С тех пор как во Владивостоке открылся огромный оперный театр, построенный по образцу театра в южнокорейском Коянe, прошло пять лет. Из них почти три года театр живет под брендом «Приморская сцена Мариинского театра», и все люди искусства с Дальнего Востока просто молятся на Валерия Гергиева. Хотя шеф Мариинки и не так часто приезжает в филиал театра на берегу легендарной бухты Золотой Рог, как это хотелось бы местному зрителю: все-таки расстояние почти в 7 тысяч километров, а прямое авиасообщение между Санкт-Петербургом и Владивостоком, как ни странно, отсутствует...
Расстояния для Гергиева никогда не были помехой. Он, пожалуй, единственный, кто из представителей отечественного культурного истеблишмента распознал фантастический потенциал этого региона, связанный не с морскими и прочими ресурсами, а с душой этого края и его локацией. Владивосток оказался в нужном месте в нужное время. Рядом Япония, которая сходит с ума от классической музыки, Китай и Корея, где живет второе, а быть может, даже первое поколение меломанов. А до ближайших оперных театров на территории России — в Якутске 2 тысячи, в Красноярске 3 тысячи километров. Поэтому сегодня нет лучшего места в мире, чем Владивосток, для создания новой российско-паназиатской культурной столицы.
И туристический поток с приходом Мариинского театра во Владивосток растет в геометрической прогрессии. Хотя, признаем, аншлаг в театре — явление не повседневное, что вполне естественно для места, где пять лет назад еще не было ни собственной балетной, ни оперной труппы. На первых порах Мариинский лишь мудро отдавал Владивостоку свои проверенные временем петербургские работы, где и сейчас появляются солисты головного театра, и привлекал внимание выступлениями звезд на фестивальных неделях, что стали уже прекрасной летней традицией.
Начиная нынешний театральный сезон, Приморская сцена Мариинки впервые отважилась на собственную премьерную постановку. Выбор пал на оперу Римского-Корсакова «Царская невеста», которая сегодня является абсолютной рекордсменкой по числу новых версий на российских сценах. И Мариинский театр только нынешним летом выпустил совсем иную версию этой оперы от постановщика Александра Кузина в Санкт-Петербурге. Теперь две мариинские «Невесты», очень разные и разлученные расстояниями, символизируют безграничность того музыкального царства, где правит Валерий Гергиев.
За постановку во Владивостоке взялся главный режиссер Новосибирского оперного театра Вячеслав Стародубцев в тандеме со сценографом и автором костюмов Петром Окуневым. Место за дирижерским пультом занял молодой романтик Антон Торбеев. Внешне стилистика спектакля традиционна, но его внутренняя энергетика такова, что постановка смотрится как детектив с элементами мистики: то ли тому виною зелье немца Бомелия (точная характерная работа тенора Алексея Костюка), то ли в этом и таится высшая воля Грозного царя, являющегося в устрашающе загадочном образе какого-то позолоченного языческого божества, одержимо жестокого.
В центре сцены — будто заговоренное пространство в виде куба, где происходят ключевые события оперы. Заглавная героиня — царская невеста Марфа Васильевна в исполнении чувственной Анастасии Кикоть (сопрано), «черноволосая, с собольей бровью» — проходит свой полный трагизма жизненный путь, начав его в небесно-голубом, а завершает в одеянии кровавого цвета. Точно в таком же наряде в финале появляется и отравительница Любаша (Ирина Колодяжная, которой, к сожалению, партия не по голосу). Но кода спектакля пробирает до мурашек...
Хотя честная попытка исполнить одну из самых трудных опер русского репертуара силами своих солистов далась Владивостоку с явным трудом. Но в регионе на краю земли, где нет консерватории, формирование оперной труппы — задача архисложная, не знающая простых и быстрых решений, требующая терпения и мудрости.
В грандиозных планах Гергиева — построить во Владивостоке еще и современный концертный зал, создать транснациональную академию для обучения и совершенствования молодых музыкантов, оперных певцов и артистов балета...
А если есть театр и хорошее учебное заведение, значит, есть и будущее? По-другому не бывает.
