8 июля отмечает свое
— Карен Георгиевич, ваш отец долгое время работал в ЦК КПСС. Фамилия мешала или помогала вам в начале творческого пути?
— По-всякому бывало. Некоторая часть киношной общественности видела даже свой долг в том, чтобы меня не пущать. Для них это была, представьте, форма борьбы с системой. Мужественный такой шаг — напакостить молодому режиссеру. С одной стороны, это, конечно, усложняло мне жизнь, с другой — закаляло характер.
— С тех пор вы сняли 15 больших картин. Они очень разные по темам, жанрам, стилям. Между тем бытует мнение, что настоящий режиссер всю жизнь должен снимать один большой фильм...
— Не хочу никого обидеть, но я бы со скуки умер, если бы всю жизнь снимал один фильм. (Смеется.) Это все равно что прожить всю жизнь с одной женой. Хотя на самом деле прожить жизнь с одной женой — это более правильно.
— О ваших женах мы еще поговорим. А сейчас все-таки о кино...
— Если серьезно, то я не могу объяснить, почему у меня в итоге получились такие разные фильмы. Выбор темы, жанра новой работы — для меня всегда процесс интуитивный и эмоциональный. В итоге я часто делаю какие-то невыгодные для себя вещи. Например, снимать музыкальное кино в СССР было делом во всех отношениях безнадежным, но я снял фильмы «Мы из джаза» и «Зимний вечер в Гаграх», потому что мне на тот момент это было крайне интересно. С другой стороны, я в свое время отказался делать с итальянцами «Палату № 6». Они настаивали на классической экранизации, а мне хотелось перенести действие в современность. В итоге я свой замысел спустя годы все-таки реализовал. Хотя сегодня иногда и думаю: а чего я тогда уперся? Была бы у меня в творческом багаже картина с Марчелло Мастроянни, наверное, ей сопутствовал бы какой-то успех, фестивали: Так что с точки зрения практической я часто веду себя неумно. Но ничего не могу с собой поделать, снимаю только то, что самому интересно.
— Какая из снятых картин для вас самая любимая, дорогая?
— Все картины у меня разные, они в моем сердце не соревнуются друг с другом. Да и как мелодрама «Американская дочь» может соперничать с военной драмой «Белый тигр», а семейная комедия «Курьер» — бодаться с трагическим «Цареубийцей»? Поэтому у меня нет одной любимой картины. Нет, считаю, и абсолютно удавшейся ленты. Но в ряде фильмов есть отдельные сцены, которые у меня получились. Это уже немало.
— А какой фильм дался вам труднее всего?
— «Белый тигр» шел трудно из-за масштабных сцен с танковыми боями. А «Цареубийца» снимался одновременно на русском и английском языках. Сначала сцену снимали на одном языке, потом на другом — изначально двойной труд. Кроме того, картина еще и в нравственном плане давалась нелегко: убийство царской семьи, смерть невинных детей — о таких вещах нельзя снимать с холодным носом. К тому же часть съемок проходила в реальном сумасшедшем доме — тоже не подарок. Плюс время: это был 1991 год, в магазинах ничего не было. Выдающегося актера мирового кино Малкольма Макдауэлла, который играл у нас Юровского, кормили жесткой курицей, которую с трудом могли купить на рынке. Временами я чувствовал: картину не закончу, завалю. В итоге сделал ее, как говорится, через не могу. Но премьера фильма состоялась на Каннском фестивале, а Макдауэлл до сих пор числит ее среди своих любимых работ.
— А какая лента родилась легко, если вообще для режиссера бывают легкие фильмы?
— Относительно легко дался «Курьер». Несложный, камерный фильм. Но, мне кажется, я еще и точно выбрал актеров — Федю Дунаевского, Настю Немоляеву, Инну Чурикову, Владимира Меньшова, Олега Басилашвили...
— И наконец, какой фильм был для вас наиболее исповедальным, личностным?
— Как это ни покажется кому-то странным, но наиболее личностными фильмами я считаю «Город Зеро» и «Белого тигра». В них много мыслей, идей, которые отражают мой внутренний мир. Пересмотрите эти фильмы, я там многое про себя рассказал.
— Я-то думал, что в числе своих исповедальных картин вы назовете «Американскую дочь»: в ней нашла отражение ваша личная семейная драма, когда ваша жена в годы перестройки тайно увезла вашу общую дочь в Америку.
— Вообще-то я не экранизирую свою жизнь. Да, сюжетный посыл фильма был основан на факте из моей биографии, но дальше на этой основе я сочинил мелодраматическую сказку. Если бы я снял кино так, как дело было в действительности, то получился бы гораздо менее интересный и куда более депрессивный фильм.
— Вот и пришло время поговорить о ваших женах. Их у вас, кажется, было три...
— Не стану отрекаться.
— И со всеми тремя вы благополучно расстались. Сознайтесь: это вы такой тиран или женщины не те попадались?
— Ну вы же знаете, как это бывает в семье: если женщину послушать — будет одна правда, мужчину послушать — другая правда. Настоящая правда состоит, наверное, все-таки в том, что для меня работа всегда была на первом месте. Но мои жены не были готовы нести свой крест, в чем их, конечно, нельзя упрекнуть. Скорее вину я должен принять на себя. Я всю жизнь служил богу по имени Кино. Сегодня даже не знаю, правильно ли это.
— Зато вы теперь завидный жених...
— (Смеется.) Знаете, в 60 лет глупо позиционировать себя как завидного жениха.
— Но некоторые в 60 лет еще детей рожают.
— Я в этом смысле свой долг перед человечеством выполнил. У меня трое детей: уже упоминавшаяся «американская дочь», с которой я год назад впервые повидался в США, и два сына.
— Старший сын Иван на недавнем «Кинотавре» получил приз за короткометражный фильм. Теперь ему расхлебывать комплекс папиного сыночка?
— Иван далеко еще не режиссер, делает первые студенческие работы. Я к ним по-разному отношусь. Говорю ему наедине то, что думаю. Он сам выбрал эту профессию, лично я не хотел, чтобы мои сыновья шли в кино. Но у Вани и Васи со стороны мамы, актрисы Дарьи Майоровой, семья насквозь киношная. Дедушка Игорь Майоров — известный звукорежиссер, в его фильмографии более 150 картин, в том числе великий фильм «Летят журавли». Покойная бабушка Наталья Васильевна — монтажер. Прадед Василий Пронин — оператор и режиссер, причастный к рождению фильмов «Путевка в жизнь», «Хождение за три моря», «Наш дом». Так что моим сыновьям довольно сложно было вырваться из мира кино, даже если бы они очень этого захотели. Но их тянет в этот мир, и я уже перестал сопротивляться.
— В общем, к своим 60 годам вы с гордостью можете сказать: снял 15 фильмов, построил дом, посадил сад, поднял детей...
— Да, дети уже большие. Своего дома я не построил, довольствуюсь старой дачей, оставшейся от отца, но моим домом стал «Мосфильм», который я с помощью друзей и коллег сделал современной студией. Знаменитый мосфильмовский яблоневый сад посадил Александр Довженко, но мы его сильно подновили, он цветет каждую весну.
— Закончив недавно картину «Белый тигр», наверняка думаете над новой работой...
— Пока нового замысла нет. Думаю, читаю книги, но все чаще приходит мысль: а вдруг искра больше вообще не вспыхнет? Режиссура — это все-таки профессия молодых. Бывают, конечно, исключения. Например, Бунюэль после 70 лет сделал свои лучшие картины. И это дает мне некоторую надежду.
Личное дело
Карен Шахназаров. Кинорежиссёр, сценарист, продюсер. Родился в Краснодаре в 1952 году. Окончил режиссерский факультет ВГИКа, мастерская Игоря Таланкина, в 1975 году. Генеральный директор киноконцерта «Мосфильм» с
Снял фильмы «Мы из джаза» (1983), " Зимний вечер в Гаграх" (1985), «Курьер» (1986), «Город Зеро» (1988), «Цареубийца» (1988), «Сны» (1993), «Американская дочь» (1995), «День полнолуния» (1998), «Яды, или Всемирная история отравлений» (2001), «Всадник по имени Смерть» (2003), «Исчезнувшая империя» (2008), «Палата № 6» (2009), «Белый тигр» (2012) и др.
