Программа добровольная. Она должна заработать с января 2024 года, активным ее участникам власть обещает бонус в размере 108 тысяч рублей. Но дадут эти деньги лишь тем, кто сам три года ежемесячно будет откладывать на счет в негосударственном пенсионном фонде (НПФ) по 3 тысячи или больше (в Минфине называют взносы «необременительными»). А воспользоваться этими деньгами разрешат через 15 лет или после достижения пенсионного возраста.
Игра стоит свеч? Министр финансов Антон Силуанов назвал схему очень выгодной, хотя он оперирует совсем другими суммами. Когда программа разрабатывалась, министр привел пример: если человек вложит в систему долгосрочных сбережений 80 тысяч рублей в месяц, миллион в год, то получит доплату от государства в размере 36 тысяч плюс налоговый вычет на 12 тысяч. «Итого под 50 тысяч! Это прямая выгода и отличие от простого вложения денег в банк», — заметил Силуанов, чей задекларированный годовой доход составил 28 с лишним миллионов. Но неужели министр не знает, что банки нынче предлагают на вклад от 100 тысяч значительно более высокий доход — от 7 до 9,5%. На миллионный вклад в банке прибавка составит до 95 тысяч в год. Проблема в том, где обычному россиянину взять этот миллион!
«Чтобы народ понес в НПФ свои деньги, они должны быть, во-первых, «лишними», во-вторых, обеспечивать существенно более высокую доходность, чем по банковским вкладам», — говорит эксперт Сергей Смирнов. Профессор Финансового университета при Правительстве РФ Александр Сафонов тоже считает, что рядовому пенсионеру нет смысла вкладываться в долгосрочные проекты, ему важны текущие доходы.
Должна быть уверенность и в надежности негосударственных пенсионных фондов. Но средняя доходность действующих ныне НПФ в 2021 году составляла всего 4,7%, ниже уровня инфляции. К тому же 15 лет назад в стране было более 200 НПФ, а ныне осталось 38. Где гарантии, что и они не исчезнут?
Правда, в новой программе долгосрочных сбережений россиян обещано государственное страхование накопленных взносов в размере 2,8 млн рублей. Но и к государственным гарантиям у россиян немало вопросов. Была, к примеру, у предпенсионеров накопительная часть пенсии, но в 2014 году ее заморозили, и лишь теперь Минфин обещает присоединить уже накопленные взносы к будущим «долгосрочным сбережениям», которые станут неприкосновенными на 15 лет или до достижения пенсионного возраста. Как говорится, попробуй догони...
Еще любопытнее ситуация с заморозкой индексации пенсий работающих пенсионеров, которых в стране осталось 7,9 млн — почти вдвое меньше, чем было в 2015 году. Известны расчеты депутата Оксаны Дмитриевны, согласно которым за период заморозки, то есть с 2016 года, ежемесячные пенсии работающих стариков должны были вырасти в среднем на 6189 рублей, или на 74 тысячи в год. Но министр Силуанов утверждает, что у государства нет таких денег. Хотя каждый работодатель, у которого трудится пенсионер, регулярно перечисляет в Пенсионный фонд за своего работника 22% от суммы начисленной зарплаты. Стариковская зарплата ныне составляет в среднем по стране 44 тысячи — и в ПФР от работодателя поступает 9680 рублей. Тем самым работающие пенсионеры полностью покрывают потребность в финансировании индексации своих и без того грошовых пособий на старость. Но Минфин стоит на своем: «Денег нет!»
Зато, как заявляет министр Силуанов, новая схема сбережений личных денег россиян «создаст дополнительный стимул для роста длинных денег в экономике». Хотя в стране уже имеется подобный механизм — Фонд национального благосостояния (ФНБ), который формируется за счет дополнительных доходов от нефтегазового комплекса. В положении об этом фонде сказано, что он является «частью механизма пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации на длительную перспективу». Но знают ли об этом сами российские пенсионеры?
