Вы думали, в столице уже не осталось крупных промышленных предприятий — одни министерства, банки и рестораны? Ошибаетесь! Помогал мне разобраться в этом День без турникетов — акция, не в первый раз проводимая Департаментом науки, промышленной политики и предпринимательства Москвы.
На три дня десятки КБ, НИИ и заводов столицы открыли двери для всех желающих. Увы, среди них нет ЗИЛа, АЗЛК, «Серпа и молота» и прочих машиностроительных гигантов, которые, увы, не вписались в сегодняшнюю реальность. Но чем богаты... На ностальгических экскурсиях по Москве-реке и Яузе публике рассказывали о славном промышленном прошлом столицы, показывали еще сохранившиеся заводские здания, которые, однако, в большинстве случаев вряд ли удастся сберечь даже как памятники архитектуры. Куда проще снести и построить очередной жилой квартал — и с этим трудно поспорить.
Впрочем, продолжают работать такие традиционные производственные центры, как, например, Авиационный комплекс имени С.В. Ильюшина. Но ведь это тоже «гости из прошлого». А их будущего? Возникают новые производства, вроде завода Coca-Cola или фабрики мороженого (на 86 этаже одного из небоскребов «Москва-Сити»). Мороженое и газвода — конечно, прекрасно, но как сравнить это с ЗИЛом? И при чем тут «промышленная слава Москвы»?
Будто подслушав мои душевные сомнения, организаторы ведут нас в цеха ВНИИМЕТМАШа — Всероссийского научно-исследовательского и проектно-конструкторского института металлургического машиностроения имени академика Целикова. Предприятие, родившееся в 1945-м (опять спасибо деду?), разрабатывает и производит машиностроительную продукцию для атомной энергетики, транспорта, нефтегазовой промышленности, заводов черной и цветной металлургии. Без малого тысяча экскурсантов смогли увидеть эти процессы своими глазами. Для чего нас разбивают на группы и ведут в громадный производственный корпус.
Возможности предприятия демонстрируются по восходящей. Сначала нам предлагается самим из готовых брусков свинтить табурет. Ну, такое я помню еще по школьным урокам труда. А дальше — дела серьезные, металлические. Цех токарных и фрезеровочных станков, среди которых есть уникальный, способный нарезать шестерни с круглыми зубьями — говорят, таких всего пять на страну. Цех газовой резки — нам показывают, как струя пламени с температурой 2000 градусов режет ажурные фигуры из стальных листов толщиной до 12 сантиметров.
В цехе термической обработки речь идет уже о деликатнейших нюансах закалки изделий. При нас шла обработка одной важной штуковины по Центрального аэрогидродинамического института в Жуковском — ЦАГИ. Еще одно предприятие-ветеран, когда-то знаменитое на весь мир...
Заходим в конструкторское бюро. Симпатичный молодой человек демонстрирует возможности автоматизированной системы проектирования. Теперь не надо, как когда-то, вычерчивать все на кульмане. Достаточно сделать эскиз, изготовить 3D-модель, добавить в нее элемент из имеющийся библиотеки единой конструкторской документации — например, подшипник — и дать эту модель обработать компьютеру. Он выдаст чертеж во всех возможных проекциях, которые уйдут в производственные цеха.
Знакомлюсь с Дмитрием. молодым инженером. Ему 27, четыре года назад он закончил Бауманский университет, факультет машиностроительных технологий. Работа ему нравится, интересная, в точности соответствует его институтской специальности. Но вообще молодежи на предприятии немного, с рабочими местами по такой профессии в Москве напряженка...
По дороге к метро пообщался и с товарищами по группе. Что их привело на такую экскурсию? Молодая пара оказалась медиками, им «просто интересно». Примерно то же ответила мастер по прическам Дари. Мама с двумя детьми по профессии — биолог... Никто, как видим, с промышленностью не связан. Правда, старший мамин ребенок, мальчик лет 10, интересуется машинами и инженерным делом. Ради него, говорит женщина, и пошла.
Маленькая, но надежда, что когда парень подрастет, ему покажут что-то поинтереснее производства мороженого.
