Труд: Ирина Розанова: «Среди молодых чувствую себя эдакой тетушкой Тортиллой»

Главная Культура 00:10 05 Мая 2010 3636

Ирина Розанова: «Среди молодых чувствую себя эдакой тетушкой Тортиллой»

Актриса рассказала «Труду» о съемках в многосерийном фильме «Дорогой мой человек»

Напечатать

Для «России 1» в Санкт-Петербурге снимается многосерийный фильм «Дорогой мой человек» по мотивам трилогии Юрия Германа. Руководителя партизанского подполья Аглаю Устименко играет Ирина Розанова.

— Нравится вам сценарий?

— Слава богу, что снимается такой материал и такая драматургия. Считаю, что для меня это подарок. Ведь по тому же телевидению мы все реже и реже слышим о чести, достоинстве, порядочности. В этой драматургии все это есть. Говорю это без какого-либо пафоса, это ни в коем случае не «Ленин — партия — комсомол», к этому я никогда не призывала и не призываю. Я очень люблю фильм «Дорогой мой человек» с Алексеем Баталовым, но считаю, что здесь не нужно проводить какие-то параллели. Сейчас молодые ребята расскажут эту историю без прошлого комсомольского лжезадора и пафоса.

— Какой вы хотите показать свою героиню?

— Аглая — настоящая женщина, цельный человек с убеждениями, устремлениями, душевной добротой и сильным характером. Мне важно попытаться передать эти ее черты. Она очень похожа на мою маму — народную актрису Зою Васильевну Белову из Рязани. Она абсолютно то поколение — книжное, восторженное, она сказочница. Это и мне передалось — я очень люблю верить в чудеса и сказки. И знаете, у нас в этом фильме замечательная молодежь. Я надеюсь, что режиссеры, которые будут смотреть наше кино, обязательно обратят на них внимание. А я среди молодых чувствую себя уже эдакой тетушкой Тортиллой. (Смеется.)

— В недавно прошедшем фильме «Анжелика» вы очень ловко управлялись с домашним хозяйством, скотиной, вообще с деревенским бытом. А чему вы научились во время съемок фильма «Дорогой мой человек»?

— В этой картине меня в основном пытают (смеется), пытают каждый день, придумывая всякий раз всевозможные разные истязания. Моя Аглая проходит концлагерь, немцев, НКВД. Так что крови мне здесь уже полили достаточно.

— Но пытки — это ведь очень страшно!

— Ужасно. Но куда денешься, это ведь наша работа. Сегодня ребята опять придумали какую-то новую пытку. В сценарии прописана одна, а они придумали что-то еще более изощренное. Меня заливают кровью, гример Маша рисует на щеке шрам от удара хлыстом. Падаю со стула во время битья я сама — уже наловчилась. Поначалу было очень смешно. Егор (режиссер Егор Абросимов) велел принести мат, на что я сказала, что с мата я уж точно навернусь головой об косяк. В принципе мы изучали сценодвижение, упасть со стула не так уж и сложно, главное — правильно сгруппироваться. Но нашему прекрасному художнику-постановщику Максиму была все-таки дана задача беречь голову актрисы. И вот по команде «Мотор!» бедный Максик, покрываясь потом, бегает с какой-то тряпкой вокруг этого косяка, закрывает его всеми частями тела, чтобы артистка не дай бог об него не стукнулась.

— Вы, наверное, много времени проводите в Петербурге?

— Да, мне здесь даже гостиница стала уже как дом родной. Встречают меня как-то по-особенному тепло. Есть человек, который пишет мне стихи. Когда прихожу на завтрак, ребята-официанты, зная мою любовь к домашней выпечке, складывают мне ее с собой в коробочки. Там очень вкусные булочки, пирожные.

— В книге Юрия Германа ваша героиня ласково называет своего племянника «юродивенький». Каким вам кажется Владимир Устименко на самом деле?

— Юродивенький — потому, что идет вопреки всему, по совести и по чести. Он родился очень правильным человеком. Я ведь и сама отчасти такая. Никогда не могу дать взятку, даже если очень нужно. Один раз просто необходимо было даже не взятку дать, а подарить духи. И это у меня не получилось. Видимо, я стесняюсь больше, чем тот человек, которому я пытаюсь сделать презент.

— А в жизни вы часто таких правильных людей встречаете?

— Смотря где. Чем дальше от больших городов, тeм жизнь поправильнее и попроще. И встречаются очень искренние и честные люди. Мы просто их не видим здесь, в столичном круговороте.

— Чем родные племянники занимаются?

— Племянница Анька окончила ГИТИС, продюсерский факультет, и пошла работать в кино. Работает с превеликим удовольствием, ей все очень нравится. Приходит порой в 5–6 утра, когда ночная смена заканчивается, а ведь это очень тяжело. Стараюсь ей помогать по мере сил: устроила Аню к своим знакомым продюсерам, но сразу попросила, чтобы не было никаких поблажек. Они пытались отправлять ее домой в 11 вечера, когда смена до 4 утра, но она проявила абсолютно мой, упертый характер: «Нет, я буду со всей группой. Не надо меня выделять». Знаете, по большому счету я очень счастливый человек. Я всегда так мечтала стать актрисой, как многие представители моего поколения, хотела этого искренне, душой и сердцем. И у меня все сложилось. Сейчас все-таки уже не то: включился бизнес, и всем приходится раскручивать себя разными способами.

— Вы, кажется, очень похудели за последнее время? Специально старались?

— Нет, само собой получилось. Я недавно похоронила папу — видимо, сказались переживания. Хотя я философски отношусь к жизни и всему происходящему. Слава богу, я успела приехать попрощаться, практически держала его за руку. Поэтому у меня сейчас такое время: Просто надо его пережить. Зато для пыток выгляжу в самый раз.

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 20060

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...