У актера Петра Семака сразу две премьеры: он сыграл подполковника Вершинина в спектакле Льва Додина «Три сестры» и полковника в фильме Алексея Балабанова «Кочегар». О непохожих офицерах, сыгранных им, актер рассказал «Труду».
— В фильме «Кочегар» у вас роль небольшая, но яркая. Как получилось, что вы согласились на эпизод?
— С Алексеем Балабановым я знаком давно и очень хотел с ним поработать. Правда, мне сначала сказали, что в «Кочегаре» для меня есть небольшая роль, и я был сказочно рад этому. А когда пришел к Алексею на встречу, выяснилось, что у меня не роль, а скорее эпизод. Леша сказал, что денег на фильм нет, что практически все у него работают бесплатно, за идею, и что мою роль пришлось очень сильно сократить. Но что же, эпизод так эпизод, я согласился. И не жалею. Алексей Балабанов создает свой собственный мир в кино. Тем же самым занимается Лев Додин в Малом драматическом театре.
— Ваш полковник приходит к кочегару поинтересоваться, почему его дочка бегает в кочегарку и смотрит на огонь. Разве в жизни бывает, чтобы дочери полковников ходили по кочегаркам?
— Это же детство! А в детстве куда мы только ни ходили: и в кочегарку, и по крышам, и по подвалам лазили. Все было! А тут — кочегар, человек интересный, с большим жизненным опытом. Да еще огонь! Все дети тянутся к огню. Достаточно вспомнить пионерские костры и наше счастливое детство.
— Это просто совпадение, что вы почти одновременно сыграли офицеров и в театре, и в кино?
— В актерской профессии очень много совпадений. До военных у меня был период докторов. И когда мне предложили роль в постановке «Трех сестер», то думал, что буду играть доктора Чебутыкина. Но ошибся. Играю Вершинина. Вот скоро премьера. Волнуюсь.
— Вершинин — благородный человек,
— Почему не везло? Сложный вопрос, на который нет прямого ответа. Такая в России, видимо, жизнь, которая мало располагает к радости и счастью. Не получается у нас веселая любовь, и с этим, видимо, ничего не поделаешь. А мой герой Вершинин — это человек, который находится на вершине отчаяния. И здесь вопрос уже не о любви, а как бы ему с его благородством и отвагой не сорваться в бездну.
— Известно, что Лев Додин не любит, когда актеры клеят искусственные бороды, и заставляет вас для роли короля Лира отращивать собственную бороду. Как же вам удавалось совмещать игру в театре со съемками в «Кочегаре», где ваш герой чисто выбрит? Не замаялись с бритьем и отращиванием растительности?
— На «Ленфильме» для меня сделали несколько десятков бород, париков, усов. Вот таким образом мне удается обманывать с бородой даже Льва Додина. А что делать?
