Документы, которые долгое время являлись государственной тайной, свидетельствуют: в 1942 году на Калининском фронте в небе била фашистских стервятников группа летчиков-штрафников, командовал которой Иван Евграфович Федоров.
Перед самой войной его фамилия засветилась в высокой секретной переписке. 26 мая 1941 года начальник Развед-управления Красной армии генерал-лейтенант Голиков укоризненно информировал наркома авиационной промышленности Шахурина: «Имеются сведения, что полигона для стрельб на заводе нет. Стреляют где попало, даже по козам. Тов. Федоров летал между заводских труб, низко над домами и в неположенной форме одежды».
Описываемое «безобразие» происходило в городе Урумчи, где Федоров находился в «командировке» (после такой же «командировки» в Испанию), оказывая интернациональную помощь революционному Китаю. И «неположенная форма одежды» вполне могла обернуться телогреечкой на Колыме. Но началась война:
Его многочисленные рапорты с просьбой отправить на фронт попадали в корзину — Федоров почти год на Горьковском авиазаводе ставил на крыло самолеты, сходящие с конвейера. И однажды поднял в воздух новенький истребитель и взял курс на Калининский фронт, где 3-й воздушной армией командовал его хороший знакомый — легендарный летчик Громов. В начале 80-х Михаил Михайлович рассказывал мне: «На аэродроме объявлена тревога: садится неопознанный самолет! А Ванька глушит мотор, улыбка до ушей. Докладывает: товарищ генерал, летчик-испытатель майор Федоров прибыл в ваше распоряжение!»
Увы, даже знаменитый Громов о летчиках-штрафниках в своих мемуарах поведать не мог: цензура! А тогда по законам военного времени Федорова вполне могли расстрелять, хотя и «дезертировал» он на фронт. Но тут вышел знаменитый сталинский приказ № 227, согласно которому на фронтах предписывалось формировать штрафные роты и батальоны, чтобы провинившиеся кровью искупали вину. Так возникла единственная в истории группа летчиков-штрафников (фактически полк — 42 самолета), которую возглавил «дезертир» Иван Федоров.
В «Труде» о Федорове я впервые рассказал 21 февраля 2006 года. И сразу же публикацию принялись опротестовывать: штрафников в небе никогда не было, как не было у Федорова и боевых заслуг, и рекордов после войны. Но вот плоды нескольких лет архивных изысканий. Из представления И.Е. Федорова к званию Героя Советского Союза: «В конце 1947 года на совершенно новой схеме самолета получил наивысшие в СССР скорости». Подпись: главный конструктор Лавочкин (на фото внизу слева Федоров с авиаконструктором).
Из представления к ордену Отечественной войны I степени, подписанного командующим 3-й воздушной армией Громовым 27 декабря 1942 года: «С 23 июня 1942 г. тов. Федоров имеет лично 82 боевых вылета: один вел неравный бой с 24 самолетами противника (18 Ю-88 и 6 МЕ-109), в котором сбил один и подбил два самолета: 25.9.42 г. над Ржевом сбил МЕ-109. 26.9.42 г. тов. Федоров сбил Ю-88, в тот же день подбил еще один самолет. 27.9.42 г. над Ржевом сбил 1 и подбил второй самолет противника (оба МЕ-109). В этом бою он был сбит сам и получил ранение лица и ног».
Есть и другие свидетельства. Цитирую с сокращениями наградной лист, подписанный зимой 1943-го генерал-майором Ерлыкиным и генерал-лейтенантом Руденко: «В Отечественной войне полковник Федоров участвует с 27.7.42 г. непрерывно. За этот период участвовал в боях на Калининском фронте в должности старшего инспектора по технике пилотирования 3-й воздушной армии и по совместительству командовал отрядом управления, а затем группой штрафников (курсив наш. — „Труд“) летного состава. За период командования группой штрафников на Калининском фронте лично произвел 84 боевых вылета... В сентябре 1942 г. на п-ка Федорова маршалом авиации было возложено формирование полка „ассов“ (так в документе. — „Труд“) 3-й воздушной армии: За период с 5 мая по 22 ноября 1943 г. дивизией под командованием п-ка Федорова произведено 3218 боевых вылетов. Сбито в воздушных боях самолетов противника 243, на которые имеются подтверждения по наблюдениям с земли, и 266 по донесениям летчиков».
И еще цитата из документа, подписанного в октябре 1944 года полковником Додоновым и генерал-лейтенантом Журавлевым: «Лично полковник Федоров летает на всех типах самолетов с большим желанием. В бою смел и при встрече с противником навязывает ему бой. Своим личным примером беспредельного мужества и отвагой увлекает за собой и воодушевляет к бою личный состав. За организацию и руководство группой штрафников (курсив наш. — „Труд“) и командование дивизиями Федоров И.Е. награжден орденом Отечественной войны I ст. и орденом Александра Невского».
В годы Великой Отечественной для летчиков были определены наградные «расценки»: к званию Героя представляли за 10 сбитых самолетов врага. Сталин скорректировал это положение и своим приказом «О действиях истребителей по уничтожению бомбардировщиков противника» № 0489 от 17 июня 1942 г. установил: «На звание Героя Советского Союза представлять таких летчиков-истребителей, которые собьют в воздушных боях 10 истребителей противника или 5 бомбардировщиков». Официально Федорову насчитали 17 сбитых фашистов, а, скажем, в английских источниках (например, в энциклопедии «Асы Сталина») другой счет: в годы Великой Отечественной войны Иван Федоров уничтожил 49 самолетов врага лично и 47 — в группе.
В свое время о его мастерстве мне рассказывал дважды Герой генерал-лейтенант авиации Виталий Попков (прототип Маэстро из фильма «В бой идут одни «старики»): «Любой бой я сразу переводил на „вертикаль“, чему научил меня виртуозный летчик-истребитель Иван Федоров». Такое признание дорогого стоит!
P.S. Вот и выходит, что по любому счету и по совести положена Федорову «недополученная» на фронте Звезда Героя. И бюст от государства. А памятник он поставил себе сам. На могиле жены, летчицы и участницы войны, с которой летал в одном небе. Вертикальная плита, на которой изображены красивая пара и самолет, парящий над их головами вместо ангела. Долго пустовала последняя строка на могильной плите. А потом появилась: 12.02.2011. Одиннадцать дней не дожил до своего 97-летия командир летчиков-штрафников Иван Евграфович Федоров. Есть у Федорова и второй памятник — в Парке Героев города Каменска-Шахтинского Ростовской области. Земляки помнят и чтут «штрафбатю».
