Сергей Соловьев приступил к съемкам фильма «Елизавета и Клодель», в котором главные роли играют выпускницы его мастерской во ВГИКе. «Труду» Сергей Александрович рассказал о том, почему решил связать темы сексуальной и социальной революции.

 — Говорят, ради новой работы вас занесло во Францию. Каким ветром? Неужто решили снять фильм к 200-летию русской победы над Наполеоном?

— Мой будущий фильм — о совсем другой победе, а может, и о поражении: о сексуальной революции в России. Героини — две девочки 17 лет: русская Елизавета и француженка Клодель. Они — из хороших семей, убегают из дома на французский курорт Довиль (где, кстати, происходит действие знаменитого фильма Клода Лелюша «Мужчина и женщина»), горя желанием поучаствовать сразу во всех революциях — и пролетарской, и сексуальной, и мировой. Но на курорте оказывается всего четыре мужика — сумасшедший пилот, который бьется головой об стенку, после чего ложится в больницу; 75-летний лауреат Нобелевской премии, приехавший во Францию, чтобы проститься с этой страной, где прошло его детство; русский революционер, которого играет Александр Баширов, да еще один авантюрист. В результате столь небольшого и специфического выбора сильного пола девочки понимают, что им остается любить только друг друга, потому что все другие заняты необъяснимой хреновиной, в том числе и выпуском революционной газеты «Искра». Героини очень сильно привязываются друг к другу. Конец у фильма трагический — девочки становятся взрослыми и слишком опытными для своих лет, но не для своего века. Вот такая история.

— В ваших фильмах всегда есть место для красавиц. Наверняка и фильм с такими звучными женскими именами не стал исключением?

— На главные роли я объявил немыслимый поиск — на всю Европу. Искал, искал, красавиц в том числе, но почему-то не находил. И вот на выпускных экзаменах во ВГИКе наткнулся на двух студенток, моих же учениц из актерской группы, и сразу сказал себе: «А вот же они — и одна, и другая!»

— От многих мэтров вас выгодно отличает одна способность — оставаться в душе молодым несмотря ни на что. Этому вы учитесь у своих студентов?

— Говорю студентам: «Педагог я никакой, а просто вампир, который ходит к вам пить молодую, свежую кровь. Именно свежую — прошу, не рассказывайте мне вещи, которые я знаю. Говорите только про то, чего я знать не могу, в частности, в силу своего возраста». Четыре года назад я набрал во ВГИК курс из 30 человек вместо положенных по плану 12, и это был маразм с моей стороны! Но при этом я четко осознавал, что если я их всех не возьму, то их никто не возьмет, и они, никому не нужные, так и будут болтаться. Неоднократно был свидетелем того, как очень талантливые люди не смогли реализоваться только потому, что на их пути не встретился человек, который бы им сказал: «Приходи завтра в 12 часов». В кино этих людей огромное количество — здесь реализоваться в одиночку невозможно, должны быть единомышленники, друзья и, конечно, учителя. Я думаю, что самая страшная трагедия — это трагедия нереализованности. Поэтому крайне важно, чтобы каждому человеку вовремя была введена инъекция как минимум похвалы: «Какой ты молодец» — а лучше конкретной поддержки. Ведь люди состоят не из железа и силы их не беспредельны. В порыве отчаяния можно все бросить и пойти продавать пирожки, ведь так? Нельзя допустить, чтобы талантливые ребята пошли продавать пирожки вместо того, чтобы учиться на актеров, режиссеров, операторов…

— В этом году на российском кинофестивале «Кинотавр» в конкурсе «Короткий метр» преобладали дети известных режиссеров и актеров — Шахназарова, Аграновича, Имбрагимбекова, Болтнева. Конечно, и у них свои проблемы, но эти ребята не пропадут. Сложнее талантливым ребятам из глубинки, которые приезжают штурмовать ВГИК прямо с чемоданами в руках и без всякой поддержки. Есть ли такие на вашем курсе, помогаете ли им?

— На моем курсе нет детей известных режиссеров, хотя, если бы были, с удовольствием бы их учил. А потом непременно позвонил бы папе или маме, чтобы сказать им: «Ну, ты и титан — и сам хорош, и сына вырастил талантливого…» Зато на моем курсе есть девочки-близняшки из маленького села под Йошкар-Олой. Одну девочку я сразу взял на курс, а другой сказал: «Извини, нет у меня столько мест, ну совсем нет». На что девочка сказала: «Буду сама как-нибудь к вам карабкаться». И выяснилось, что девочка, которую я взял на актерский, — грандиозный режиссер, я перевел ее на режиссерский факультет. А на освободившееся место взял ее сестру-близняшку. Все студенты моего курса на актерском факультете живут в общежитии, для них символ успеха — перейти с десятого этажа общежития ВГИКа, где жить невозможно, на четвертый, где человеческие условия. Поверьте, на актерском факультете есть большие таланты, и на режиссерском человек пять с будущим. Вот только вопрос: как их для этого будущего сохранить? Ведь дальше начнется самое страшное — когда они закончат ВГИК и попадут в руки так называемого продюсерского кино, которое сегодня пришло на смену режиссерскому. Это кино предъявляет очень жесткие требования.

Во ВГИКе была такая история: собрались в институте крупнейшие продюсеры страны, чтобы сказать нам, мастерам, как плохо мы учим студентов, которые «за один день не могут снять даже серию простейшего сериала»! И пришел на это собрание Марлен Мартынович Хуциев. Пришел, не понимая, куда попал и кто тут сидит. Но потом разобрался и, обведя всех пристальным взглядом, сказал: «А вы понимаете, что вы враги народа? И настанет время, когда народ воздаст вам за ваши деяния!» Сказал, на мой взгляд, гениально. Он имел в виду, что ребята-актеры приходят в эту нашу реальность делания денег — и начинают ломаться, соблазняться. Вот тут нужна несгибаемость, аскетизм, сила воли, иначе эти крупные продюсеры согнут тебя в бараний рог.

— А вот выпускник ВГИКа, режиссер и продюсер Валерий Тодоровский недавно со своей стороны выразил сожаление, что большинство студентов театральных вузов — недалекая, необразованная, однообразная молодежь, которая хочет только денег и славы…

— Когда мы сокрушаемся: «Ах, молодежь, молодежь...», то лично у меня возникает странное чувство. Разве нашу молодежь, этих парнокопытных животных, которые в кино все время жуют попкорн и требуют, чтобы вместо фильма «Летят журавли» показывали «Летят пеликаны», прислали инопланетяне? Нет, это все мы сделали — родили, воспитали, развратили своими же руками и другими частями тела. В тот же ВГИК приходят на удивление серые ребята. Один меня спрашивал, кто такой Любшин, а другой — кто такой Шукшин…

Если смотреть на общую массу, то исключительная серость и тупость. Но когда удается из этого количества людей отобрать действительно талантливых, а через год обучения сделать из них пытливых зрителей, через два года — нормальных людей, то ребята начинают понимать, зачем нужно кино. Как правило, к третьему курсу 90 процентов студентов становятся хорошими людьми, а некоторые из них даже замечательными. Ну, а потом продюсеры, которые хают молодежь, их же и соблазняют деньгами, славой… При этом на вопрос «Куда государственные деньги дели?» эти продюсеры отвечают: «Помогаем молодым». Когда просят уточнить: «Каким именно образом помогаете?», те отвечают: «Мы их запускаем, а потом отпускаем». Это бюрократическая фигня. Куда запускаете, куда отпускаете, кого, зачем? Никто не знает. Вот такая жизнь… Стараемся как-то сопротивляться.

— Не секрет, что многие актеры и режиссеры, подававшие большие надежды в молодости, быстро сгорели от ранней славы. Есть у вас на этот счет наставление студентам?

— «Вас ждут, вы нужны, но главное — не сойдите с ума», — говорю им постоянно. Предостерегаю: «Только не вступайте на такую порочную и скользкую стезю, как погоня за успехом. Успех у вас может быть только один — в своих собственных глазах».

— У вашей «Ассы» был сумасшедший успех. Но на пользу ли всем нам — зрителям и стране — пошла эта картина?

— Сам стоял в финале «Ассы» в толпе и кричал: «Перемен, хотим перемен». Но уже потом отчетливо понял: все мы были тупой массовкой для тех, кто знал, что хочет получить, разваливая СССР. После того мнимого праздника свободы началась коммерция. Когда я снимал «2-Ассу-2», то поначалу меня угнетала мысль: «А не сильно ли я нагнетаю страсти по поводу того, во что переросло наше стремление к переменам?» «2-Асса-2» — картина о надежде, только для более взрослой и мудрой аудитории. Участие в фильме «2-Асса-2» великого альтиста Юрия Башмета и потрясающего музыканта Сергея Шнурова позволило выкинуть из головы все плохие мысли, и я ощутил прилив позитива и душевного здоровья.

— Как вам удалось соединить таких разных по жанрам и сценическому образу музыкантов?

— И Юра, и Шнур — милейшие, интеллигентные люди. Года три назад, выступая в эфире одного крупного зарубежного канала, я прочитал стихи Сергея, которыми искренне восхищаюсь, хотя ведущий программы был смущен. Но до Шнура я прочитал стихи Леонида Мартынова, которые тот же ведущий нашел слишком грустными и сам попросил прочитать что-нибудь жизнеутверждающее. Я выбрал не совсем нормативное с точки зрения лексики стихотворение Сергея. На мой взгляд, он выдающаяся личность. Кстати, Сергей высоко оценивает мой фильм «Анна Каренина», а не «2-Ассу-2», где сыграл главную роль. Называет продолжение «Ассы» хренью, которую сняли — и фиг с ней, а вот «Анна Каренина», по его словам — это картина! На «2-Ассе-2» Шнур по-человечески подружился с Башметом. Между прочим, по образу жизни, мироощущению Башмет в два раза больше рокер, чем Сережа. Юра — просто адский человек.

Помню забавный случай, как Башмет со Шнуром возвращались из филармонии и между ними случился колоссальный диалог. Я шел сзади, как родитель за своими детьми, и все слышал. Башмет спрашивает у Шнура: «Сереж, ты хороший парень, но не пойму — башка у тебя есть или ее нет? Я прочитал в одном интервью, как ты обо мне говоришь: «Я знаю Башмета давно, лет шесть, у нас очень хорошие отношения, потому что за все эти годы я ни разу не видел его трезвым». «Ну ты соображаешь, — упрекает его Юра, — что говоришь на всю Россию? А у меня, Сережа, есть дети, внуки, и они всю эту хрень, которую ты распространяешь обо мне, читают». Последовала мхатовская пауза, после которой Шнур тихим голосом говорит: «Я вас не понимаю. Совсем не понимаю. По-вашему, я должен на всю Россию врать?»

— Уже три года мы зачитываемся вашими «Воспоминаниями». Чем была вызвана потребность обратиться к мемуарам? Ждать ли новых книг Сергея Соловьева?

— Я давно писал-писал, но для себя. Кропал листочки для будущей книги, когда лежал в больнице или когда маялся от безделья на фестивалях. Но в один прекрасный момент редактор журнала «Сеанс» Люба Аркус, увидев стопку моих листочков, спросила: «А что это у тебя там?» Почитав, предложила напечатать. Вначале я сомневался, что люди, о которых я рассказываю — а это режиссеры Лариса Шепитько, Андрей Тарковский, сценарист и поэт Геннадий Шпаликов — кому-то сейчас интересны и их еще помнят. Но Люба мне возразила: «Пока знают, кто такой Сергей Соловьев, будет интересно прочитать и о тех, о ком он рассказывает». Тогда я ухватился за возможность отдать свой долг людям, благодаря которым я стал тем Сергеем Соловьевым, которого вы знаете. Если бы не они, то моя судьба сложилась бы иначе. Но это еще не все. Теперь я просто обязан написать книгу, которая будет называться «Черная книга русского кино». Я ведь знаю, что на самом деле происходило и происходит с нашим великим кинематографом.

— Вы себя чувствуете в долгу?

— Прежде всего — перед своим учителем Михаилом Ильичом Роммом. Если бы не он, даже не берусь представить, что бы со мной было в этой жизни. Думаю, что ничего хорошего. Михаил Ильич принял меня на свой курс вовсе не потому, что я был такой талантливый, как, скажем, Никита Михалков (тоже ученик Ромма), а исключительно из протеста против указа Никиты Хрущева, согласно которому в творческие вузы должны были принимать только студентов «с жизненным опытом». В своих книгах я рассказал о встречах с теми людьми, которым обязан всем. Многие из них уже ушли. А поскольку наша забывчивость не знает границ, по поводу чего негодовал еще Пушкин («мы ленивы и нелюбопытны»), то я с удовольствием подверг себя книжной диарее. Возмутительно, что мы помним и почитаем всякую хреновину, а своих художников забываем на другой день после их смерти.

— Название «Черная книга русского кинематографа» звучит слишком мрачно для такого человека, как вы, Сергей Александрович, — жизнерадостного, веселого, душевно молодого. Кого собираетесь оплакивать?

— Лицо нашего кинематографа, которое мы потеряли, а раньше оно было прекрасным. Главное качество советского кино заключалось в том, что все фильмы нашего огромного мира были непрофессиональными. Во времена моей молодости даже говорили, что все профессиональное — это фигня, а ценность была в том, что все снимали любительские фильмы, и снимали «любя кино». Понимаете? Не любя цифры сборов, хотя сборы, между прочим, были колоссальными. «Ассу» за первые восемь месяцев проката посмотрели 88 миллионов зрителей. Любительское кино — это акт индивидуального сознания, и, как правило, не совсем нормальных людей (в хорошем смысле этого слова). В то время как все зарабатывали бабки и знали, как их срубить, мы занимались посланиями к миру, снами сумасшедших — но это были прекрасные сны. Это лицо утеряно, но не полностью. Есть еще психопаты, которые этими посланиями, а не баблом, занимаются. Среди этих великих сумасшедших, психопатов, безумцев: Рустам Хамдамов, который за копейки снял фильм «В горах мое сердце» (я его в первую очередь показываю своим студентам режиссерского факультета), Отар Иоселиани, Алексей Герман-старший — люди, помешанные на искусстве. Возрождение наступит только в том случае, если мы вновь начнем получать послания о снах в том мире. Я имею в виду не тот мир, о котором нам все рассказали в Голливуде.

— Вы были дружны с Андреем Тарковским. Расскажите о нем.

— Долго я не мог понять, как возможно, что у художника с такими гармоничными, ясными и прекрасными фильмами такая сложная, мучительная личная жизнь? А ответ на этот вопрос получил совсем недавно — из книги переводчицы Тарковского в Италии Лейлы Александер-Гаррет, которая работала с ним в последние годы его жизни и спустя 30 лет написала свои воспоминания. С этой женщиной я случайно встречался в Лондоне, где она живет, и она смогла объяснить мне этот диссонанс жизни и творчества Андрея Тарковского.

— На фестивале «Дух огня», президентом которого вы являетесь, был показан фильм Игоря Майбороды «Обратная сторона «Сталкера», в котором рассказывается история дружбы и ссоры Тарковского и оператора Георгия Рерберга. Думаете, нужны такие разоблачения нашему зрителю?

— Гоша в фильме Майбороды показан таким рыцарем, гением, хотя в жизни он был талантливым алкашом. Знаете, с пьяницами всегда особая история, как, впрочем, и с сумасшедшими…

— Один из самых любимых сумасшедших современного кино — актер Александр Баширов, которого вы с удовольствием снимаете в своих фильмах, — на недавнем «Кинотавре» вынес приговор Анне Карениной: «Зачем она сделала из себя фарш? Вот зачем? Все это — женский феминизм, который меня достал». Не было ли у вас желания сделать конец экранизации великого романа счастливым?

— Вступить в соавторство с Толстым, а уж тем более поиздеваться над его романом не было ни малейшего намерения. Вполне достаточно того, что написал Лев Николаевич. На мой взгляд, очень важно внести в сознание современных людей, что на первый взгляд такая старомодная «Анна Каренина» современнее всех баек, сериалов и бульварных романов, которые в избытке потребляют сегодня и дети, и взрослые, и старики. Любая настоящая любовь — это трагедия. По-другому в русской жизни не бывает. Ричард Гир, с которым я дружу, однажды мне сказал: «90 процентов голливудских актрис мечтают о роли Анны Карениной; правда, из них единицы читали роман Толстого. Все только знают, что в конце был паровоз». Для того, чтобы побороться с этим «знанием» — что в конце «что-то про паровоз», — я решил снять картину о том, что же на самом деле происходило в романе Толстого. Когда я снимал «Анну Каренину» — а было это непросто, — меня не покидало радостное и светлое чувство, а почему, откуда оно — понять не мог. Потом до меня дошло: это замечательно, когда снимаешь про людей, а не про свиней! Вот сегодняшняя жизнь — свинская, и снимаешь про современность, казалось бы, самую светлую сказку про чистую любовь, но ощущение такое, что хочется пойти и повеситься. А когда ты снимаешь про людей, их несчастье и счастье, про тот мир, который был в России, — это прекрасно. Волшебно-прекрасный мир и волшебно-прекрасные люди, которые переживали настоящее счастье, проходили настоящие испытания, искали выход…

— Говорят, что выход есть всегда. Вот вы же искали 15 лет деньги, чтобы снять «Анну Каренину», и нашли?

— Так уж устроен мир, что выхода нет. Какой выход? Все мы умрем. Но мир наш — Божий, а не свинский, и это колоссальная разница. Кстати, сейчас мы готовим к выходу пятисерийную версию моего фильма «Анна Каренина» на Первом канале. Константин Львович Эрнст проявляет удивительное благородство и заинтересованность в этой картине. Он позволяет нам использовать все возможности кинопроката, а как только я дам знак, сразу покажет на главном канале страны. Хотя он имеет право на все, потому что вклад Первого канала в эту картину очень значителен. Ждите!

— Не пытались посмотреть новым кинематографическим взглядом на роман «Война и мир»?

— Если сегодня собрать меня, Германа, Сокурова, Михалкова, дать дикие бабки, чтобы мы сняли даже кусочек сцены Аустерлицкого сражения, то мы не снимем так, как это снял Сергей Бондарчук. Не умеем, не понимаем, не знаем. Это уникальное мастерство — снимать войну, батальные сцены. Горжусь тем, что в последние полтора года жизни я дружил с Сергеем Федоровичем. Хотя он относился ко мне несколько ревниво. Ему очень нравилась моя картина «Сто дней после детства». Я абсолютно не готов что-то копировать у Бондарчука, но если в моей «Анне Карениной» чувствуется расположенность к Божьему свету и нерасположенность на этом свете тупо зашибать деньгу, то в этом большое наследие, заслуга, влияние Сергея Федоровича Бондарчука.

Резюме «Труда»

Сергей Соловьев, кинорежиссер

Родился в 1944 году в городе Кемь Карело-Финской ССР в семье начальника отдела СМЕРШ Карельского фронта.

Учился на режиссерском факультете ВГИКа, окончил в 1968-м.

Работал режиссером Мосфильма с 1969 года.

Снял фильмы «Сто дней после детства» (1975), «Чужая Белая и Рябой» (1986), трилогию «Асса» (1987) — «Черная роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви» (1989) — «Дом под звездным небом» (1991), дополненную «2-Асса-2» (2007), а также «Анна Каренина» (2007), «Одноклассники» (2011).

Лучшие фильмы Сергея Соловьева

«Сто дней после детства» (1975)

Красивая картина о первой любви, настоящей дружбе и конце детства, в которой Татьяна Друбич сыграла одну из своих первых и лучших ролей.

«Асса» (1987)

Фильм, ставший культовым для поколения 80-х. Друбич снова в роли наивной и красивой: ей приходится выбирать между бандитом и художником.

«Черная роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви» (1989)

Трагикомедия, в которой 15-летний миллионер, диссидент, арбатская красавица и позднесоветский супермен разыгрывают историю жизни.

«Нежный возраст» (2000)

Картина, во многом повторяющая фильм «Сто дней после детства», но на фоне нового общества, где главные роли играют топ-модели и мафиози.

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...

В Нижегородском государственном художественном музее экспонируется выставка «Русский символизм: от Врубеля до Ларионова» из коллекции почетного академика Российской академии художеств Валерия Дудакова. 38 картин,...

Сколько себя помню, эта маленькая книжица всегда лежала в нашем доме на видном месте. Время от времени кто-то из домашних брал ее в руки и начинал цитировать классика, а остальные подхватывали фразу, поскольку...

Есть несколько явлений и персон, которые подлежат всеобщему презрению. Это враждебные интернет-ресурсы, коучи, морочащие людям головы и зарабатывающие на этом миллионы. Ну и дамочки, ради красивой жизни умотавшие за границу....

29 марта могло бы исполниться 90 лет Станиславу Говорухину — режиссеру, сценаристу, актеру, живописцу, публицисту, политику, многолетнему председателю думского комитета по культуре. Его именем будут названы теплоход...

Помощник президента РФ Владимира Путина, председатель Российского военно-исторического общества и бывший министр культуры страны Владимир Мединский в ходе Балтийского культурного форума выступил с рекомендацией исключить германские элементы...

Фильм «Ангелы Ладоги» 16 апреля открывал Московский международный кинофестиваль. А 23 апреля, в день закрытия ММКФ, вышел большим тиражом во всех кинотеатрах страны. Можно предположить, что новая картина...

Российским фильмом «Ангелы Ладоги» в постановке Александра Котта 16 апреля в столице открылся Московский международный кинофестиваль. В программе киносмотра более 200 картин из 43 стран мира. Фестиваль...

На сцене Театра Моссовета состоялась торжественная церемония 39-й Национальной кинопремии «Ника», на которой награждали лучшие фильмы 2025 года. Место встречи выбрано неслучайно: с этим театром в последние...

Как минимум на три шедевра уменьшится сокровищница национального искусства — Третьяковская галерея. Речь идет о двух иконах и кресте, доставшихся нам от Древней Руси. Донскую икону Божией Матери (конец XIV века)...

50 лет назад на экраны страны вышел фильм «Табор уходит в небо». Снял картину на студии «Мосфильм» молдавский режиссер Эмиль Лотяну. Романтическую поэму о любви и воле только в СССР...

Он возник еще в 1935 году, жюри тогда возглавил Сергей Эйзенштейн. На протяжении десятилетий ММКФ был для наших зрителей «окном в мир». Здесь представляли свои ленты Феллини, Куросава, Вайда, Сергей Бондарчук,...

Моя 76-летняя мама Вера Васильевна Заозерская — инвалид I группы, живет в центре Белгорода. И с начала нынешнего года она мучается с обычным телевизором. Через день тот перестает работать, мама подает сигнал...

Заслуженная артистка России Наталья Миронова, известная отечественным зрителям по ролям в целом ряде знаковых проектов – «Реальные пацаны», «Дальнобойщики», «Лифт уходит по расписанию», «Батя...

Про женщин, останавливающих коней на скаку и заходящих в горящие избы, слышали, знаем. И челночниц, таскавших огромные баулы с барахлом, спасавших в 90-е детей и мужей от нужды и голодухи, видели,...

Телевизионные пропагандисты с возмущением кричали: «Вы что же, цветами ее встречать будете, если она соизволит вернуться?!» Требовали конфисковать собственность певицы в России и вообще забыть ее,...