- Говорят, в советские времена Россия подавляла национальные культуры. А как вам удалось в 60-е основать ансамбль с сильным этническим уклоном?
Олег Аверин: - Насчет подавления - это вранье. Я спрашивал у Мулявина, почему он, русский из Свердловска, создал ансамбль в Белоруссии? Он ответил, что в те годы пробиваться на эстраду с русским фольклором было сложно - приоритет отдавался национальным культурам других республик. Уже потом, глубоко вникнув в белорусскую народную музыку, Мулявин в нее влюбился.
Владислав Мисевич: - Не подумайте, что все было так безоблачно. Вначале, когда ансамбль еще назывался "Лявоны", белорусские чиновники от культуры не хотели нас признавать. И в 1970 году на IV Всероссийский конкурс артистов эстрады в Москву мы поехали как аккомпаниаторы мастера художественного свиста Лидии Кармальской, первой жены Мулявина. Но ее "срезали" на втором туре, а у нас были подготовлены свои песни "Чаму ж мне не пець?", "Ой, рана на Iвана", "Ты мне вясной прыснiлася", "Хатынь". Мы и показали их жюри на свой страх и риск. Когда вернулись в Минск лауреатами, кстати, разделив второе место с Левой Лещенко (первое никому не присудили), нам разрешили называться ВИА, играть свои "сольники" и платили за концерт уже не по 4 рубля "на брата", как раньше. Но "хозяин" Белоруссии Петр Машеров решился с нами познакомиться только спустя несколько лет. Он признался, что любит оперу, а к эстраде относится настороженно. Поэтому он долго присматривался к "Песнярам", пока не понял, что мы не группа-однодневка, а пришли на эстраду всерьез и надолго.
- Поговаривали, что эстрадных знаменитостей заманивали в провинцию презентами в виде автомобилей. А "Песняры" дорого стоили?
В. М.: - Каждый из нас получал только утвержденные Москвой ставки: 30 рублей за обычный концерт. На свой страх и риск ловчили только администраторы. За что частенько и оказывались "в местах не столь отдаленных". А нам на жизнь хватало - случалось, по три выступления в день давали. Заработаешь 30 рублей, а, например, водка стоила меньше 4 рублей. Правда, в 80-е она дорожала, а наши гонорары уменьшались. И уже получалось, что мы отрабатывали сольный концерт за две поллитровки. И как работали! Никакой фанеры или "минусов". Музыкальная аппаратура оставляла желать лучшего и проще было спеть в живую.
- Куда исчез голосистый исполнитель "Вологды-гды"?
В. М.: - Анатолий Кашепаров живет в Америке. У него трое детей, на их воспитание государство выплачивает неплохие дотации. Иногда Толик прилетает сюда спеть в концерте, но менять размеренный американский быт на полную превратностей артистическую жизнь здесь не хочет.
- А Леонида Борткевича легко отпустили в эмиграцию?
В. М.: - Леня ушел из "Песняров" задолго до своего отъезда, когда женился на гимнастке Ольге Корбут. Эта девушка со сложным характером стала ему внушать, что он великий, недооцененный. В "Песнярах" Леня пел с 1971 года, уже после того как ансамбль получил всесоюзное признание. Нужно было укреплять вокальные позиции, и лирический тенор Борткевича пришелся кстати. Но Леня никогда не был лидером ансамбля, как он теперь заявляет во всех интервью. После ухода из "Песняров" Борткевич попытался начать собственную карьеру на эстраде, но плохо получалось, и они с Корбут уехали искать счастье на Запад.
- Наверное, Мулявину стоило нервов поддерживать дисциплину в таком коллективе, где у каждого музыканта свой звездный статус?
В. М.: - В разные годы в "Песнярах" работало человек 6-7. Во времена массового увлечения рок-операми, когда Мулявин сочинил мюзикл на стихи Янки Купалы "Песня о доле", число музыкантов доходило до 12. Как мы уживались? По-разному. Молодые были, горячие. Но до драки редко доходило. Старались находить общий язык и сохранять нормальные рабочие отношения. Звездная болезнь пресекалась на корню. Постоянно шла борьба с пьянством. В разные годы от водки умерло несколько музыкантов и рабочих ансамбля, из-за непомерных возлияний срывались концерты. Такие проблемы Мулявин выносил на обсуждение. Требовал, чтобы весь коллектив сообща принимал какие-то меры. Хотя в последние годы жизни он сам сильно увлекся спиртным, подолгу не выходил из запоев.
О. А.: - Весь 1998 год "Песняры" выступали без своего руководителя. Мы предлагали Мулявину взять себя в руки, восстановить физическую и артистическую форму, но взаимопонимания не нашли. Когда в древности умирал глава знатного семейства, то его жену и всю челядь закапывали вместе с ним. Но мы-то не хотели оказаться в роли заживо погребенных, поэтому вышли из состава госансамбля "Песняры"...
- Я слышал, что якобы к расколу "Песняров" приложила руку и третья жена Мулявина актриса Светлана Пенкина...
В. М.: - Зависимость от женщин - особенность характера Володи. Тут ничего не поделаешь: он всегда был подкаблучником. А Пенкина вообще им руководила и вела отнюдь не в лучшую сторону. Я пытался переломить ситуацию, говорил ей: "Света, что ты делаешь? Володя ведь даже музыку стал писать пьяным. Ты же погубишь человека". На что она отвечала: "Ты ничего не понимаешь, у него так лучше получается". Мы долго терпели, но в какой-то момент все это осточертело. И мы решили пуститься в самостоятельное плавание.
О. А.: - Раскола не было. Наш ансамбль был в единственном числе тогда. Нас вызывали на "проработку" в совмин Белоруссии: мол, если не будете работать с Мулявиным, то окажетесь на улице без инструментов, костюмов, средств к существованию. Но мы не хотели прятаться за прежние достижения и награды. У нас был коллектив с концертной программой, голосами, новыми идеями. И назвались мы "Белорусскими песнярами", тем самым обозначили свои корни и то, что мы уже другие.
Когда стало ясно, что с нами не договоришься, чиновники позволили Мулявину набрать первых попавшихся людей, на которых перешили наши концертные костюмы. В свое время мы к этим ребятам уже присматривались и решили, что они для ансамбля не годятся. Для усиления "сырого" состава в Минск был приглашен Леонид Борткевич. Этот спешно собранный коллектив частенько "пел" под наши старые фонограммы. А после смерти Володи они все между собой переругались и разделились на три ансамбля, не считая группы Борткевича. Теперь все по свету гастролируют под одним и тем же названием "Песняры". У всех есть какие-то бумажки о регистрации, музыканты бьют себя в грудь, что именно они и есть настоящие, продолжатели дела Мулявина... Все это глупо, смешно и горько.
- Слышал, что в поддерживаемом белорусскими властями госансамбле "Песняры" остался работать сын Владимира Георгиевича - Владимир Мулявин-младший...
В. М.: - Выгнали уже. И дочь Мулявина тоже. Кстати, очень способные ребята. Очевидно, не смогли сработаться со случайными людьми, которые не понимают, что просто приклеить вывеску "Песняры" - этого недостаточно, чтобы ими быть.
- А вы не хотите пристроить детей основателя "Песняров"?
В. М.: - Мы вообще никого не пристраиваем. Даже Борткевичу отказали, он неоднократно просился. Наш коллектив формировался десятилетиями - ни одного случайного музыканта у нас нет.
- Из Белоруссии вы эмигрировали?
О. А.: - Нет. Мы остались белорусскими гражданами. Но сейчас базируемся в Москве, где у нас студия, офис, директор, бухгалтер. Получаем официальную зарплату и платим налоги. В Беларуси выступаем с концертами.
- Как думаете, эпоха "Песняров" безвозвратно ушла или у проекта еще есть нераскрытый потенциал?
О. А.: - Я был приглашен Мулявиным в 1993 году, когда многие уже считали, что такого ансамбля больше нет. За все 90-е удалось записать только одну пластинку, и то в Голландии. Наши "музыкальные территории" уверенно захватывали безголосые, но скандальные певцы. Володя мне говорил: "Сынок, дела идут все хуже, и лучше уже не будет никогда". Его перестали узнавать на улицах. Даже организаторы концертов, встречая нас на вокзалах, бывало, спрашивали: почему не приехал народный артист СССР Владимир Мулявин. Представляете, каково ему было это переносить?
К счастью, стремление зрителей к мелодичной, профессионально написанной и хорошо спетой песне взяло верх. Мы опять востребованы, наш гастрольный график расписан наперед. И каждый раз, когда заслуженный артист Белоруссии Валерий Дайнеко начинает концерт со знаменитой "Беловежской Пущи" (в следующем году исполняется 30 лет, как он поет эту песню), то, как в старые добрые времена, после первых слов зал взрывается овацией. Поверьте, ради этого стоит трястись в вагонах, спать и мерзнуть в автобусах... Вот уже 8 лет мы выступаем под названием "Белорусские песняры", сочетая в концертах легендарные песни с новыми работами. Мулявин не уставал повторять: "Петь старые хиты - самое простое, но без новых песен ансамблю не жить". Вот этот наказ мы и стараемся выполнять. Каждый из нас в душе продолжает любить того Владимира Мулявина - великолепного музыканта и бескомпромиссного артиста, с которым нам посчастливилось когда-то работать.
Теперь по свету гастролирует четыре коллектива под названием "Песняры", и у всех есть какие-то бумажки о регистрации. Музыканты каждого из них бьют себя в грудь, что именно они и есть настоящие, "легендарные" продолжатели дела Мулявина. Если в вашем городе или деревне появилась афиша "К нам приехали "Песняры", но вы никого из артистов не знаете, сильно не огорчайтесь. До боли знакомые песни вы услышите. Имитаторское искусство некоторых составов, работающих под брендом "Песняры", достигло артистических "вершин". Вот только стоит ли за это отдавать деньги?
09:28
Всегда будет чистой вода
