Труд: Егор Бероев: Я всегда любил большие машины и бездорожье

Главная Культура 09:01 12 Декабря 2013 4892

Егор Бероев: Я всегда любил большие машины и бездорожье

В широкий прокат выходит предновогодний фильм – комедия «Полярный рейс» с Егором Бероевым, Юлией Снигирь и Дмитрием Нагиевым в главных ролях.

Елена Ищенко

Напечатать

Эта романтическая, волшебная история о летчике, который спешит на Новый год домой – к жене и двум славным детям, которых не видел три года. Накануне премьеры корреспондент «Труда» встретилась с Егором Бероевым и поговорила с ним о детских мечтах и крепких семейных традициях, среди которых актерство и Новый год в домашнем кругу.

В «Полярном рейсе» вы сыграли летчика, который по долгу службы часто отсутствует дома. Думаю, вам, актеру, это тоже знакомо: гастроли, командировки…

– Да, я два года провел в Казахстане на съемках фильма Бахтиера Худойназарова «В ожидании моря». Во время съемок «Полярного рейса» таких долгих командировок не было, зато всей съемочной команде устроили экспедицию за полярный круг, в Исландию. Поехали все – даже собака, сыгравшая в фильме. А скоро, я надеюсь, на экраны должен вы йти фильм «Территория», который снимался на Чукотке и на плато Путорана. Не знаю, побывал бы я в таких местах, если бы не профессия. Зато я вслед за Паустовским могу сказать, что жизнь – это путешествие.

– Герой «Полярного рейса» спешит к семье на Новый год, боится опоздать: не видел жену и детей уже три года. Вы сами часто не попадаете на праздник к семье?

– Вы знаете, нет. Новый год я стараюсь всегда отмечать с семьей. Это традиция.

– Эта традиция перешла к вам от ваших родителей? Вы же наполовину осетин, наверное, у вас в роду много подобных традиций?

– Нет, мои родители, наоборот, старались уходить на Новый год к своим друзьям. Скорее это традиция уже моей собственной семьи. А осетинские традиции, конечно, есть, но более общие – это традиции дома, семьи, клана, рода. Традиции больших застолий, присутствия друзей в доме, взаимопомощи – все это очень важно для меня. У нас в доме есть отдельная территория для друзей – комната со всей инфраструктурой, куда можно приехать и жить.

– Кем вы мечтали стать в детстве? Может быть, летчиком, как в «Полярном рейсе»?

– Нет, летчиком никогда не мечтал. Почему-то меня всегда тянуло к земле. Я хотел водить трактор. Когда я был маленьким, часто представлял, что еду на огромном тракторе типа «Беларусь», с огромными колесами, и вижу, как каждое колесо въезжает на препятствие, преодолевает его… Я всегда любил большие машины и бездорожье.

– Редко бывает так, что профессия, о которой мечтаешь в детстве, потом становится реальностью.

– Да, вы правы. С актерством есть еще вот какая история – это не совсем мужская профессия. Она очень зависима, и, чтобы не растерять мужские качества, нужно в первую очередь суметь сохранить достоинство и позицию. Что такое позиция? Это в определенных моментах жизни верность своим человеческим принципам, которые воспитали в тебе родители, которые ты сам приобрел. Иногда я понимаю, что профессия завлекает нарушить эти принципы, и тут уже твой выбор. Либо ты останешься мужчиной, останешься при своих принципах, что может быть неудобно или неприятно кому-то из окружающих, либо идешь на поводу, подчиняешься – людям, обстоятельствам. Иногда сделать выбор сложно, но я стараюсь оставаться при своих идеалах.

– Вы в последнее время редко появляетесь на театральной сцене. Почему?

– На сцене я играю один спектакль – «Страх мыльного пузыря» – уже седьмой год. Он идет всегда с большим успехом – полные залы, выкупленные билеты. Играем мы коллективом, который не меняется уже семь лет, каждый из нас получает абсолютно одинаковую сумму – это моя политика. Я буду заниматься театром, потому что это моя первоначальная профессия: я театральный актер и хочу делать спектакли.

Мы сейчас планируем большую историю, связанную с театром и нашим благотворительным фондом «Я есть». Скорее всего, в апреле будет проходить драматургический фестиваль, в котором будут принимать участие наши молодые прогрессивные драматурги. Они будут писать пьесы, истории особенных людей – тех, которыми занимается наш фонд. Но эти пьесы будут не только про их жизнь, но и про жизнь общества. Мы выберем несколько, чтобы поставить спектакли. Это будет наполовину социальный проект, наполовину творческий, но в этом уже есть и, я надеюсь, будет то, о чем я говорил: единение вокруг идеи. Может быть, я сам возьмусь за работу над одним из спектаклей.

– Сейчас редко случается так, что профессия становится традицией рода, когда отец передает дело сыну. Хотя актерских семей по-прежнему много: ваша семья, семья вашей жены (Ксения Алферова. – «Труд»), Бондарчуки, Михалковы, Ефремовы...

– Это заразная штука. Люди, которые с детства вкусили этот запах кулис, сцены, заболевают так, что уже не могут от этого отказаться. Я в 1990‑е годы не смог найти для себя что-то более близкое. Время было смутное – 1994 год, полный бардак. И я пошел в ту сферу, которую хорошо знаю – вокруг меня были актеры.

Я не хотел быть блатным, поэтому пошел в институт, где, как мне казалось, меня не знают. Но у меня спросили фамилию: а, ну понятно, дед Бероев, майор «Вихрь» (известный советский актер Вадим Бероев. – «Труд»).

Я был таким скромным, тихим человеком, стесняющимся. Я и до сих пор такой – боюсь больших сборищ, широкой известности. Я не очень к таким вещам готов, стараюсь сосредотачиваться на деле… Как сказал Хавьер Бардем, «когда меня видит зритель на экране, он не должен думать о том, какие носки я ношу в жизни». Частные публикации про нас, мелькание на страницах журналов я не приветствую. Я не считаю, что могу быть ведущим или принимать участие в телешоу, хотя однажды я и участвовал в «Ледниковом периоде», мне было это интересно.

Мы, актеры, – это персонажи, и мы должны беречь себя именно в этом качестве. Зрители могут обсуждать меня как актера – хороший, плохой, нравится, не нравится, – но не как человека. Это право зрителя, и я не могу нравиться всем.

– Но отказаться от этого мира уже нельзя?

– Нет, нельзя. Можно только переквалифицироваться, начать самому снимать. Например, Джаник Файзиев, мой друг и в прошлом блестящий актер, стал режиссером. Владимир Машков поставил потрясающий спектакль «13» на сцене МХТ. Думаю, что их преимущество как режиссеров в том, что они прекрасно чувствуют актеров, понимают, как с теми работать. Но уйти нельзя. Узнав вкус и запах сцены, невозможно с ней расстаться.

Наше досье

Егор Бероев родился в 1977 году в Москве в актерской семье. В 1994 году поступил в Высшее театральное училище им. М.С. Щепкина, после окончания которого был принят в труппу театра МХТ им. А.П. Чехова. На сцене дебютировал в роли Федора Годунова в спектакле «Борис Годунов». Играл в спектаклях «Обыкновенная история», «Привидения», «И свет во тьме стоит», «Джульетта и ее Ромео». Широкую известность Бероеву принесли роли в кино: в фильмах «Турецкий гамбит» (2005), «Адмиралъ» (2008), «Август. Восьмого» (2012). Жена Егора Бероева – актриса Ксения Алферова (дочь Ирины Алферовой и Александра Абдулова). Дочери Егора и Ксении Евдокии 6 лет.

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 21732

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...