Речь идет о переговорах в ходе Русско-японской войны, начавшейся 9 февраля 1904 года и ставшей для России чередой неудач на суше и на море. Сдача Порт-Артура, поражение в Маньчжурии, разгром при Цусиме, где был потерян весь русский флот: По нынешним меркам с подобных переговорных позиций прямой путь лишь к капитуляции. А между тем подписанный в 1905 году Портсмутский мирный договор между Россией и Японией был таким, что многие в Токио даже не сразу поняли, выиграла их страна войну или не совсем. Как же это удалось?
Вот они, главные действующие лица тех событий в американском городке Портсмуте в августе — сентябре 1905 года. На переднем плане — президент США Теодор Рузвельт (слева) приветствует глав делегаций России и Японии: председателя Комитета министров Сергея Витте и министра иностранных дел Комура Дзютаро. Совсем скоро начнется первое заседание, где Витте произнесет фразу, вынесенную в заголовок. А пока о том, что предшествовало переговорам.
Шел 1905-й, второй год вой-ны. В феврале Россия проиграла генеральное сражение у Мукдена в Маньчжурии. Однако победа далась Японии так тяжело, что она обратилась к Великобритании и США, союзникам, снабжавшим ее деньгами и оружием, с просьбой помочь в переговорах о мире. Те с готовностью откликнулись: их интересам на Дальнем Востоке сильная Россия, конечно, мешала, но и сильная Япония была не нужна. По словам тогдашнего президента США Теодора Рузвельта, эти страны надо оставить «лицом к лицу, чтобы они могли оказывать друг на друга сдерживающее влияние». Знакомый подход, не так ли?
Но посредничество Рузвельта не помогло: Николай II, несмотря на все неудачи, и слышать не хотел о переговорах. По всему, царь надеялся, что сбудется пророчество преподобного Серафима Саровского, и православный государь победит Японию. Которую у нас к тому же и не считали самостоятельным противником — так, марионетка в руках британцев (120 лет назад главными «кукловодами» в России считали не американцев, как сейчас, а Великобританию и Германию). И Рузвельт после очередной безуспешной попытки склонить русского царя к переговорам в раздражении напишет: «Нелепое существо...Только и сумел, что начать войну, а ни вести ее, ни закончить не в состоянии».
Первоначальные требования сторон и что вошло в мирный договор в итоге
| Япония | Россия | Итоговый договор |
| Признание свободы действий Японии в Корее | согласен | Признание Кореи сферой влияния Японии |
| Отвод российских войск из Маньчжурии | взаимный | Взаимный вывод войск из Маньчжурии |
| Передача Японии Лаодунского п-ва с Порт-Артуром и Южно-Маньчжурской железной дорогой (ЮМЖД) | формально принадлежат Китаю, у России только арендное право | Передача Японии арендных прав на Лаодунский п-ва с Порт-Артуром и часть ЮМЖД там |
| Уплата Россией военных издержек | нет | Только оплата содержания военнопленных. Обмен пленными |
| Передача Японией интернированных российских военных судов | нет | - |
| Присоединение к Японии Сахалина (оккупированного японскими войсками накануне открытия конференции в Портсмуте) и прилегающих островов | нет | Россия уступает Японии юг Сахалина от 50-й параллели и прилегающие острова |
| Ограничение российских морских сил на Дальнем Востоке | нет | - |
| Предоставление Японии права ведения рыболовства вдоль российского побережья | - | Предоставление Японии права ведения рыболовства вдоль российского побережья |
Казалось, мирным переговорам не бывать. Но все изменилось после разгрома русского флота под Цусимой в конце мая. До самодержца наконец дошло: одновременно продолжать вой-ну и обуздать революцию в стране не удастся. К тому же на совещании, которое состоялось через 10 дней после Цусимской катастрофы, на вопрос царя, есть ли шансы на победу, великий князь Николай Николаевич, возглавлявший Совет по обороне, доложил: да, но потребуется год военных действий, еще 200 тысяч солдат убитыми и ранеными и 1 млрд рублей. И это при том, что на войну уже израсходовали 2,082 млрд — больше, чем годовая расходная часть бюджета в 1904 году. Ну а последней каплей стало письмо с советом принять предложение Рузвельта о переговорах от: кузена Вильгельма (император испугался, что ослабевшая Россия не сможет противостоять Англии, главному врагу Германии).
Дальше все развивалось стремительно. Николай II в тот же день дал согласие — но с условием, что призыв к переговорам будет исходить не от России. Посредническую миссию Рузвельт взял на себя, годом позже он за это будет удостоен Нобелевской премии мира. А главе делегации Сергею Витте царь озвучил главную задачу: «Ни пяди земли, ни рубля уплаты военных издержек». Насколько трудно будет ее решить, стало ясно, когда начались переговоры:
Уже первый взгляд на требования, которые предъявили японцы (см. таблицу), свидетельствовал: они чувствуют себя победителями и хотят, чтобы это было отражено в статьях мирного договора. Главные — выплата контрибуций и территориальные уступки, а их-то Россия категорически отвергала. Тупик? Но Витте не напрасно так тщательно готовился к переговорам. Он знал, что военное руководство Японии еще с Мукдена убеждает императора как можно скорее заключить мир. Не лучше у противника обстояли дела и с финансами: встречи с еврейскими банкирами на Нью-Йоркской бирже оказались небесполезны.
Вот почему, выслушав требования японцев, Витте уверенно заявил: «В этом зале нет победителей, а поэтому нет и побежденных!» Что в переводе с дипломатического означало: «Россия готова на уступки, но и вы не переоценивайте себя. Умерьте аппетиты, и мы договоримся, ведь вам тоже очень нужен мир». Комура был в шоке, заседание прервалось. Но назавтра возобновилось: видно, перевели в итоге все правильно.
В дальнейшем, определяя границы своих требований, стороны исходили из сложившихся реалий — по принципу «здесь и сейчас». Россия проиграла вой-ну за Корею, значит, придется признать свободу действий там Японии. Пришлось отдать и арендные права на захваченный ею (но принадлежавший Китаю) Ляодунский полуостров с южной веткой КВЖД и, что самое обидное, с Порт-Артуром. А право рыбной ловли в русских водах японцы взяли просто по факту: лишить их этого права было нечем, своего флота на Тихом океане Россия лишилась.
Интересно получилось с Сахалином. Как раз перед началом переговоров для усиления своих позиций Япония успела захватить остров. Вернуть его при отсутствии флота опять же нереально. Но Витте пошел ва-банк, заявив: «Это невозможно, народное чувство в России не может допустить этой утраты». И велел делегации паковать чемоданы. Тогда Комура предложил поделить остров пополам: южная часть — Японии, северная — России. Причем за отданную половину японцы хотели получить выкуп, а взамен отказывались от претензий на интернированные русские корабли. Тогда Витте собрал журналистов и сообщил, что японцы, дескать, ведут вой-ну ради презренного металла! Сейчас его бы не поняли, а тогда удалось добиться уступки.
Последним барьером, казалось бы, непреодолимым, стали контрибуции. Тут Рузвельт начал воздействовать на каждую сторону. К уговорам России подключилась и Франция, посулив выдать необходимую сумму: только заключите уже мир! А японским дипломатам американский президент объяснял, что Россия может долго вести войну на истощение, и Японию это погубит. Сказали свое слово и финансисты. Один из главных кредиторов Японии банкир Якоб Шифф, с которым Витте встречался в Нью-Йорке, сообщил Комуре: «К моему величайшему прискорбию, финансовые рынки США, Англии и Германии, по всей вероятности, не смогут больше соответствовать требованиям Японии и ее стремлениям бесконечно продолжать войну». Аргумент оказался веским. На следующий день главы делегаций достигли, наконец, взаимопонимания, и 5 сентября Портсмутский мир был подписан.
А что же в сухом остатке? Мирным договором, как это нередко бывает, остались недовольны обе стороны. В России Витте упрекали за уступку части Сахалина и Порт-Артура, а к присвоенному ему Николаем II графскому титулу тут же приклеили уничижительный эпитет «Полусахалинский». А в Японии Портсмутский мир и вовсе считали позором: разбить в боях мировую державу и получить за это половину какого-то острова, место ссылки русских каторжников?! Вернувшуюся в Токио делегацию ждали не поздравления, а митинги протеста и погромы. Два дня продолжалась осада русской духовной миссии, только в Токио сожгли 13 христианских церквей. Около 500 полицейских охраняли посольство США: президента обвинили в пособничестве «позорному миру». А на следующий год Япония с восторгом будет приветствовать присуждение Рузвельту Нобелевской премии мира за то же самое.
Дошло...
