Официальная премьера спектакля была в декабре прошлого года. По стечению обстоятельств, именно на декабрь приходится премьера и первой, и второй редакций оперы Шостаковича «Катерина Измайлова».
Правда, с оперой Дмитрия Дмитриевича и постановкой Александра Мохова – истории ровно противоположные. Если композитора обвиняли – причем якобы сам Сталин – в том, что он «заимствовал у джаза нервозную, судорожную, припадочную музыку» и результат – животные, вульгарные страсти. Тогда как Александру Мохову, как только он представил на суд свое детище, ставили в вину недостаток сексуальной энергии, мужской силы, сметающей все на своем пути. И тогда режиссер решил рискнуть – ввести на главную роль студента четвертого курса Школы-студии «МХАТ» Виктора Хориняка. В начинающем актере режиссер Мохов – а он еще и педагог – разглядел то, чего не нашел ни в одном «штатном» актере элитной «Табакерки»: необузданный темперамент, чтобы в жилах играла кровь, а может, и «сперма», неистовое желание отдаваться и безграничную свободу, которая бывает только в первой молодости. При этом типаж Виктора Хориняка – рослого, широкоплечего, быстрого и острого как кинжал, с простоватым лицом – вполне подходит на роль провинциального донжуана из позапрошлого века. Режиссер пошел на риск еще и затем, чтобы доказать: молодым надо давать зеленую улицу, потому что он каждый день обучает подростков в Актерской школе Табакова, открытой при «Табакерке» для одаренных ребят из всей России. Им, приехавшим в Москву из провинции, Мохов хотел наглядно показать: вот Виктор Хориняк, не получив еще диплома, играет круче заслуженных и народных, популярных и раскрученных...
С молодым Сергеем и Катерина Измайлова – актриса Дарья Калмыкова – заиграла с новой женской силой. Рядом с ней был мужчина, который как плод – только что созрел, и в какие руки он попадет, от этого зависит многое в его судьбе. Дарья Калмыкова – супруга Александра Мохова и моложе его на 17 лет, она – идеальная по возрасту, внешности, темпераменту Катерина Измайлова. Дарью же не остановила разница в возрасте с Александром Моховым, и кто знает – как бы сложилась ее собственная жизнь, если бы на ее пути встретился не интеллигентный, обаятельный, созидательный и во всех отношениях порядочный Мохов, а, например, бесшабашный самец типа Сергея из повести Николая Лескова?! Дарья как раз показывает свою героиню как игрушку в руках судьбы – сначала народную, лубочную – с песнями, плясками... а потом беспощадную кровавую фурию с ходульной походкой и хаотичными повадками. В самом названии повести и спектакля есть парадокс судьбы – «Леди Макбет Мценского уезда», и парадокс любви, страсти и долга стал главным средством для создания актерского образа Катерины Измайловой.
Все первое действие на свободе Леди Макбет прыгает из норки в норку – из спальни в баню, кладовую...
Александр Мохов для декораций своего спектакля использовал помещение «Табакерки» по прямому назначению – подвал, погреб, подземелье... Все комнаты, где грешит и убивает Катерина, – под сценой. А на сцене – каторга, отрезвление и конец. Ад, то есть то, что под землей, был тогда, когда героиня делала каждый следующий шаг к своей свободе и любви... Ад – это и есть сама наша рабская жизнь. А на поверхности, на сцене, где проходит второе действие, – что-то вроде чистилища. Действующие лица спускаются на сцену по железной лестнице, идущей как бы с неба, и делают то, что и делали в жизни – совокуплялись, торговались, любили и убивали... А потом вновь поднимаются по лестнице в ввысь...
Высоту удалось взять студенту Виктору Хориняку. Когда он играл Сергея, то каждая жилочка на его лице наполнялась соответствующей краской, обретала форму... Происходили физиологические перемены с актером во время спектакля, и это говорило о том, что он проживал свою роль... А значит, Школа-студия «МХАТ» еще способна выпускать актеров, которые умеют играть, проживать роль, используя при этом всю свою природу, дух и душу. Высота покорилась режиссеру Александру Мохову, который сумел «поменять коней» и сделать то, что будет интересно зрителям XXI века, пришедшим посмотреть «Леди Макбет Мценского уезда». И Дарья Калмыкова – на высоте. Пожалуй, впервые в этом спектакле проявился яркий женский темперамент Дарьи, ее народность и драматизм.
