На этой неделе российская сторона передала в ЕАЭС проект соглашения о создании специальной комиссии по расследованию авиационных происшествий. Министр Максим Соколов заявил, что новая структура начнет работать уже в следующем году. Чего ждать от такой реорганизации?
Напомним: в ноябре 2015 года функции по сертификации авиатехники от МАКа были переданы Росавиации. А в этом году уже Генпрокуратуре пришлось давать оценку тому, как ведомство распорядилось новыми полномочиями. В представлении надзорного ведомства в адрес Минтранса отмечается: за 20 месяцев так и не создана нормативно-правовая база национального органа по сертификации. А значит, не заключено ни одного соглашения с зарубежными партнерами, что усугубляет проблемы экспорта авиационной техники. Авиационные власти США, Канады, Китая и Евросоюза заявили, что начнут взаимодействовать с Россией только после изучения и аудита вновь создаваемой национальной системы сертификации и подписания соответствующих договоров.
Для сведения: сегодня МАК имеет соглашения по признанию системы сертификации летной годности с 70 государствами и межгосударственными союзами, включая ЕС, Китай, страны БРИКС, ШОС. Трудно сказать, сколько времени потребуется на подготовку и согласование новых договоров. А тем временем, выполняя межгосударственные соглашения, МАК продолжает работу в интересах 12 государств по сертификации авиационной техники (RRJ-Cyxoй, МС-21, вертолеты, аэронавигационное оборудование), международных аэродромов, их оборудования, учебных центров и ремонтных предприятий. За плечами у МАКа наработанные за много лет связи с EASA (европейской системой авиационной безопасности), европейскими и российскими производителями.
Наши эксперты, расходясь в оценке инициатив Минтранса, единогласны в одном: решение о передаче зафиксированных в межгосударственном Соглашении о гражданской авиации полномочий МАК по сертификации Росавиации было принято без глубокого анализа последствий. Оно не согласовывалось с другими государствами — участниками Соглашения 1991 года, партнерами по СНГ и ЕАЭС.
Но вернемся к новой инициативе Минтранса о создании в рамках ЕАЭС специального органа по расследованию авиационных происшествий. Вот мнение по этому поводу известного летчика-испытателя, Героя России Магомеда ТОЛБОЕВА: «МАК более четверти века назад попытался собрать воедино разваливавшееся единое воздушное хозяйство. Это удалось, поскольку проблемой занимались и продолжают заниматься признанные у нас и за рубежом специалисты в области авиационной науки и безопасности. Это штучные профессионалы и высокотехнологичный научный центр. Зачем столь сложное хозяйство, как расследование авиа-происшествий, передавать Росавиации, объяснить не могу. Получается, приобретя функции расследования, они будут контролировать сами себя?»
С ним соглашается глава Infomost Борис РЫБАК: «Необходимые для расследований ресурсы МАК унаследовал от СССР. Воссоздание аналогичной структуры с нуля в современных условиях потребует существенных затрат. К тому же если оно потребует выхода РФ из соглашений о деятельности МАКа, то это породит дипломатические проблемы».
Как проинформировал «Труд» зампредседателя МАКа Сергей ЗАЙКО, за более чем четверть века эта межгосударственная организация обрела признанный в мире авторитет региональной авиационной структуры, зарегистрированной в этом качестве в ООН (ИКАО). В Евросоюзе аналогичный орган, с которым МАК сотрудничает на основе международного соглашения, создан только в 2004 году. МАК поддерживает международные соглашения с 77 странами (последнее с Турцией) и 19 международными организациями, действующими в сфере авиации, в первую очередь с ИКАО. Расследовано более 750 авиационных происшествий, из них более 40% — в 76 странах мира. Ни одно заключение МАКа не оспорено в процессуальном порядке. Разработанная совместно с СНГ, ОДКБ и Антитеррористическим центром программа МАКа по борьбе с авиационным терроризмом признана ИКАО одной из лучших в мире.
А вот мнение известного авиационного эксперта, бывшего замминистра ГА СССР Олега СМИРНОВА: «У нас все расследует МАК, но полномочий на невыполнение предложений и рекомендаций он не имеет. Поэтому выполняется лишь незначительная часть предложений...»
Возможно, МАК просто раздражает Росавиацию своими выводами, которые мешают ей жить спокойно, а порой и скрывать то, что не красит ведомство? Правда, вопрос, ведут ли инициативы ведомства к повышению безопасности полетов, остается в стороне. А ведь он — самый главный.
