И через месяц после назначения художественным руководителем театра «Современник» Виктор Рыжаков еще «не пришел в себя» от «полной неожиданности». Такое признание известный режиссер сделал корреспонденту «Труда» в Петербурге, куда привез на гастроли свой независимый коллектив «Июльансамбль», выросший из его же курса в Школе-студии МХАТ. Четыре спектакля на Новой сцене Александринки прошли с аншлагами, большинство зрителей составила молодежь – нечастый и не массовый гость в театральных залах Северной столицы. О том, как сделать театр по-настоящему современным, мы и поговорили тогда с Виктором Анатольевичем.
– Для меня спектакли «Июльансамбля» – это прежде всего поиски новых смыслов. Исследования о жизни, раскрывающие ее и зрителям, и молодым артистам, и мне самому,– начал собеседник. – Общение с молодежью помогает не почувствовать себя звездой, которая все знает наперед. Ведь театр – модель мира. По крайней мере должен ею быть.
– Имеете в виду театр вообще, и «Современник» тоже?
– Конечно. Он – как раз пример коллектива, родившегося из студенческого курса, как затем и «Таганка» Юрия Любимова с ее студийными традициями. В «Современнике» всегда делали ставку на молодежь, регулярно вводя в труппу столь необходимую «свежую кровь». Мне кажется, в театре нет ничего более ценного, чем сосуществование разных поколений артистов. Это и делает его домом, который сближает и объединяет людей.
– Как встретила вас труппа, осиротевшая после кончины Галины Волчек?
– Доброжелательно. Со многими я давно знаком. Коллектив очень талантливый. Посмотрел прогон спектакля «Папа», который ставит там израильский режиссер Евгений Арье по одноименной пьесе драматурга Флориана Зеллера. В главной роли – Сергей Гармаш. Похоже, серьезная работа. До этого присутствовал на двух показах «Поиска» – молодежной программы «Современника». Наблюдений много, мысли обжигают сознание, но потребуется время, чтобы как следует понять этих людей – чем они живут, о чем мечтают. Пока преобладает волнение. И ещё благодарность тем, кто помогал мне все эти годы становления – руководителю МХТ Олегу Табакову, моим наставникам в режиссуре Валерию Фокину, Константину Райкину.
– Галина Волчек как-то обмолвилась, что у вас с ней «планов громадьё».
– На протяжении нескольких лет она регулярно предлагала мне придумать спектакль для её труппы. Ив конце концов мы вместе придумали его. Пьеса – драматурга Михаила Дурненкова и моя. Большая история на вечную тему отцов и детей. Предполагалось, что начнем ставить в марте. Однако уход Волчек и мое назначение в «Современник» заставили внести коррективы в сроки, да и в саму пьесу, в режиссуру. Сейчас задача номер один – реализовать всё, что было намечено Галиной Борисовной на текущий сезон.
– Общеизвестна формула Станиславского: «театр жив, пока жив его режиссёр».
– Для меня театр жив, пока человек остается художником. Просто не каждый готов к этой миссии, потому ему кажется, что вместе с ним кончается и театр.
– Но Георгий Александрович Товстоногов не раз подчеркивал, что солидарен со Станиславским.
– Он был уникальным, но слишком тоталитарным человеком, тем себя и «выжигая».
– Имеете в виду «добровольную диктатуру», как он сам называл стиль своего руководства БДТ, кстати, принятый той великолепной труппой на ура?
– Это ХХ век. Его театр стал моделью авторитарного СССР. А мы в ХХI веке все-таки мечтаем о совсем другом обществе. Пробуем выстраивать не вертикальные, а горизонтальные отношения. И современные режиссеры, в том числе молодые, доказывают, что могут это.
– Но, по-моему, редко какая из их работ вызывает такой интерес, какой вызывали постановки Товстоногова. «Осовременить» классику, добавив в неё обнажёнки и нецензурщины – тут, по-моему, особого таланта не требуется.
– Все относительно. Дело вкуса.
– Вы «многостаночник»: возглавляете «Современник» и «Июльансамбль», преподаете в Школе-студии МХАТ, как режиссер продолжаетесотрудничать с другими коллективами. Да еще и актер, и сценарист– нет ощущения, что разбрасываетесь?
– Искусство театра многогранно. Расчленять его нельзя. К тому же у меня есть помощники. Ну и действительно с каких-то позиций приходится уходить. Но в Центре Мейерхольда (там Виктора Рыжакова, теперь уже бывшего худрука, сменил назначенный на днях новый лидер, Дмитрий Волкострелов. – «Труд») мы надеемся довести до конца уже начатые проекты. Как будет с «Июльансамблем»? Посмотрим, время покажет. С остальным, думаю, справлюсь.
– А что будет с петербургским Театральным фестивалем имени А.М.Володина «Пять вечеров», одним из учредителей и руководителей которого вы являетесь без малого двадцать лет? По неофициальной информации, его нынешняя программа резко сократилась из-за проблем с финансированием.
– Да, трудности есть. Но о закрытии фестиваля речи не идет. Мы решили, что в полном формате он будет проводиться раз в два года. А в рабочем – для драматургов, школьников, режиссеров – по-прежнему каждый год.
