаний — для голосования на предстоящих собраниях акционеров. Сама процедура выдвижения — дело достаточно ответственное, ибо основными функциями совета директоров традиционно считаются стратегическое управление и контроль над менеджментом. Но делается это не в первый раз, порядок отработан.

Вот и теперь, как сообщил директор департамента имущественных отношений Минэкономики Алексей Уваров, «ведомство представило свои предложения в правительство, которое, в свою очередь, переслало их в администрацию президента». И…

И там вдруг принялись вносить коррективы в списки — менять «белодомовских» претендентов на «кремлевских». Казалось бы, «не царское дело», ибо за работу госкомпаний и вообще за оперативное управление экономикой в России отвечает правительство. Но…

Нужны профессионалы

Цель корректив представлена как забота администрации о том, чтобы советы директоров были «профессиональными, беспристрастными, некоррумпированными и имеющими авторитет на рынке». Кто же против? В объяснениях, однако, прозвучало еще два пункта. Один — нормальный и естественный, если им не злоупотреблять: «у нас есть президентский кадровый резерв». Но второй скорее противоестественный: «есть партийный кадровый резерв» — что, согласитесь, напоминает времена приснопамятной КПСС.

В правительстве, однако, отметили другое: у новых кандидатов, как правило, отсутствует опыт работы в отрасли. Хотя еще минувшим летом президент Дмитрий Медведев собирал у себя представителей государства в советах директоров компаний с госучастием, чтобы обсудить проблемы их ответственности за результаты работы компаний. И один из участников совещания — председатель правления ЮниКредит Банка Михаил Алексеев — предложил не уменьшать, а увеличивать в советах директоров число специалистов, которые знают отрасль. Президент поддержал.

Но в его администрации, видимо, считают иначе. И потому в совете директоров «Зарубежнефти» предлагают заменить вице-президента «Роснефти» Ларису Каланду на ученого-биохимика и депутата Госдумы Евгения Туголукова. А в совет директоров «Транснефти» рекомендуют ввести полковника госбезопасности и экс-депутата Госдумы Михаила Гришанкова. И так далее.

Впрочем, вопрос даже не в конкретных именах, а в системе их появления или отсутствия в тех или иных списках, в непрозрачности самой процедуры отбора кандидатов. Ведь многие из нынешних людей уже работают в советах директоров госкомпаний не по одному году. По мнению замдиректора Межведомственного аналитического центра Юрия Симачева, в случае замены необходимо проанализировать их деятельность — чтобы мотивы государства «были понятны хотя бы отчасти».

Но все делается скрытно и келейно, зачастую без всяких предварительных консультаций с топ-менеджментом компаний, куда предполагается направить госпредставителей. А бывшего президента МТС, ныне управляющего партнера EuroAtlantic Investments Василия Сидорова президентская администрация предложила в совет директоров холдинга «Связьинвест», даже не спросив его собственного согласия, — кандидат узнал об этом из газетной заметки.

Княжеское ли это дело?

Но Сидоров — это далеко не худший пример, если не лучший. В отличие от многих других кремлевских выдвиженцев, он обладает знаниями и опытом, а также независимым характером.

Чего не скажешь о нынешнем председателе совета директоров «Связьинвеста» князе Александре Трубецком, потомке русских эмигрантов первой волны, проживающем во Франции. До назначения на эту ответственнейшую должность минувшей осенью князь не имел никакого отношения к телекоммуникационной сфере: служил во французской армии, работал в судостроительных и автомобильных компаниях, поставлял оборудование для нефтяных месторождений Северного Ирака. И лишь после поступления в компанию Thomson-CSF «столкнулся с аспектами связи» (выражение самого Трубецкого). Ибо Thomson-CSF поставляла компьютерные системы связи для Российской академии наук, агентства ТАСС, Морфлота и «Газпрома».

Этого оказалось достаточно, чтобы возглавить совет директоров крупнейшего телекоммуникационного холдинга страны — «Связьинвеста», находящегося в стадии реорганизации (!). Неудивительно, что, получив должность, князь добродушно заявил, что отныне станет «очень близко интересоваться тем, что будет со „Связьинвестом“ и российской связью вообще».

Во Франции такого «специалиста» вряд ли бы назначили директором телефонной станции. Но в России запросто доверили совет директоров компании-гиганта. И даже пошли на нарушение закона, согласно которому в совет директоров «Связьинвеста» может войти только гражданин России. Впрочем, на прошлой неделе вышел указ о предоставлении князю российского гражданства.

Это очень напоминает историю заезжего француза Дефоржа, описанного в пушкинской повести «Дубровский». Он намеревался устроиться в России поваром, но быстро понял, что «учителем здесь быть не в пример выгоднее».

Кстати, в аналогичный совет директоров еще одной крупнейшей российской компании, «Транснефть», Кремль ныне выдвинул еще одного «непрофильного» француза — управляющего партнера банковской группы Lazard Жан-Пьера Тома. Он должен будет заменить там вице-президента РАН, председателя совета директоров «Роснефти» Александра Некипелова. Но здесь можно хотя бы сослаться на «международные договоренности»: Жан-Пьер Тома является спецпредставителем президента Франции Николя Саркози по развитию франко-российских отношений. За что его ввели также в совет директоров ОАО «Курорты Северного Кавказа», ибо французская сторона пообещала вложить в туристический кластер порядка 15 млрд евро.

Зато очень было бы любопытно узнать, кем и зачем предлагается вывести из совета директоров компании «Роснефтегаз» несомненного знатока отрасли — главу «Транснефти» Николая Токарева, заменив его председателем правления страховой компании «Согаз» Сергеем Ивановым — родным сыном нынешнего главы кремлевской администрации Сергея Иванова.

Как сообщает деловая пресса, источник в окружении Сергея Иванова-старшего заявил, что нынешний глава администрации президента не принимал участия в непосредственном отборе кандидатур, а лишь завизировал документ с предложениями, подготовленными Аркадием Дворковичем. «С большинством предложенных кандидатов Аркадия Владимировича связывают хорошие личные отношения», — отметил неназванный чиновник администрации.

Эта фраза навевает воспоминания о том, как минувшим летом кремлевские чиновники усиленно проталкивали на пост председателя совета директоров аэропорта Шереметьево бывшего заместителя главы Росимущества Юрия Медведева — коллегу Зумруд Рустамовой, супруги помощника президента Аркадия Дворковича. Выбор кандидатуры Медведева объясняли тем, что «он является опытным управленцем с очень хорошей репутацией».

Тем временем пресса горячо обсуждала историю о том, как, будучи замруководителя Росимущества, Юрий Медведев в интересах третьего лица более года пытался отобрать здание у ОАО «Институт микроэкономики» — собственность института. Для чего пошел даже на фальсификацию поручений руководителей администрации президента и аппарата правительства России…

Для кого стараемся

Но оставим на время некрасивые истории. Задумаемся о более важном. Ни для кого сегодня не секрет, что нынешний премьер и наиболее вероятный победитель грядущих президентских выборов Владимир Путин в самом ближайшем будущем намерен при осуществлении планов модернизации экономики опираться прежде всего на госкомпании. Совсем недавно на заседании правительственной комиссии по инновациям он предложил расширить участие госсектора в инновационном развитии РФ за счет увеличения на 13 позиций перечня госкомпаний, которым поручено подготовить инновационные программы на базе концепции «высокотехнологичных кластеров» и «технологических платформ». Уже в 2012 году вложения компаний с госучастием в инновационные программы должны вырасти до 950 млрд рублей, а к 2013-му — до 1,5 трлн рублей. Как пояснил премьер-министр, госсектор должен сыграть важнейшую роль в инновационных процессах: не подменяя собой частный бизнес, «выступить катализатором инноваций».

Для реализации этих задач госкомпаниям потребуется сильное и умелое и очень ответственное руководство. О чем, кстати, уже говорил и Дмитрий Медведев, предложивший сформировать в России «практику судебных исков в отношении членов советов директоров компаний, неэффективно выполняющих свои обязанности».

«Будет происходить воспитание членов советов директоров, которые должны понимать, что они не просто место занимают, копейки какие-то получают, но они за это еще и ответственность несут», — сказал глава государства.

Вряд ли можно будет вообще говорить о какой-либо ответственности этих «государевых людей», если их назначение в ту или иную отрасль будет происходить лишь по признаку «свой-чужой».

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 9822

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...