Театры, закрывшие в этом году сезон на три-четыре месяца раньше обычного, сейчас думают «на два фронта»: как начать работу с публикой в августе-сентябре и притом покрыть дыры в хозяйстве, которые причинил паралич работы во время пандемии. Если, конечно, коронавирус не даст второй волны...
В связи с этим Союз театральных деятелей во главе с Александром Калягиным собрал на онлайн-конференцию «Театр и новая реальность. Предлагаемые обстоятельства» секретарей и председателей отделений СТД, а также худруков и директоров театров Сибири, Урала, Дальнего Востока и, разумеется, обеих столиц. Вопросов — три: как выходить из режима карантина, на какие меры государственной поддержки надеяться, ну и насколько посткарантинная жизнь театров будет отличаться от прежней, бывшей до пандемии.
Напомним, подавляющее большинство российских театров — государственные. Ни один из них не является самоокупаемым, такое в театральном деле — почти что фантастика (почему почти, скажем чуть ниже). Правда, все до сих пор получали субсидии — такие, чтобы хватило на выплату 50 процентов установленных окладов, остальные 50 процентов театры зарабатывали за счет проданных билетов. Но в режиме карантина касса практически свелась к нулю.
А тут еще директор департамента господдержки искусства и народного творчества Минкультуры РФ Оксана Косарева предложила продавать билеты на новый сезон через ряд и только на каждое третье место. Ну и представьте себе, сколько при такой рассадке соберешь со среднестатистического зала на 800 мест при стоимости билетов около 500 рублей. Как ни крути, а выше 100 тысяч не прыгнешь, при том что риск заражения все равно будет велик. Даже если отменить буфеты (каковые тоже источник дохода — за аренду помещения) — гардероб и туалеты при всем желании отменить нельзя, а там соблюдать социальную дистанцию крайне проблематично.
Неслучайно генеральный директор «Балтийского дома» Сергей Шуб категорически выступил против «гнездового» способа решения проблемы. Театры и не заработают на нем, и станут потенциальным очагами пресловутой «второй волны», которой никому не хочется. Он рассказал о другом опыте: уже сейчас в его театре продаются билеты с открытой датой, дающие право зрителю посмотреть (по предварительному согласованию с дирекцией) любой интересующий его спектакль до конца календарного года. То же распространяется и на билеты, оставшиеся от не состоявшихся апрельских спектаклей.
Но пока самим работникам театра надо на что-то жить. А на что, если даже в небедном городе Санкт-Петербурге комитет по культуре сперва хотел урезать и без того не роскошное финансирование, которое имели коллективы до пандемии. Лишь недавнее письмо Александра Калягина к губернатору с протестом против такого намерения помогло сохранить артистам их оклады.
Хорошо, что, например, в Ульяновской области к губернатору Сергею Морозову ходить на поклон не надо — он исправно возмещает театрам все потерянные доходы и сохраняет постановочные выплаты коллективам, возобновившим (хотя бы в онлайн-формате) репетиционный процесс.
Кстати, репетировать начали и в пяти театрах Воркуты, поскольку в этом северном городе зафиксировано лишь несколько случаев заражения коронавирусом. Но и там не без сложностей: как сообщила председатель местного отделения СТД Елена Пекорь, эти коллективы, базирующиеся в относительно небольшом городе, сводили концы с концами за счет гастролей, но сейчас поездки крайне проблематичны, артистов просто не отпустят в города, где действует карантин. То же самое — в Татарстане, где маленькие театры существуют далеко не только в столичной Казани, но вряд ли они «накатают» себе средств, чтобы открыть новый сезон вовремя.
В группе особого риска — музыкальные театры, которым в силу их специфики крайне трудно работать на удаленке: ну как соединить пресловутым зумом солистов, хор, оркестр, кордебалет? Константин Зайнулин, директор Хабаровского музыкального театра, недополучившего за два карантинных месяца 15 миллионов рублей, признался, что пока не может принять от зрителей билеты за не показанные спектакли, потому что нечем компенсировать их стоимость.
Но хуже всех частным театрам. Мы можем справедливо возмущаться цинизмом местных властей, предлагающих, например, театрам Нижнего Тагила брать кредиты на покрытие ущерба, причиненного пандемией. Будто это частное предприятие, а не государственное учреждение. Но у этих госучреждений есть хоть какой-то шанс на борьбу. А у такой редкой птицы, как, допустим, екатеринбургский «Коляда-театр» — один из штучных в нашей стране, существующий только на самоокупаемости (вот откуда «почти» в начале нашей заметки), уже 18 лет собирающий лауреатские звания на престижных мировых фестивалях, — этих шансов практически нет. Спасибо коллегам — участники совещания дружно пообещали уникальному уральскому коллективу материальную поддержку.
И этот жест людей, которые сами по большей части находятся в стесненных обстоятельствах, говорит о сохраняющейся поныне особой миссии театра: он по-прежнему территория, где толпа превращается в народ, а люди обретают духовную почву под ногами. Не зря участники встречи вспомнили гораздо более тяжелые военные годы, когда театры из Москвы, Ленинграда и других прифронтовых городов эвакуировали на Урал, в Сибирь, Казахстан, где потом при поддержке приезжих мастеров вырастали свои сильные коллективы, зрели новые яркие традиции и личности, помогавшие стране преодолеть трудную полосу.
Ну а если даже тогда выстояли — неужели сегодня не справимся? Неужели театр не шагнет в новый сезон обновленным, впитавшим в себя небывалые форматы, которые рождены временем самоизоляции, а может быть — вспомнившим старые, утраченные за последние десятилетия, но не растерявшие потенциала жанры видеоспектакля или радиопьесы? Поживем — увидим.
P.S. «Коляда-театр» все-таки закроется. Как сообщило РИА «Новости», его основатель и глава Николай Коляда вынужден отправить артистов в бессрочный не оплачиваемый отпуск:
— Сегодня я выдал последний раз зарплату своим артистам... больше денег нет... В Екатеринбурге сейчас непростая ситуация с коронавирусом, так что подработать им негде. Нам посоветовали встать на биржу труда, но это, говорят, очень трудно — слишком много желающих.
Коляда поблагодарил всех, кто в это сложное время помогал — руководителя московского театра «Геликон-опера» Дмитрия Бертмана, ректора ГИТИСа Григория Заславского, председателя СТД Александра Калягина, обыкновенных зрителей.
— Жалко театр, который успешно существует уже 18 лет, создан коллектив, репертуар, — заключил режиссер. — И мы всегда неплохо зарабатывали сами себе на жизнь, играли по несколько спектаклей в день, много гастролировали и в России, и за рубежом. Никто не думал, что что-то может измениться. Но вот случилось...
