В отличие от голомордых, антительницы и домосеки могут спать спокойно. Уханькаться вжоперти им не грозит. Не дожидаясь беззумия, они вакхинировались в числе первых в стране и спокойно отправились на диванстрацию. Вы все поняли или нужен «собяусвайс» — то бишь цифровой пропуск, введенный в Москве в период строгой самоизоляции и, можно сказать, увековечивший столичного мэра?
На всякий случай для непонятливых переведем ключевые слова, чтобы не вышло, как с карантин-каре (стрижка дистанционно) или, того хуже, с твиндемией (коктейль из ковида и гриппа), заглянув для верности в «Словарь русского языка коронавирусной эпохи». Итак, «голомордые» — это те, кто, вопреки всем увещеваниям, отказывается носить мас-ки в период пандемии. Полная им противоположность — люди, имеющие антитела и соблюдающие режим самоизоляции, потому им можно не бояться заразиться («уханькаться»), даже если засидятся в популярном ныне «Зуме» (Zoom), спокойно могут продолжать демонстрацию фотографий с шутливыми лозунгами в онлайн-формате («диванстрацию»). Ну а «вакх-цинация» — от имени Вакха, бога плодородия и виноделия, — уверена, в переводе не нуждается. С ее помощью с давних пор лечится на Руси народ от всего подряд — от недугов физических и душевных...
Составлен словарь специалистами Института лингвистических исследований Российской академии наук (ИЛИ РАН). В рекордно короткий срок книга стала библиографической редкостью. Это фактически первый труд, в котором собраны все неологизмы, возникшие в период пандемии COVID-19. В словаре 3,5 тысячи слов (и это только цензурных!), а также новомодных оригинальных пословиц и поговорок. Их сбор и изучение начались весной прошлого года — сразу же, как вирусная зараза добралась до России и наш язык стремительно стал пополняться прежде неслыханными изречениями, а уже существующие слова и выражения начали обретать новый смысл.
— Сложилась уникальная ситуация, — делится с корреспондентом «Труда» Марина ПРИЕМЫШЕВА, доктор наук, ответственный редактор словаря, заместитель директора ИЛИ по научной работе. — Обычно новых слов набирается в год порядка 300-500, редко больше. А тут все развивалось стремительно. Еще в марте 2020-го, до объявления строгой самоизоляции и карантина, слов с упоминанием ковида было только пять. А через месяц — уже 5 млн! Настоящая словесная вакханалия. Не все прижились, иные быстро забывались и исчезали из языка, им на смену приходили новые. Факт остается фактом: к концу прошлого года новояз исчислялся тысячами. Буквально что ни день, то целый «пакет». И сколько смыслов в каждом! Для обозначения одного только ковида зафиксировано 40 наименований. Среди суперпопулярных слов также производные от «маски», ставшей синонимом разногласий в нашем обществе, вызванных строгими ограничениями.
— Такая масштабность народного творчества и вдохновила нас на издание словаря, — говорит Приемышева. — Всего в него вошло 2914 существительных, 383 прилагательных, 81 глагол и 15 наречий.
Материал для словаря ученые собирали в личных беседах, в общественных местах, с помощью мониторинга прессы, интернета, стенограмм радио- и телеканалов. Плюс собственная база данных, созданная в 1965 году, тогда рукописная, а ныне оцифрованная. В ней 120 тысяч единиц слов — как в «Большом академическом словаре»!
Практически весь словарный новояз ковидной эпохи — товар штучный. Ничего подобного нет еще ни в одной стране мира. Отстает даже всезнающая, как считается, «Википедия». В чем ваш корреспондент убедилась, заглянув в нее на досуге. Набрала в поисковике популярное ныне слово «маскозакидательство». И что же? Нет его в «Википедии». Выдает только традиционное «шапкозакидательство». А у Марины Приемышевой и ее коллег просто раздолье. Вот вам для сравнения: «маскомет», «замасочники», «масколюбы», «маскобесие», «медимаски-шоу»...
Специальный раздел в новом словаре — пословицы и поговорки. Многие из них мы вроде бы знаем с детских лет, но стоит в них вдохнуть ковидную современность, как они зазвучат удивительно точно и актуально. Ну любит наш народ переиначить хорошо забытое старое на новый лад и, конечно, не мог в период пандемии не воспользоваться такой возможностью. Вот примеры, которых пруд пруди: «Корона — что дышло: куда чихнешь, туда и вышла», «По маске встречают, по температуре провожают», «Одна голова — хорошо, а две — не менее полутора метров друг от друга», «С кем поведешься, от того и ковиднешься».
Ну разве не классно — точно, остроумно. А главное, никакой паники перед чумой ХХI века, все нам шуточки-прибауточки. Хотя, похоже, эти слова и выражения не завтра канут в историю. Многие специалисты сегодня опасаются, что придется ковидному новоязу еще послужить народу.
Впрочем, языку такое выпадает не впервой. Как отмечают лингвисты, история, когда в относительно короткий промежуток в народной речи появлялось множество новых слов и понятий, за последний век с лишним случалась в нашей стране дважды. Сначала в первой четверти ХХ века, когда рушился старый мир и на его обломках возникал «построенный в боях социализм». А потом в эпоху перестройки, переходящей в лихие 90-е, — и тогда опять привычный мир ушел из-под ног, и каждый выплывал как мог... Но в первом случае временной промежуток исчислялся двадцатью годами, во втором — десятилетием. Сейчас же хватило каких-то полутора лет. Жизнь ускоряется, а с ней и все вокруг?
Одно остается неизменным: скудость российской власти по отношению к непреходящим (читай: культурным) ценностям. К коим принадлежит и наш язык. Который мало знать, надо еще и изучать, пополнять и обогащать, в том числе и новыми смыслами. Вышедший тиражом всего 500 экземпляров «Словарь русского языка коронавирусной эпохи» в продажу поступить не успел — в считаные дни разошелся среди филологов и журналистов. Средства у РАН, увы, ограниченны. Простым смертным только и остается, что сочинять новые слова. Как говорится, «лучше синица в руках, чем за курицей без маски в магазин».
