Не найдя среди конкурсных картин ни одной, которой можно было бы отдать главную награду, жюри ХIХ фестиваля «Окно в Европу» впервые присудило Гран-при «Золотая ладья» не ленте, а актеру — Петру Зайченко. «Труд» считает это революционное решение безусловно справедливым.
Если определить
Режиссер Авдотья Смирнова на церемонии закрытия отсутствовала, она уже занята новым проектом — на этот раз социальной драмой «Коко», где главные роли сыграют Анна Михалкова и Яна Троянова. Получать приз за дочку вышел Андрей Смирнов. «Родители иногда завидуют детям», — сказал Андрей Сергеевич, забирая «Золотую ладью» зрительских симпатий.
Но и сам он без награды не остался: его эпическая картина «
С международной премьеры на российскую примчался из Локарно в Выборг Алексей Гуськов и не прогадал: военную драму «Четыре дня в мае», где он является продюсером и исполнителем одной из главных ролей, «Окно в Европу» одарило спецпризом «За смелость и гуманизм», а также призом зрительских симпатий. Всего их три — посередине между «Двумя днями» Авдотьи Смирновой и «Четырьмя днями» немецкого режиссера Ахима фон Борриса, известного комедией «Гуд бай, Ленин», примостились «Пять невест». Из подражания старым добрым советским кинокомедиям получился дурной новодел, но зрители, видно, так жаждали фильмов, дающих радость, что с готовностью закрывали глаза на корявость сюжета и все другие очевидные недостатки.
Петр Зайченко: «Зрители смотрели кино как дети»
Победитель и нарушитель традиций фестиваля «Окно в Европу» заметил в интервью «Труду», что награду Выборгского фестиваля воспринимает как неслучайную. После церемонии награждения актер ответил на несколько вопросов нашей газеты.
— Чем вам дорог фильм «Сибирь. Монамур»?
— Когда я соглашаюсь сниматься, то остаюсь верен режиссеру до конца, никогда его не предам. Это как венчание: согласился на совместную жизнь — не изменяй. С этим фильмом все было непросто. Мы начали ленту «Сибирь. Монамур», грянул кризис, съемки остановились. А я уже бороду отрастил — не люблю ничего клеить на лицо. Пришлось от четырех предложений отказаться, потому что с бородой я там был не нужен. А Слава Росс поступил мудро: когда мы сидели без денег и не могли продолжать съемки, он смонтировал то, что было уже снято, и рванул во Францию. Там они увидели меня и, извините за нескромность, страшно обрадовались: да это же наш Петр Зайченко! Во Франции помнят и любят
— Роль деда, мне кажется, много значит для вас.
— Там есть дорогие мне вещи. Дед учит внука: милосердие выше справедливости — и я сам в этом убежден. При этом он никакой не проповедник, он обычный грешный человек, много переживший, мудрый и очень добрый. И мне повезло: попался очень хороший партнер, Мишка, сыгравший моего внука. Это мой третий киновнук, парнишка талантливый, яркий. Мы с ним славно подружились. Но вдруг, после сцены, где дед стреляет в его любимую собаку, Клыка, Мишка говорит: «Пусть дед сегодня с нами не ужинает». Мама его спрашивает: «Почему? Ты же дружишь с Петровичем, это просто сценарий, сегодня одна сцена, завтра будет другая, он тебя спасать будет, он тебя любит». Насупился: «Вот завтра пусть и ужинает». Дети вживаются в ситуацию. Мне понравилось, что зрители в Выборге смотрели как дети — верили, переживали, это самая лучшая награда.
— В фильме Олега Погодина «Дом» у вас тоже колоритная роль.
— И этой работой дорожу, хотя несколько сцен хороших, которые мне было интересно играть, выпало при монтаже, они будут только на DVD. Но я всегда соглашаюсь, что режиссеру виднее, каким должен быть фильм. А фильм сильный получился, трагический, даже за моей характерной, почти комедийной ролью есть большая драма непонимания и противостояния двух братьев. Уже одно то, что я с Богданом Ступкой сыграл, для меня настоящий праздник.
— На фестивале «Окно в Европу» и один из первых ваших фильмов вспоминали — «Плюмбум, или Опасная игра», снятый 30 лет назад.
— Вадим Абдрашитов — мой крестный отец в кино, с него все началось. У него я в «Параде планет» сыграл, в «Армавире». Вот
