С 1 июня в России вступил в силу закон о просветительской деятельности, который призван оградить школьников и студентов от антироссийской пропаганды, подаваемой под видом просвещения. По факту закон дает право госорганам, отвечающим за образование, координировать сотрудничество научных и образовательных учреждений с зарубежными организациями. Теперь обязательным условием для подписания, например, договора о чтении лекций будет наличие того самого заключения «профильного» бюрократа. До 1 сентября 2022 года образовательные организации должны будут получить такие заключения и на подписанные до вступления в силу закона соглашения о международном сотрудничестве. Налицо забота о подрастающем поколении.
В ноябре 2020-го с такой инициативой выступила группа парламентариев из комиссий Госдумы и Совета Федерации по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России. А уже в начале апреля глава государства подписал принятый Госдумой в трех чтениях и утвержденный Советом Федерации готовый закон. На все про все потребовалось четыре месяца.
В режиме принтера шла работа и над искоренением «нежелательных» организаций. Начали в апреле, а уже 18 мая Госдума в первом чтении приняла законопроект, запрещающий россиянам и юрлицам РФ принимать участие в работе нежелательных в России структур, а также поддерживать их (имеются в виду зарубежные неправительственные организации, от которых у нас в стране все беды). Не сомневайтесь, вот-вот закон вступит в силу. Аналогичная история и с ограничением избирательных прав для лиц, причастных к организациям, признанным экстремистскими (и таких у нас оказалось пруд пруди).
Совсем с другой скоростью идет решение насущных вопросов, касающихся не сохранения власти, а интересов миллионов россиян. О многострадальном законе о льготах для «детей войны» говорят десятилетиями. Необходимость его принятия, кажется, не решится сейчас оспорить никто. Но четыре варианта законопроектов были заблокированы партией власти. Закона так и не увидели сотни тысяч ушедших от нас за эти годы «детей войны» — людей, вместе со взрослыми перенесших на своих плечах тяготы Великой Отечественной.
А возьмем такую острую сферу, как транспортные средства, которые, между прочим, убивают в России ежегодно по 100 тысяч человек. Вот многострадальный закон о такси. Проект его был принят в первом чтении еще в 2018 году, но дальше так и не продвинулся из-за возникших дискуссий о регулировании деятельности агрегаторов такси. А иными словами, из-за противодействия тех, кто снимает сливки в этом бизнесе, пользуясь пробелами в законодательстве.
В 2019 году появился второй законопроект. Его подготовила группа сенаторов во главе с таким влиятельным единороссом, как первый вице-спикер Совета Федерации Андрей Турчак. В документе предполагалось распределить ответственность за вред, причиненный здоровью или жизни пассажира в результате инцидента с участием такси, между агрегаторами и водителями такси. Документ был внесен в Госдуму, но затем возвращен разработчикам. В комитете Госдумы по транспорту и строительству создали рабочую группу. Вроде бы она до сих пор работает...
Похожая история с электросамокатами, жаркие дискуссии о которых продолжаются уже два года. А закона все нет. Между тем сообщения об авариях с участием электросамокатов появляются чуть ли не каждый день. Серьезные травмы получают и пешеходы, и те, кто управляет этим видом транспорта. Есть и смертельные случаи. В Петербурге две недели назад солист балета Мариинского театра Давид Залеев, упав с самоката, получил тяжелые травмы головы и до сих пор находится в медикаментозной коме.
Однако законодатель не шевелится. Не удосужился хотя бы определить, кто такой самокатчик — пешеход или участник дорожного движения. По факту, если на вас наедет самокат, полиция, которая предпочитает вмешиваться в подобные разбирательства лишь в крайнем случае, отнесется к инциденту как к... столкновению пешеходов. Выходит, электросамокаты, которые носятся по пешеходным дорожкам со скоростью до 80 км в час, не относятся к средствам транспорта, не регулируются никакими нормами. В ПДД такого понятия, как «водитель электросамоката», тоже нет.
А между тем еще два года назад Союз пешеходов России предложил приравнять электросамокаты с мощностью двигателя более 250 ватт к мопедам. А Минтранс выступил за ограничение скорости самокатов, скейтбордов, моноколес, гироскутеров 20 км в час. В начале этого года к обсуждению проблемы подключился дептранс Москвы и Минтранс России. Но до сих пор эти средства транспорта и повышенной опасности, от которых гибнут и получают увечья люди, носятся по тротуарам и дорогам без какого-либо законодательного регулирования или ограничений.
В Европе же использование электросамокатов регламентировали еще два года назад. В Германии эти устройства должны иметь номерные знаки, скорость ограничена 20 км в час. Во Франции передвигаться на самокатах можно только по велодорожкам и на проезжей части. В Великобритании для езды на самокате требуются водительские права. А заезжать на них на тротуары запрещено.
Впрочем, что-то забрезжило и в России. Вроде бы сейчас поправки к Правилам дорожного движения, касающиеся электросамокатов, проходят окончательное согласование в правительстве. Проблема только в скорости реагирования российского законодателя и исполнительной власти на изменения в обществе. Выражаясь высоким бюрократическим стилем, в динамике мыслительных процессов. Когда они не касаются политики и статус-кво в ней, все идет очень туго.
Вот и с самокатами может случиться так, что, когда наконец дело дойдет до принятия закона, появятся уже ручные вертолеты. И проблема устремится с грешной земли в небесную высь.
