Зрители уже привыкли к тому, что телевидение в промышленных масштабах штампует не только сериалы, но и музыкальные шоу по принципу «звездой может стать каждый, если он талантлив, а главное, у него есть поклонники, которые готовы голосовать рублем и отправлять бессчетные платные SMS». На телеканале «Россия 1» то изобретают «Фактор А», то объявляют «Ваш выход», на НТВ дружно кричат «Хочу к Меладзе», а на «Первом» мощно прорезается «Голос». Из этого хора клонов выбивается канал «Культура» и предлагает массовой аудитории серьезный турнир профессионалов, ищущих свою дорогу в «Большую оперу».
Проект «Большая опера» оказался настолько успешным, что не только породил вариации на тему — «Большой балет» и «Большой джаз», — но по рейтингу опередил многих конкурентов на других телеканалах. И на «Культуре» справедливо решили: начиная с третьего сезона оперные звезды будут зажигаться ежегодно. Победительница 2011 года сопрано Вероника Джиоева произвела такой фурор, что выросло число абитуриентов на вокальных факультетах творческих вузов страны. Контратенор Владимир Магомадов победой в 2013 году придал конкурсу нетрадиционной вокальной пикантности. И вот новый триумфатор назван — очаровательная сопрано из Казахстана Салтанат Ахметова, которая уже на старте соревнования выглядела фавориткой. И на финишной прямой она без труда обыграла и опытного баритона из Белоруссии Илью Сильчукова, и юную россиянку Василису Бержанскую.
Но то ли из-за головокружения от успеха, то ли из-за цейтнота (программа все-таки готовилась в сравнительно сжатые сроки) «Большая опера» заметно сдала завоеванные позиции, понизив качество производимого продукта.
Прежде всего непрозрачен отбор участников. Почему бы федеральному каналу не проводить прослушивания во всех или хотя бы в большинстве оперных театров страны, чтобы действительно найти лучших, а не выбирать лишь из тех, кто подсуетился и прислал заявку. Ведь подобного состязания нет нигде в мире, и оно каждому участнику презентует не «минуту славы», а крутой поворот в профессиональной судьбе и настоящую зрительскую любовь. Такой шанс не дарит победа ни в одном вокальном конкурсе, каким бы ни был его призовой фонд.
И тогда не возникло бы ощущения междусобойчика, которое в этом году было усилено еще и тем, что жюри было сокращено с пяти до четырех человек, к тому же среди судей прекратилась всякая ротация. Но жюри, куда входили великая Елена Образцова, замечательный режиссер, основатель и худрук «Геликон-оперы» Дмитрий Бертман, знаменитый менеджер Иоан Холендер, в течение 20 лет возглавлявший Венскую государственную оперу, и экс-солистка Большого театра Галина Калинина, порой было откровенно жаль. Из недели в неделю на протяжении двух месяцев эфира они зачастую оказывались в дурацком положении. Сначала справедливо критикуя участника, потом они все равно ему говорили вынужденное «да», ибо the show must go on.
Финал же проекта, что «Культура» транслировала в прямом эфире из Большого зала Московской консерватории, произвел совсем удручающее впечатление. Потряс декор сцены: жуткие занавески с венками даже легендарному органу придали какой-то затрапезный вид, повсюду были натыканы прутья с ватой, а справа стояла монструозная елка, будто это новогодний утренник в детском саду. А гала-концерт продемонстрировал то, чего и следовало ожидать: выступление на прославленной сцене и запись в павильоне «Мосфильма» — вещи несравнимые. Программа концерта, его режиссура (точнее, ее отсутствие) и состав солистов — все вызывало недоумение.
Зачем было созывать певцов из числа тех, кто выбыл из проекта? Априори же понятно: их пение едва ли достойно Большого зала. Да и большая часть приглашенных звезд свой статус, мягко говоря, не подтвердила. Елена Белкина, работающая в Вене, явила заурядный вокал, солист Мариинки Василий Герелло и вовсе выступил в амплуа эстрадника. Только Аскар и Ильдар Абдразаковы показали настоящий класс оперного исполнительства. Но выступление братьев оказалось скомканным, так как безразмерный концерт вываливался из сетки вещания.
Похоже, каналу «Культура» надо не почивать на лаврах, а серьезно подумать над сложным вопросом: какой быть «Большой опере» дальше, чтобы и впредь оставаться эксклюзивным профессиональным шоу, а не сломаться на гребне успеха.
