Сильная магнитная буря, вызванная мощным выбросом солнечной плазмы с дневного светила, обрушилась на Землю в минувшие выходные. В такие дни, как свидетельствует статистика, резко обостряются сердечно-сосудистые заболевания, увеличивается количество приступов и вызовов «скорой помощи». А что в это время происходит на околоземной орбите? Представляла ли опасность магнитная буря для экипажа Международной космической станции, которая, в отличие от нашей планеты, не имеет защиты в виде магнитного поля и атмосферы?
Круглосуточно российская и американская службы радиационной безопасности следят за вспышками на Солнце и ситуацией в околоземном пространстве, — говорит заведующий Лабораторией радиационного контроля при пилотируемых космических полетах Института медико-биологических проблем РАН, специалист экстра-класса Вячеслав Шуршаков. — В случае опасности на борт МКС передается команда «Alert!» («Тревога!»). И соответствующие рекомендации: в одних случаях — быть в готовности быстро покинуть опасные зоны станции, в других — перейти в наиболее защищенные отсеки МКС. Но в минувшие выходные уровень космической радиации в отсеках станции не превысил предельно допустимых значений, и поэтому тревожная команда экипажу не передавалась.
— Какие дозы облучения получили члены экипажа в минувшие выходные?
— Каждый из троих обитателей звездного дома — Геннадий Падалка, Сергей Ревин и Джо Акаба — имеет персональный дозиметр. Эти приборы показывают полученную дозу. Она у всех разная (зависит от того, в каких отсеках работают космонавты и астронавт), но в минувшие выходные дозы не превышали
— Все ли виды космического излучения регистрирует персональный дозиметр космонавта?
— Нет, не все. Например, не измеряется поток и доза нейтронов. А ведь эти незаряженные частицы глубоко проникают в живые ткани. Правда, на МКС помимо штатных дозиметров в комплект российской научной аппаратуры (эксперимент «Матрешка-Р») входит еще и нейтронный детектор, который регистрирует дозу, получаемую от нейтронов. Но обычно измерения на нем планируются для космонавтов заранее и не приурочены к солнечным вспышкам, магнитным бурям. Так что в поле зрения исследователей не попадают пиковые периоды.
В ноябре на МКС отправится в составе очередного экипажа канадский астронавт,
— Недавно были обнародованы результаты эксперимента Expose-E, который проводился на МКС европейскими учеными. В течение полутора лет на внешней стороне станции в специальных гнездах находились живые организмы — бактерии, семена растений, лишайники, простые аминокислоты. Казалось бы, их отправили на неминуемую гибель — не только из-за колоссальных доз смертоносного излучения, но также из-за космического вакуума и отсутствия воды. Однако после возвращения из космоса многие лишайники в земных условиях вышли из анабиоза. Причем это было не кратковременное оживление. Растения смогли нормально развиваться. Ученые наблюдали за ними в земных условиях более двух с половиной лет, прежде чем опубликовали результаты эксперимента. Может ли произойти такая эволюция человека, которая позволит и ему адаптироваться к высоким дозам радиации, в том числе жесткому космическому излучению?
— Я не биолог и не медик, мне трудно ответить на этот вопрос. Но сам факт выживания, например, лишайников и других организмов в экстремальных условиях космоса представляет большой интерес. Такие эксперименты проводятся длительное время учеными разных стран, в том числе и нашими исследователями. Лишайники, мхи, грибы весьма стойки к воздействию радиации. Они легко переносят невообразимые для человека дозы. Для любого жителя Земли окажется гибельным острое однократное воздействие радиации в объеме 500 мЗв, а лишайник выдержит в течение нескольких лет и 5 млн мЗв. Доза снаружи космической станции составляет от 5 до 500 мЗв в сутки, это в
Слова Вячеслава Шуршакова подтверждает эксперимент американских исследователей. Почвенные бактерии, которые называются «сенная палочка», провели шесть лет на космическом аппарате NASA и установили рекорд по длительности выживания в космосе. Вернувшиеся на Землю, мутанты оказались более устойчивыми к экстремальным воздействиям, чем их земные предки.
Некоторые исследователи из Института медико-биологических проблем РАН, с которыми я беседовал на эту тему, считают, что, возможно, человеческий организм при полетах в космос сможет постепенно адаптироваться к повышенному уровню радиации. Впрочем, чтобы доказать это или опровергнуть, потребуется много исследований. Однако скептики сильно сомневаются в возможности адаптации космонавта к повышенной радиации. Все-таки человек — не мох и не лишайник.
