Рынок поддельных люксовых товаров в России впервые превысил по объему легальный — и сразу на 13%. Продажи фальсификата в прошлом году составили 280 млрд рублей, тогда как оригинала реализовано на 250 млрд. По популярности подделок наша страна в топ-10 мирового рейтинга.
Россию можно называть страной победившего контрафакта, особенно в отношении статусных товаров. По данным компании BrandMonitor, на прилавках магазинов подделкой является каждый третий брендовый товар. Не говоря уже о вещевых рынках, где о происхождении покупки спрашивать не принято.
Бытует мнение, что легче всего нарваться на подделку в Сети. Меж тем объем интернет-торговли контрафактом по итогам года составил чуть больше 80 млрд рублей, а остальной 200-миллиардный оборот зафиксирован в офлайне.
Да, желание произвести на окружающих впечатление успешного и респектабельного человека на руку производителям контрафакта. Зачем покупать очки (часы, сумки, обувь, одежду) известного бренда за 30 тысяч, если «точно такие же» можно взять в 10 раз дешевле и издали выглядеть почти как Бекхэм?
По запросу «Patek Philippe купить» поисковик выдал мне 6 млн результатов. Страницы официальных продавцов хронографов знаменитой швейцарской мануфактуры ютятся где-то в третьем десятке, а все, что выше, — сплошь реплики. Для справки: цена оригинального Patek Philippe в России не может быть ниже 300 тысяч рублей. Подделки же стартуют с отметки в 3,6 тысячи.
Это наглядное свидетельство того, что с контрафактом в стране никто не борется. Сами бренды тратят в России гораздо больше сил и денег на борьбу с подделками, но что они могут? В нашей стране с 2011 года действует созданная по инициативе МВД Международная ассоциация «Антиконтрафакт», но если судить по сайту организации, ее «деятельность» ведется в энергосберегающем режиме — не более трех новостей в месяц (за июнь — вообще одна).
По данным все той же BrandMonitor, 86% россиян готовы покупать контрафакт для себя, а 75% не видят ничего зазорного в том, чтобы дарить подделки друзьям и знакомым. Лишь в Москве 20% опрошенных заявили, что принципиально покупают только брендовые вещи. В глазах же подавляющего большинства остального населения фальсификат — это не результат преступной деятельности, а обычный ходовой товар. При таком отношении шансов у оригинала в борьбе с подделкой нет.
Наверное, это пережиток из 1990-х, когда низкопробный ширпотреб захлестнул прилавки, а отечественная легкая промышленность, выживая, вовсю грешила контрафактом. Наши люди до сих пор считают, что он производится на обычных обувных или швейных фабриках, но только без учета, «в четвертую смену». А раз так, то нет ничего зазорного в том, чтобы покупать Nike, Adidas или Louis Vuitton на «Садоводе». А раз есть спрос, то обитатели подвалов столичных промзон из Средней и Юго-Восточной Азии сделают все возможное, чтобы его удовлетворить.
P.S. Доля контрафактной минеральной воды на российском рынке достигла 80%. Роспатент наказал 30 компаний, которые выпускают «Ессентуки», но в источниках Ессентуков эту воду не добывают. И еще: почти треть потребляемого в России алкоголя составляет незарегистрированная суррогатная продукция.
